Охота на маленьких богов

Они ехали вчетвером в повозке: целитель Сеян, его телохранитель Йоко, Весения и ее молодой дядя Елисей у поводьев — единственный взрослый из компании. Периодически наскакивали на кочки, но дорога здесь стала уже ровнее. Еще недавно Сеяна едва не убили из-за его способностей. Весения спасла и теперь везла его к себе домой, чтобы переждать момент. Сеяну стоило бы думать о том, как он будет жить дальше, но все его мысли были заняты другим.

Весения была самой красивой девушкой, какую когда-либо встречал Сеян. Такой, что аж дышать тяжело. Но смотреть на Весению слишком страшно и неприлично. Только украдкой замечаешь… растрепанные каштановые кудри. Серые глаза, в которых сияют самые прекрасные звезды. Светлое платье переливается на свету, словно жемчуг... При этом ноги обуты в черные ботинки — грубые, но удобные. Весения была воплощением женственности, сотканная из плавных округлых линий. Черные татуировки на ее теле тоже повторяли этот мотив — незнакомые символы шли от правой руки через спину и до левой. Такие же были и у ее дяди Елисея.

— …Я эти деньги решил на руку потратить сломанную. Пришел к доктору, а там у него в подмастерьях Сеян. — рассказывал Йоко. — Еще попросил меня описать боль по шкале от одного до десяти.

Йоко толкнул товарища в бок, Сеян стыдливо улыбнулся. Ему хотелось плакать.

— Пока Сеян гипс накладывал, рука как будто перестала болеть. Я думал, может, он каким-то обезболивающим смазал… Но он уже тогда ее исцелил случайно своими силами. Просто мы не поняли. Никто ведь не мог подумать, что можно именно вылечить человека — вот так просто, не отдавав ничего взамен. Обычно магия так не работает!

Йоко рассказывал дальше, Сеян слушал его голос — словно из-под воды, а сам поглядывал на Весению. Сеян глубоко вздохнул. Такая очарует любого. Он снова затеребил конец красной нити, которую сам же вырвал из белого рукава. И почему надо думать сейчас именно о Весении? Будто других проблем нет!

— Моя гостиница была напротив лечебницы, — продолжал Йоко. — Как-то я вышел на улицу. И вижу: перед лечебницей выскочила ненормальная с ножом, про сына умершего что-то говорила и раз — кровь хлынула из ее шеи. Доктор на это не обратил внимание, а Сеян ее рану зажал, хотел что-то сделать, но не мог отпустить. И этот придурошный врач только мешал: «Да она сама… такая… этакая». И вокруг уже люди столпились. И тут я вижу — ее сыпь на теле мигом прошла, а рана зажила. Это так ошарашило людей, что они на месте чуть Сеяна не разорвали. А я его вывел. Ну а дальше мы переехали из этой Феверии дурацкой в вашу соседнюю Элевентину, потому что здесь к магии нормально относятся, Сеян исцелял людей за деньги, а я его охранял. Но на сцене мы делали вид, что наоборот: будто он мой помощник, а я — целитель. Ради безопасности. Маски носили, Сеян — парик. Как оказалось, всё было не зря. Стоило мне отвлечься на тебя, Весения, как они его нашли.

— Какие страсти! — Весения улыбнулась с прищуром и взглянула на Сеяна. — И что? Ты испугался, когда понял, что стал светлым магом?

Сеян нервно пожал плечами и помотал головой. От Весении даже сияние как-то неземное исходило — словно лучи солнца отражаются в росинках.

— А я поняла, что стала светлым магом, когда спасла мальчика, — сказала Весения. — Он утонул, и меня откинуло в прошлое. Я предупредила мальчика, что ему нельзя плавать. И в итоге всё обошлось. Но, знаете, когда я за ним кинулась в воду в первый раз, ощутила странное чувство. Мы назвали его мистическим благоговением. Ведь то, что случилось со мной и Сеяном, произошло после парада планет. Из-за него светлая магия вернулась. И некоторые ее почему-то могут использовать. Но другие ее просто увидели вспышку или почувствовали нечто… наиболее схожее с тем, что верующие испытывают во время молитвы. Я тоже наблюдала за парадом, но ничего такого не переживала. А вот когда тонула, то меня словно накрыло. Елисей, кстати, ощутил это благоговение во время парада.

— Примерно в три сорок четыре, — с горящими глазами сказал дядя Весении, обернувшись. Разница в возрасте между ним и племянницей была небольшая, около четырех лет, поэтому оба воспринимали друг друга скорее братом и сестрой. — Вспышка прошла от планет вниз, к нам всем. Меньше чем за секунду. Люди, которых мы опрашивали, говорили то же самое. Время совпадает. Некоторые не заметили вспышку, даже смотря в небо, только ощущение странное было. Другие же ничего не почувствовали, зато видели.

Елисей — дядя Весении — тоже был очень красивый, но уже светловолосый, чуть худощавый и при этом подтянутый. У него, как это для себя описал Сеян, было аристократичное лицо: с выразительными скулами, подбородком, прямым носом. Но некие жесты, микромимика выдавали в нем парня несколько недалекого и как будто инфантильного. Да, у Йоко тоже чрезмерно наивный вид, но Сеян такое считал даже очаровательным.

— Я проснулся во время парада планет, — сказал Йоко, чуть приподняв темные брови и подавшись вперед. Черные косы юноши полетели вслед за ним. Сеян не мог проронить ни слова в этой чертовой повозке, словно язык проглотил. Он отвернулся. Это так бесило. Снова заставил себя смотреть вперед. — Что-то яркое прошло сквозь тело, словно стрела, и уронило меня. Очень быстро. И я уже не смог больше уснуть.

Елисей даже переглянулся с племянницей.

— О такой реакции тоже некоторые говорят, — объяснила Весения. — Ну а ты? — Снова взглянула на Сеяна. Он не мог выдерживать ее пристального взгляда и сильнее потянул за нить. После некой паузы Сеян произнес:

— Нет, я ничего не ощутил. Мы тогда молились в храме просто.

— И свечи погасли вокруг него! — восторженно сказал Йоко, а после метнул взгляд вправо, куда следовала дорога. — Еще долго?

— Около часа. Так странно, что я с Сеяном ничего не ощутили, хотя после у нас появились способности. А кто-то глубоко прочувствовал, и что? Хотя, конечно, есть некоторые люди, улавливающие магическую вибрацию, а также вообще нечувствительные маги.

Йоко прилег и закрыл глаза. «Вздремнуть успею», — пробормотал он.

— Сестрица, просто ты была занята явно не небом, а Данушкой, — сказал Елисей и всплеснул рукой.

— Замолчи. Не позорь меня. Он что… сопит? — Весения внимательно посмотрела на Йоко.

— Быстро засыпает, — сказал Сеян и еще больше сжался. Наступила неловкая пауза.

— А-а-а, — отозвалась Весения, а потом пересела к Елисею.

Сеян облегченно вздохнул и взглянул на спящего Йоко, улыбнулся устало, тоже прикрыл глаза, спрятал лицо за козырьком шляпы. Хотя уснуть так и не удалось — слишком много смешанных чувств, слишком предательски громко стучит сердце. Сеян просто слушал разговоры Весении и Елисея и иногда посматривал на них. Они обсуждали, куда поселить Йоко и Сеяна. «Ой, а ко мне не получится. У меня ремонт, ты знаешь», — сказал Елисей чуть испуганно. «Лисик!» — сквозь зубы прошипела Весения. «Ну к вам тогда… а что? Я уломаю их! Это же парень, который руками исцелять умеет. Мы деньги лопатой грести будем, Веснушка», — шептал восторженно Елисей. «Они тут скрываются. Не переусердствуй, братец», — ответила Весения. Потом Елисей попросил у племянницы конфетти. Она тут же достала их из сумочки. Юноша также захотел плакат и сам за ним потянулся к вещам. На большом листе уже были перечислены плюсы того, зачем надо приютить Сеяна и Йоко. Видимо, Весения перемещалась в прошлое, чтобы доставать такие вещи. Иначе откуда у нее в сумочке, скажем, копировальная бумага и флажки с лицом Сеяна? Что?..

Приближаясь к поселению, Сеян почувствовал запах гари. Йоко сел и начал взглядом что-то выискивать. Эта деревня была другой — Сеян сразу понял. Слишком много дыма, пара, механизмов, мельниц. Дома однотипные и в основном из камня. Даже люди… более ухоженные, что ли. Опрятная простая одежда, тела без заметных изъянов. Дорога такая ровная… и это трамвай? Вероятно, на паровом двигателе. Едет, дымит. Сеян видел такое только на картинках. Он даже приподнялся. Словно в сказку попал. Система канализации здесь, видимо, тоже развита. На улицах стоят питьевые фонтанчики.

Ближе к первому зданию собралась толпа. Сеян ощутил, как его с любопытством рассматривают. О, это уже плохо. Хотя, конечно, больше взглядов привлекал темнокожий Йоко. Сеян тоже был иностранцем, но выглядел практически как жители этой деревеньки. «Рано!» — вдруг сказала Весения, и Сеян вздрогнул. Оказывается, это Елисей потянулся за плакатом. «Нужно с конструктором обсудить, можно ли говорить про все особенности Сеяна или нет», — пояснила Весения, а затем ее взгляд изменился. Она глядела на толпу исподлобья, чуть улыбаясь.
— Возьмите меня под руки и поднимите, — шепнула Весения, когда повозка остановилась.

— Ну уж нет, — прыснул Елисей.

Сеян весь сжался — ему было дурно от одной только мысли, чтобы коснутся Весении. Что решат люди? Что если не справлюсь? Если схвачусь не туда? Только Йоко не растерялся. Он легко поднял Весению за талию, продержал так чуть-чуть и опустил на землю. Вообще немудрено — он был довольно крупный и жилистый.

— Я! — выкрикнула Весения перед толпой. — Привела в нашу деревню целителя.

Елисей закатил глаза и тут же ушел куда-то. Люди оживились и начали осаждать Весению. Она отвечала уверенно и уклончиво. Сеян взглянул на Йоко. Тот был нисколько не смущен — только оценивал, насколько опасны окружающие, а когда заметил взгляд Сеяна, по-детски улыбнулся.

Оказалось, Елисей понес коробки к одному дому. Бабулька всё жаловалась Весении, что не может найти свои очки. «Так вот же они!» — девица широко улыбнулась и вытащила из-за спины потерянную находку. «Ты же моя лучшая девочка. Молюсь за тебя, чтобы ты скорее вышла замуж и счастлива была. С женихом еще не определилась?» — говорила бабулька. «Не волнуйтесь, когда найду подходящего человека, и он мне сделает предложение, вы узнаете об этом примерно восьмой по счету», — ответила Весения.

Пока они общались, один из соседей включил непонятный агрегат у себя во дворе. Прибор странно загремел и пугал людей.

— Выключи. Оно взорвется, — сказала Весения строго.

— А ты, наша маленькая гремучая ведьма, в будущем это уже разглядела? — хозяин дома рассмеялся.

— Нет. Просто у меня еще пока что есть слух.

Мужчина усмехнулся. Весения взглянула на него холодно, а потом вдруг подняла над головой атласный платок и легким движением кисти бросила вниз. В этот момент все услышали странный щелчок. Сеян успел только прикрыть лицо руками. Позвучал взрыв, завоняло горелым. Когда Сеян открыл глаза, увидел, что Йоко стоит перед ним. Странный агрегат взорвался. Особо проблем это не принесло — только вокруг задымило, да и хозяин устройства теперь сидел на земле, всё лицо в саже. Благо белый платок Весении упал ему на голову.

— Вытрись, — сказала девушка, заложив руки за спину, а потом добавила: — Идемте.

В зале Сеян и Йоко стояли позади Весении. Перед ними за столом сидели ее родители — Каштана и Валерий Гаéва. Мать — копия дочери, только еще прекраснее и волосы прямые. Словно богиня в голубом щелке, все руки — в больших браслетах, на голове — обода с цветами. Отец же, конструктор, был копией своего младшего брата, Елисея. Только покрупнее и старше, тоже светловолосый, в этих татуировках. Валерий обладал некой холодной красотой, приковывающей внимание. Хотя, конечно, когда рядом сидела Каштана, люди глядели только на нее.

— Это Сеян. Он может через прикосновение излечить любой недуг, — сказала Весения и указала на первого подростка. Елисей дернул за нить, и вверх полетели конфетти. — Силы получил после парада планет, это светлая магия, которой не было столетия. Я спасла Сеяна от смерти, изменив судьбу. А это Йоко… — Весения с недовольством взглянула на второго молодого человека. — Его телохранитель. Они будут жить у нас.

В этот момент в зале все десять часов пробили полдень — и Сеян вздрогнул. Они находились в странной гостиной. Столько хлама, вещей, причем очень необычных — все поверхности были забиты инструментами, игрушками, украшениям. Микроскоп! У них стоял микроскоп на тумбе. И… модель деревни… а на потолке светящиеся камни… Глаза разбегались. «Я хочу у них жить», — шепнул Сеян Йоко. Он заставлял себя смотреть на родителей Весении, потому что они до сих пор молчали. Очень страшно. У обоих на лице — мягкие улыбки. Муж с женой были похожи — спокойные, с их благородной красотой — и всё же вызывали страх.

— Нет, — Каштана сказала только одно слово.

— О, сестрица целый горем привезла! — воскликнула пятилетняя Кити, второй ребенок Каштаны и Валерия. Девочка каталась на качелях. Боги! У них качели посреди комнаты. И… паровой двигатель!

— Это не мой горем, дуреха, — ответила Весения с натянутой улыбкой. — Я привела к нам врача и целителя.

— Тебе принести револьвер, пап? — спросила Кити. Сеян неодобрительно взглянул на девочку.

— Не волнуйся, милая, он у меня под столом, — ответил Валерий.

— Разговор, я считаю, не удался, — вмешался Елисей. — Я сейчас всё объясню…

Елисей встал вперед и начал подробно рассказывать и показывать. Он передал плакат Весении, взял указку. Юноша то залезал на стул, то изображал сценку того, как на Сеяна напали бандиты, которые хотели отрезать его целебные руки. Периодически свои комментарии добавляла Весения. Она уверенно кивала и говорила утвердительные фразы: «Это целесообразно», «Финансово мы их потянем», «Они довольно приличные и даже приучены к порядку — врач и военный».

Кити тем временем подкатила к Сеяну. Она неумело наматывала на палец белую косичку, улыбалась и говорила:

— Я тут подумала, лучше тебя не убивать. Раз уж ты не из гарема сестры, можешь стать моим мужем. Ты, конечно, для меня довольно старый, но, если будешь меня постоянно исцелять и мы никогда не умрем, возраст окажется не такой уж и помехой.

— Не уверен, что мои способности так работают, — Сеян нервно смеялся. Йоко же прикрыл кулаком рот, чтобы не расхохотаться на всю комнату.

Мама Весении выговаривала детей: «Милая, я вижу, как ты сильно заботишься о благополучии нашей деревни, это важно. Но, понимаешь, прежде чем рваться в опасные авантюры, нам нужно сначала это обсуждать. Мы родители и за тебя отвечаем. А ты, Елисей, почему забыл, что нельзя брать без разрешения чужого ребенка?» «Но это предложение Весении!» — начал было Елисей. «Верно. А ты взрослый и можешь ее осадить, а также обговорить ситуацию сначала с нами. Ты ведь сам скоро станешь отцом, поэтому важно быть ответственным, да?». «Времени не было! Мы у гадалки увидели знаки, что Сеяну угрожает опасность, нам крюк делать было?» — вспылила Весения. «Ты умеешь контролировать время. Так что да, могли бы и сделать крюк». «Ладно, извини», — насупившись, сказала Весения.

Кити тем временем ходила по комнате и показывала разные предметы Сеяну. Йоко плелся за ними. «Смотри!» Стены были расписаны мелким узором. «А это батареи. Чтобы зимой холодно не было». На полу лежали инструменты с чертежами и, видимо, неготовый насос. Под потолком висели птички-оригами, на стенах — вышивки. Полный бардак! Даже захотелось убраться.

— Дети, мы всё обсудили, — сказал Валерий. Молодежь тут же замолчала и взглянула на него. — Думаю, юному лекарю будет удобно жить у Валдиса, чтобы набираться опыта и помогать с пациентами.

— А неплохо, — признала Весения.

Елисею в качестве наказания поручили самому разобраться с Валдисом. Молодой человек уже снова начал возмущаться, но Кити вывезла в зал кроватку для новорожденных — раскладную и резную. «Она идеальна! — у юноши загорелись глаза. — Сделаю всё, что попросите». «Сначала конфетти», — добавила Каштана. «Точно», — Елисей пошел за веником. «Ну а ты, дорогуша…» — Валерий обратился к дочери. «А смотри, что мы с Елисеем нашли. — Весения уже вытащила из коробки пластинку для прослушивания музыки. — Я сделаю проигрыватель. К приходу дедушки…». Дедушки, который умер.