Чрево города

Мужчина в бежевом пиджаке и легкой шляпе вышел на палубу. Впереди по курсу, не более чем в версте-двух от судна, виднелся зеленый купол густых джунглей, возвышающийся над широким континентом. Пароход выходил к нему с южной стороны, поэтому недавно взошедшее солнце светило справа. Пассажир снял шляпу, и стало видно, что он еще молод, ему не более сорока лет; теплый утренний ветер трепал его темные волосы.

Райские острова южных морей… Дальние тропические страны, о которых он читал еще гимназистом, стали близкой реальностью, но совсем при иных обстоятельствах, нежели мечталось в отрочестве. Сейчас этот остров занимал его другим своим качеством: сколь часто сюда приезжают состоятельные путешественники из стран Европы или Северо-Американских Соединенных Штатов? Профессор, превосходно владея не только французским, но и английским языком, рассчитывал найти место в дорогой гостинице Острова. Там можно заработать неплохие чаевые.

Впереди приближалась пустынная бухта, ограниченная слева песчаной косой, а справа возвышался мыс, заросший зеленью. Пароход стал заворачивать правее, а мысли пассажира унеслись дальше.

«Мне еще кажется, что я остался там, далеко на севере. Но я здесь, а значит, жив, - говорил он вслух сам себе. – Только ощущение такое, что без своего отечества, без русской среды я уже умер. И мои потомки будут мертвы для Родины, они не будут говорить на русском языке. Как исследователь культуры, я основательно изучил процессы исчезновения родного языка в семьях, живущих в иноязычной среде. Я-то буду помнить русский язык до конца жизни, но наши внуки и правнуки, да что там, дети, станут чужими. Жаль, иного выхода для нас нет. Ибо на прежней родине мы можем раньше срока умереть и физической смертью».