СТУК ДАЛЕКОГО СЕРДЦА
Бой за объект «Сьерра-7» выходил откровенно паршивым. На тактическом дисплее его «Беркута» — многотонной махины из сервоприводов и керамической брони — наступающие мехи противника выглядели как сплошная красная волна, захлестывающая редкие синие точки обороняющихся. Петрович матерился сквозь зубы, стискивая джойстик так, что побелели костяшки пальцев, и стрелял как никогда в жизни.
Противник сегодня был необычный. Не стандартные юркие «жуки» на шести лапах, а тяжёлые человекоподобные машины. Головы нет, только массивное туловище, ноги-ходули и спаренные пулемёты и автоматические пушки вместо рук. Пёрли они молча, методично, заливая сектор огнём. Пушки "Беркута" выкашивали их пачками, но наступление продолжалось.
Петрович загнал прицельный маркер на одного из них, дал залп и промазал. Снаряд ушёл левее, взметнув фонтан щебня. А робот вдруг замер на месте. И начал выделывать что-то странное. Затрясся. Руки-пулемёты задёргались вверх-вниз, ноги заплелись в каком-то нелепом, неестественном ритме. Он словно танцевал, дёргаясь и подпрыгивая на одном месте.
— Какого хрена?.. — выдохнул Петрович недоуменно. А потом еще раз выстрелил. Прямое попадание. Танцующего робота разнесло на куски в мгновение ока, только искры брызнули. Петрович добил ещё пару машин, и тут тактический ИИ доложил: «Вероятность отступления противника: 94%. Высота удержана».
Петрович откинулся в кресле, перевёл дух и потянулся к затылку. Пальцы привычно нащупали холодный ободок шунта. Он вытащил его, чувствуя короткий, уже привычный укол в позвоночник, и на секунду зажмурился, прогоняя остатки виртуальной картинки перед глазами. Выбрался из своего бокса — тесной ячейки, обшитой звукоизоляцией. И тут же заметил какое-то движение у соседней ячейки. К ней, торопливо переговариваясь, подбегали медики в белых комбинезонах. Петрович притормозил, прислушался. Из-за двери донеслось: «...нейрошок, готовьте капсулу реанимации...»
Он пожал плечами. Бывает. «Не свезло», — пробормотал он и направился в курилку. Там было пусто и прохладно. Он щёлкнул зажигалкой, затянулся и прислонился к стене. Дверь открылась. Вошёл Олег Сомов. Бледный, немного потрёпанный, в таком же сером комбинезоне с логотипом корпорации. Встал рядом, достал сигареты. Петрович молча щелкнул зажигалкой.
— Нормально отстрелялся? — спросил Олег, не поворачивая головы.
— Да нормально, — кивнул Петрович. — Вот последний только чудил. Задёргался на месте, как припадочный. Будто потанцевать решил.
— А, это Серега был, — сказал Олег ровным голосом. — У него дрона перемкнуло. Он его под контроль вернуть пытался, вот тот и дергался. А ты в него второй снаряд положил, и всё. Обратная нейросвязь сработала, а аварийный выход — нет. Реаниматоры не успели. Нет больше Сереги.
Петрович замер с сигаретой у губ. Посмотрел на Олега. Тот смотрел спокойно, отстранённо, только желваки под кожей ходили.
— Такая работа, — сказал Петрович глухо. — Мы все знали, на что подписываемся.
Олег согласно пожал плечами. Они замолчали. Тишина в курилке стала плотной, как вата.
— Ну давай, — сказал наконец Олег, затушил бычок и двинулся к выходу. В дверях обернулся. — Меня на другой объект перебрасывают. Пошёл я.
— Куда?
— Да куда-то... на Занзибар. Жарко там, говорят. Увидимся. Или нет. Как карта ляжет. Бывай, Петрович.
И вышел.
Смена закончилась через час. Петрович переоделся и направился к выходу. Над головой проплыли и скрылись за спиной неоновые буквы PAYWAR и бегущая строка: «ВАШИ ДЕНЬГИ — НАШИ ВОЙНЫ».
Он достал телефон. Экран засветился, над ним развернулось голографическое изображение — сердце в разрезе, стилизованное под двигатель внутреннего сгорания. Рядом всплыло системное сообщение: «Корпорация "ИмпланТора" благодарит вас за внесение предоплаты за установку искусственного сердца. Операция состоится завтра.»
Петрович смахнул уведомление. Набрал номер. Прижал трубку к уху. Тишина. Потом — слабое, едва слышное:
— Алло...
— Ну привет, милая. Как ты? — Петрович привалился плечом к холодной стене, голос стал хриплым. — Я все оплатил.
— Спасибо, папа, — тихо донеслось в ответ. — Я очень тебя люблю.