«Архипелаг. Книга первая» Ksandr1979 — роман на четыреста шестьдесят две тысячи знаков, тридцать пять глав, две части с разными героями, которые ни разу не встречаются. Формально это ЛитРПГ, а точнее РеалРПГ — поджанр, где игра прорастает в обычную жизнь героя, — со всем положенным: уровни, характеристики, лут, квесты, подземелья. Фактически — книга, в которой лучше всего написан телефонный звонок матери, а хуже всего то, ради чего жанр обычно и читают. Разбираем построчно: что здесь придумано всерьёз, где текст перестаёт быть текстом и почему вторую часть будто писала другая рука. Это рецензия на ЛитРПГ, которое можно читать онлайн целиком и бесплатно.
О чём это
2038 год. Международный университет исследования и развития виртуальных пространств достраивает «Архипелаг» — мир из тысяч островов, куда сознание попадает не через шлем, а через астральный выход из тела: капсула держит тело, разум переселяется в персонажа. Персонаж при этом не пустая болванка, а уже живущий обитатель мира со своим именем и роднёй; пока игрок офлайн, тот живёт сам и перенимает его повадки. Отсюда правило, на котором держится всё: персонаж один, переиграть нельзя.
Первая часть — студент Максим Росс. Он лезет в капсулу до медосмотра, за компанию с приятелем, и обнаруживает, что кнопка «ВЫХОД» горит красным. Он застрял, а тело в капсуле проживёт месяц.
Вторая часть — Алексей Лузенков, двадцать девять лет, инженер по эксплуатации в провинциальном филиале того же университета. Сын человека, который поднимал этот проект с нуля и умер прямо в капсуле, во время работы с процедурным генератором. Обещанная отцом должность досталась сыну другого начальника — тому самому однокашнику, который звал его в школе Лузером и зовёт до сих пор. Алексей год готовился войти в игру дроу-убийцей, а система без объяснений вселяет его в тифлинга-жреца, у которого из пяти характеристик высокая одна — удача.
Что здесь сделано хорошо
Правило, у которого есть цена
В этом жанре смерть обычно не стоит ничего: возродился и пошёл дальше. Автор закрывает лазейку на первых страницах. Персонаж один на всю игру, он продолжает существовать без вас, и всё, чему вы его научили, остаётся с ним. Это не украшение, а несущая конструкция: из неё вырастает и ужас перед красной кнопкой, и вся вторая часть, где герой входит в игру и обнаруживает, что его персонаж без него успел набрать заданий, друзей и любовниц.
Сцена пустоты
Сервер уходит на перезагрузку, и Максим — единственный, кто не может выйти, — остаётся внутри выключенного мира. «Ведь даже в космосе, пустом и холодном, есть далекие звезды. Там можно хотя бы погибнуть, замерзнуть или задохнуться. А здесь, в этом пустом, бескрайнем НИЧТО, я был лишен даже самой банальной функции своего организма — сдохнуть». И единственное слово, на которое у него хватает языка, — «МАМА». Четыре абзаца настоящей прозы: здесь автор пишет не про интерфейс, а про человека, у которого отняли тело.
Звонок матери
Лучшее в книге вообще не в игре. Алексей, впервые за годы оказавшись в Москве, зовёт мать на её день рождения. Ждёт в кафе час. Дозванивается — и сквозь шум чужого застолья слышит: «Алешенька, милый, я забыла». Предлагает приехать. «Ты здесь никого не знаешь, и тебе будет некомфортно». Ни одного лишнего слова, ни одной авторской слезы, и по силе это перевешивает все триста уровней здешнего короля.
Ирония, на которой мог бы держаться весь роман
Человек, у которого в жизни не вышло ничего, получает персонажа с единственным даром — удачей. Девочка-бард впервые в его жизни называет его Приносящим удачу. А в финале он выбирает специализацию, которая удачу отнимает у противника, и говорит себе: «Ты теперь не Приносящий удачу, но и не неудачник. Ты тот, кто отбирает удачу». Это точная и злая мысль, и стоит она дороже любой боевой механики.
Второстепенные, которые живее главных
Карлик Драмонд, маг четырёхсотого уровня и личный секретарь короля, за ночь строит трибуны и разыгрывает при этом театр одного актёра — то злой прораб, то заботливый мастер, — просто потому, что ему нравится играть. Архидемон Вальц, тюремщик по клятве: косноязычный, обидчивый, кормящий заключённого своей стряпнёй и объясняющий ему, что такое клятва, единственным доступным способом — сжигая заживо. Верховный жрец, который обещает помощь и убивает, глядя в глаза. Эти трое сделаны лучше обоих главных героев — и это, если вдуматься, диагноз.
Пролог, который стреляет через семнадцать глав
На первых страницах шесть основателей проекта голосуют, и искусственный интеллект отдельно предостерегает одного из них — Владимира Лузенкова — от работы с ускоренным генератором. Голосование он проигрывает. Через семнадцать глав выясняется, что он погиб именно там, а его сын — герой второй части. Ружьё повешено и выстрелило; в книге такого объёма это дорогого стоит.
Теперь строго
Книга регулярно перестаёт быть книгой
Полная карточка персонажа вываливается в текст двадцать три раза. Строк с параметрами — триста пятьдесят восемь: больше десяти тысяч знаков цифр столбиком, то есть небольшой рассказ, набранный характеристиками. Плюс описания предметов: «Штаны охотника: класс предмета — базовый. Вид брони — тканевый. Защита от физ. урона +4».
Да, это конвенция жанра, и часть читателей приходит именно за ней. Но конвенция не обязывает повторять одно и то же в двадцать третий раз, когда между двумя карточками изменились две цифры. Четвёртая глава первой части — отчёт: «посох выпал только с тридцать второго по счету убитого мной зайца», «мне потребовалось уничтожить лишь шестьдесят кабанов». Это не сцена, это лог игровой сессии.
Автор дважды выходит к читателю с пояснительной запиской
Роман написан от первого лица. И дважды внутрь речи рассказчика вставлена сноска: «(Мардук — верховный бог Месопотамии, покровитель древнего города Вавилон — примечание автора.)» и «(агрессивный — прим. автора)». Это разрыв ткани. Студент Максим не может получать примечания от автора; если пояснение нужно, его даёт сам герой — он у нас отличник и эрудит, ему это ничего не стоило бы.
Договор о точке зрения нарушен и не восстановлен
Первая часть — «я», Максим. Но две главы, «Реал. Старший брат» и «Реал. Первое сентября», поданы всезнающим третьим лицом: кабинет декана, мысли декана, походка его подчинённой, воспоминания о том, как десять лет назад в эту дверь вошёл Лузенков-старший. Рассказчик не мог этого видеть и не мог об этом узнать. Никакой рамки — «потом мне рассказали», найденная запись, архив — не предложено. Приём законный, если объявлен. Здесь он не объявлен ни разу.
Главная проблема героя решается без единого препятствия
Единственное настоящее событие первой части — попытка сообщить в реальный мир, что герой застрял. Устроено оно так: Максим выходит на площадь, четверть часа ищет живого игрока — и находит. Тот немедленно оказывается американским бета-тестером, начальником городской стражи и человеком, готовым помочь. Пять реплик — и дело передано по инстанциям. Ни отказа, ни цены, ни риска, ни выбора.
И там же деталь, которая выдаёт приоритеты автора. Посреди разговора, от которого зависит жизнь героя, рассказчик отвлекается на то, как система синхронизирует перевод с движением губ, и сравнивает это с «Матрицей». Человеку сообщают, что он может умереть в капсуле, а он любуется качеством локализации.
Герой под смертельной угрозой ходит по лавкам
Максим знает: тело в капсуле живёт месяц. Что он делает? Фармит зайцев, торгуется из-за перчаток, выбирает шляпу, ночует в корчме, соблазняется квестовой девушкой. Сюжетно это объясняется — ждать всё равно нечего. Драматургически это провал: смертельная угроза не меняет поведения героя ни на страницу. О том, как желание героя держит сцену, у нас есть отдельный разбор, и «Архипелаг» — учебный пример того, что бывает, когда желания нет.
Хуже того, он дважды даёт себе один и тот же зарок — следить за шкалами, не забывать про удачу — и дважды его забывает. Это не развитие характера, а повтор одного абзаца.
Автор сам находит дыру и оставляет её открытой
После двух шумных ночей на берегу лесного озера герой задаётся вопросом: почему на них не напал ни один зверь? Автор даже выписывает таблицу обитателей локации с пометками «агр.» — то есть дыру видит и показывает читателю. И не отвечает. Гипотеза «а может, спутница — ведьма?» повисает и больше не упоминается. Повесить ружьё и самому снять его со стены хуже, чем не вешать вовсе.
Женщины
Это не про ханжество, а про однообразие оптики. Квестовая девушка Селин появляется голой и описывается снизу вверх подробно и долго. Следом герой открывает её карточку и оценивает по пассивным умениям — травник, зельедел, повар, лекарь — с прямой формулировкой: «чем она может оказаться мне полезной в дальнейшем». А в конце пути, уже влюблённую, он прячет её в инвентарь в виде амулета и достаёт «для прокачки или надобности в её умениях».
Автор этой иронии не замечает — а она сильнее всего, что есть в книге. Дальше по тексту: травница, с которой герой просыпается; графиня, которая «кадрится»; богатая тётка; и преподавательница, чей вырез блузки разглядывают по очереди двое разных мужчин в двух разных главах. Каждая женщина сначала тело, потом функция. Исключение одно — рыжая Вилька, сочинившая оду в честь друга и провалившая из-за неё конкурс. Она написана как человек, и разницу видно сразу.
Язык
Здесь надо быть точным. Предложения у автора не длинные: медиана — четырнадцать слов, длиннее сорока пяти слов во всей книге тридцать штук. Проблема не в длине, а в словаре и в отделке.
Во-первых, канцелярит в описаниях: «минерализованный состав из пластичного феррабетона», «консольно выдвинутую», «весьма солидные пассажиры». Во-вторых, глаголы речи: «произнес» — пятьдесят один раз, «проговорил» — двадцать девять, а невидимое «сказал» — тоже двадцать девять. Книга систематически выбирает заметное слово вместо незаметного, и диалог всё время слышно как чтение по ролям; правила здесь простые, и автор их знает, судя по второй части.
В-третьих, вычитка. «Манна» вместо «мана» — семьдесят четыре раза против одного правильного написания. «Общался на английском очень уверено». «Одетых на персонажа предметов» вместо надетых. «Горящие длина» в итоговой карточке умений. Сто тридцать семь восклицательных знаков на книгу. И четыре «???» — в том числе внутри мысли двадцатилетнего героя про «юношеский спермотоксикоз???». Написано это о человеке, чьё тело в этот момент умирает в капсуле.
Две части «Архипелага» не сшиты между собой
Максим и Алексей не встречаются ни разу. Весь их контакт — Алексей кладёт руку на крышку чужой капсулы и обещает вытащить. Первая часть кончается отплытием, вторая — уходом из города. Финала у книги нет, есть пауза. Для первого тома цикла это законно, но читателю, прошедшему четыреста шестьдесят тысяч знаков, справедливо было бы дать хотя бы одну точку.
Вердикт редакции: стоит ли читать «Архипелаг» Ksandr1979
Редкий случай: автор сильнее жанра, в котором работает, и жанр тянет его вниз. Человек, написавший сцену звонка матери и сцену пустоты после перезагрузки сервера, не обязан отчитываться перед читателем о шестидесяти убитых кабанах.
Что мы посоветовали бы во второй книге, по пунктам. Сократить карточки персонажа втрое — оставить там, где без цифры не обойтись, таких мест немного. Дать герою первой части собственное желание: не «выбраться», а то, что он делает сам и чем рискует; сейчас его спасают посторонние, пока он ходит по лавкам. Определиться с точкой зрения: либо всё от «я», и тогда кабинет начальства показан иначе, либо честная смена глав с объявленными правилами. Убрать авторские сноски — всё, что хочет пояснить автор, может сказать герой. Ответить на собственный вопрос про зверей у озера или снять его. И вычитать текст: семьдесят четыре «манны» — та мелочь, по которой читатель судит об уважении автора к себе и к нему.
Вторая часть доказывает, что всё это автору по силам. Значит, дело не в умении, а в выборе, на что тратить страницы.
Кому читать эту книгу?
Тем, кто любит ЛитРПГ и хочет мир, придуманный всерьёз, а не собранный из чужих деталей. Тем, кому интересна не прокачка, а мысль о том, что останется от человека, если отнять у него тело. И отдельно — тем, кто готов пролистать первые пятнадцать глав ради второй части: она того стоит. Не стоит браться тем, кто не выносит игровых таблиц в художественном тексте: здесь их много и мимо не пройти.
Обязательно ли знать жанр, чтобы читать?
Нет. Все игровые термины объясняются по ходу, а базовые понятия можно освежить в гайде по ЛитРПГ. Но если слова «фарм», «лут» и «каст» вызывают раздражение сами по себе, первая часть будет тяжёлой.
Чем РеалРПГ отличается от обычного ЛитРПГ?
В классическом ЛитРПГ игра — это отдельный мир, куда герой уходит и откуда возвращается. В РеалРПГ граница течёт: правила игры начинают работать в реальности или наоборот. «Архипелаг» ближе ко второму: персонаж живёт сам, пока игрок спит, перенимает его привычки, а во второй части герой замечает, что повадки его тифлинга проступают у него самого на работе и в разговоре с начальством.
Где читать ЛитРПГ онлайн бесплатно?
«Архипелаг. Книга первая» открыт целиком на ЛСА, первая глава читается без регистрации. Другие разборы жанра и соседние вещи — в рубрике «Чтение» нашего журнала.
Будет ли продолжение?
Книга помечена как первая и обрывается на двух дорогах: один герой уходит в плавание, второй — из города. Финала у тома нет, есть пауза, так что продолжение подразумевается самим устройством текста.
С чем сравнить?
По устройству мира — с классическим ЛитРПГ о полном погружении, где игра становится ловушкой. По второй части — скорее с производственной прозой о маленьком человеке в большой институции: конфликт там не с драконом, а с начальником и с собственной фамилией. По теме тела, оставленного в капсуле, ближе всего оказывается не игровая литература, а фантастика о сознании без носителя. Из того, что выходило у нас, по масштабу замысла рядом стоит «Нигодин»: там тоже большой, честно придуманный мир и те же проблемы с отделкой.
Читать «Архипелаг. Книга первая» онлайн бесплатно можно на странице книги: первая глава открыта без регистрации.
