Журавли

Журавли

Памяти В.Быкова.

Лежу в окопе на разостланной шинели. Смотрю вверх, в синюю бездну летнего неба. Тихо. Ни взрыва, ни выстрела. Все спят. Возле снарядной ниши слышно натужное посапывание — вот-вот сорвется в храп. Солнце уже скрылось за бруствером, клонится к закату. Жара спадает, ветер утих. Былинка на краю бруствера с утра билась о высохший ком чернозема, теперь обессиленно свисает в окоп.

Отсюда виден только край бруствера, но память дорисовывает остальное. Земля, изрытая, перепаханная взрывами, черная, обугленная, с остекленевшими пятнами там, где песок сплавился в стекло. Ржавые осколки торчат из спекшегося грунта, воронки налезают друг на друга, как ячеи сот. Ни клочка живой травы. Только та былинка на краю, случайно уцелевшая в этом аду, держится из последних сил.

Высоко в небе кружат аисты. Крылья распластаны, размочалены на концах. Забрались в самую высь, будто купаются в солнечном раздолье. Ветровые потоки относят их в сторону, но птицы важно взмахивают крыльями, опять набирают высоту и долго парят в поднебесье. Аисты часто прилетают сюда под вечер — высматривают болотце, камышовую заводь или лужок, чтобы поискать корма. Но теперь у приречных болот люди. Не успевают птицы сколько-нибудь снизиться, как на земле начинают трещать скорострельные модули, высокий голубой простор прошивают невидимые пули, и аисты пугливо бросаются в стороны, улетают прочь.