Работа смерти – это низкая зарплата, постоянный стресс и вечно недовольные клиенты. Так стоит ли вообще стараться? Дина всегда думала, что нет, но внезапно приходит начальник и говорит, что ее увольняют. Теперь, когда у нее остались последние сутки, она начинает задаваться вопросами. Единственная ли она смерть? Как давно и почему существует эта профессия? И возможно ли, работая смертью, сделать людей счастливыми?
Глава 1
Из всех профессий ей досталась та, что приносит пользу каждому, но при этом каждый бы сказал, что лучше без нее. Несмотря на свое затруднительное положение, девушка все равно старалась не опаздывать.
– Ну же, грузись!
А Москва не дожидалась отстающих. Пока девушка таращилась в экран смартфона, вокруг все так же проходили люди, проезжали курьеры и проносились автомобили. У кого-то зазвонил телефон. Где-то выла сирена скорой помощи. Многие не поспевали за этим бешеным ритмом. Не выдерживали и уезжали в тихие поселки или маленькие города. Но она была не из таких.
Приложение наконец-то откликнулось. Девушка вывела электросамокат с парковки, встала на него и зажала кнопку что есть силы. Вскоре ей удалось разогнаться до двадцати пяти километров в час. Прыжок с бордюра. Резкий поворот. Первый же светофор она пролетела на красный. Теплый ветер сбросил капюшон и заставил плащ развеваться, словно флаг.
Суббота выводила всех на прогулку. Девушка ловко петляла между прохожими. Пенсионеры каждый раз шарахались от нее, но, к счастью, это никогда не прибавляло ей работы. Иногда девушка обгоняла молодых ребят, что тоже ездили на желтых самокатах, ведь те хоть изредка, да притормаживали, а у нее совсем не оставалось времени на подобную роскошь.
Доехав до больницы, она даже не стала парковаться и сразу побежала внутрь. И вот, когда двери лифта уже практически закрылись, кто-то в последний момент подставил свою ногу. Внутрь зашел врач.
– Меня чуть не забыли, – улыбнувшись, произнес он. – Будьте добры, нажмите на четвертый.
Девушка молча нажала на кнопку и подошла к закрывшимся дверям. Ее ноги готовились к очередному резкому старту. Она встряхнула левой рукой, чтобы отбросить рукав и взглянуть на часы.
– Позвольте поинтересоваться, а куда вы так спешите?
– К Алексею. Из тридцать пятой палаты.
– Так он же… Как бы сказать… Скончался совсем недавно.
– А от меня он все равно не убежит!
У девушки совсем не оставалось времени, чтобы говорить неправду. Двери наконец-то открылись. Она выскочила из лифта и понеслась по коридору. Ее стремительный забег приковывал взгляды обескураженных врачей и пациентов. Обнаружив нужную палату, она ворвалась внутрь и застыла.
С больничной койки свисала рука. На безымянном пальце сверкало серебряное кольцо с гравировкой. Пока врачи отключали пациента от аппарата жизнеобеспечения, собравшиеся родственники громко рыдали. Кто-то кричал на врачей. Кто-то проклинал этот день. Алексей молча стоял в углу с побледневшим лицом. Его взгляд метался по палате.
– Эй, ты! – громко обратилась девушка.
Никто, кроме Алексея, ее не услышал. Увидев, что она смотрела прямо на него, он испугался еще сильнее и даже обернулся, чтобы удостовериться, что позади никого не было.
– Да-да, я тебе! За мной!
Загадочная девушка покинула палату и немного прошлась по коридору, до тех пор, пока тревожные крики и плачь не остались позади. Она обернулась. Алексей тоже остановился, но на безопасном расстоянии.
Если бы не одежда, он бы посчитал, что в ее внешности вообще нет ничего примечательного. От довольной ухмылки на ее щеке появилась ямочка. Ростом девушка была выше среднего, а по возрасту он бы дал ей не больше двадцати семи. Но все это казалось таким незначительным по сравнению с тем, что она носила длинный черный плащ и белые кеды.
– Так ты… смерть, что ли?
– Можно просто Дина.
Для смерти она выглядела самым неподходящим образом. Она не была тощей, не была бледной. От нее даже не пахло смертью, скорее, обычными девичьими духами с приторно-сладким ароматом.
– А почему ты… без косы?
Она вздохнула и закатила глаза. Ей пришлось достать косичку и, немного поболтав ею, закинуть обратно за спину. В воздухе повисла тишина.
– Погоди, то есть, ты можешь…
– Нет, – отрезала Дина.
– Но, если…
– Нет!
Суровый отказ прошелся эхом по коридору. Губы Алексея задрожали. Глаза наполнились слезами.
– Но… почему?
– Да с чего вы вообще взяли, что я могу давать второй шанс? Уже в который раз это слышу. Не уполномочена я.
Алексей не выдержал и расплакался. Дина, смутившись, отвернулась и начала оглядываться.
– Ну все, кончай тут рыдать. Пойдем лучше, попрощаешься со всеми.
Алексей молча кивнул и направился в палату. Он плелся очень неохотно, еле волочил ноги. Дина спокойно шла за ним. Подобравшись поближе, она прикоснулась левым указательным пальцем к его спине. Алексей тут же исчез. Дина развернулась и пошла на выход.
После очередного клиента она решила заглянуть в свою любимую кофейню. Вывеска была совсем неприметной, особенно с учетом того, что в столице были сотни, а может даже и тысячи подобных заведений. Но Дина знала, что именно там капучино готовили лучше всего. Ей казалось, что кофе – самое удачное изобретение человечества. На втором месте стояли желтые электросамокаты. Правда, и на то, и на другое уходила слишком большая часть ее зарплаты.
Рассчитавшись с бариста, Дина вышла на улицу, встала у стены и принялась наслаждаться своим кофе. Она смотрела на людей исподлобья и пыталась их понять. Они все время куда-то торопились, но при встрече говорили, что так ничего и не успели. «А куда тогда спешили?» – всякий раз удивлялась она.
– Я все осознала! Ты была права!
Громкий крик раздался прямо возле уха. Дина зажмурилась и сжала кулаки, затем открыла глаза и возмущенно ответила:
– Да вы все сговорились, что ли? Незачем так кричать, я не глухая!
– Прости, я больше не буду кричать! Прошу, забери меня отсюда! – рыдая, попросила женщина.
– С удовольствием! Я же говорила, что ты сама ко мне вернешься. Не проще было сразу согласиться?
– Я не знала, что передумаю. Клянусь, не знала!
– Все, я тебя услышала. Кстати, аккуратно, смотри не поскользнись.
Женщина взглянула под ноги. Дина подняла левую руку и коснулась ее макушки указательным пальцем. Призрак исчез, а на улицу вернулся желанный покой. Дина продолжила пить кофе. Люди проходили мимо, даже не подозревая, что рано или поздно каждому придется с ней встретиться. Ее это забавляло, вплоть до ехидной улыбки. Когда она выбросила пустой стаканчик, неподалеку случилась авария: один автомобиль на полной скорости влетел в другой, с грохотом смяв его капот, словно жестяную банку. Отовсюду раздались испуганные вопли. Дина направилась к месту происшествия.
Из помятой машины вылез молодой парень в белой рубашке. Пока Дина к нему шла, он пытался убедить всех, что с ним все в порядке, но довольно быстро догадался, что его никто не замечал.
– Эй, ты!
Парень резко обернулся.
– Ну хоть кто-то! Объясни, что здесь происходит?
– А что тут объяснять? Ты умер.
– Ч-что? Умер? – Он внимательно ее оглядел и закричал. – Ты врешь! Мне все это снится!
– Думай, что хочешь. Я все равно должна тебя проводить.
– Д-должна? А почему должна?
Парень начал пятиться назад. Дина вздохнула и остановилась.
– Потому что это моя работа. И я не собираюсь играть с тобой в догонялки. Либо дай мне до тебя дотронуться, либо можешь убежать. Но ты все равно ко мне потом вернешься.
– С чего ты взяла?
– Потому что тебе нет смысла здесь оставаться. Здесь тебя никто не увидит и не услышит.
– Так ты смерть?
– Да, на полставки.
– А где тогда твоя коса?
– На камень нашла! Ты что, глухой, что ли? Сюда подойди!
Девиз «клиент всегда прав», как она думала, относился по большей части к живым, да и применялся лишь в условиях свободного рынка. А поскольку услуги смерти предоставляла только она – то и правила диктовала тоже она. Тем не менее, без споров с клиентами и вопросов, которые она слышала уже тысячу раз, проводы почти никогда не обходились.
– Ты даже не дашь мне второго шанса?
– Не уполномочена.
– А тебе нормально вообще? Такая работа разве тебе по душе?
– Кто-то же должен ее выполнять.
– Да, но нормальная профессия, вообще-то, должна приносить людям пользу!
– Чего? А кто сказал, что я делаю что-то плохое?
– Да ты у любого спроси! Тебе, уверен, даже чаевые никогда не оставляли. Очевидно же, что тебя все на дух не переносят!
– Это… это не так! – покраснев, закричала Дина.
– Мне ты можешь врать, но себя не обманешь! Ты знаешь, что я прав. Надеюсь, тебя вообще уволят!
Парень развернулся и убежал. Дина провожала его сердитым взглядом. Она злобно фыркала ему вслед, пока в голове возникали варианты запоздалых ответов. Только вот говорить их было уже некому. Гордо хмыкнув и развернувшись, она снова пошла по улице, но работа теперь совсем не клеилась. Вскоре начался дождь. Люди принялись разбегаться по домам и укрытиям. Дина накинула капюшон и продолжила бродить по городу в одиночестве.
Она вглядывалась в отражения мокрых витрин. Пинала камушки. Смотрела на смеющихся детей, прыгающих по лужам. И каждый раз тяжело вздыхала. «А если так подумать, то, что я привношу в их жизнь? По сути, ничего. Только все забираю. Ни один из клиентов не был мне рад. Но разве дело в работе? Раз она существует, значит, для чего-то она все-таки нужна. Может, дело тогда во мне? Но что я могу поделать, если они в любом случае будут недовольны?»
Глубокие размышления, от которых Дина уже давно отвыкла, заполнили собой все пространство. Она шла по оживленной эстакаде. Машины проносились и обливали ее водой из луж. С высоты ей открывался вид на мегаполис, на который обрушился дождь, словно тяжелый минорный аккорд. Но она, медленно перебирая ногами и опустив голову, все думала о своем. Ее темп впервые отставал от города.
Наступила ночь. Дина чувствовала себя настолько изнуренной, будто весь день работала. В шагах уже не оставалось сил. Тяжелые плечи тянули ее вниз. Эмоции, от которых она так долго укрывалась, все же нашли ее и сбили с толку. Доковыляв до парка, Дина плюхнулась на лавочку и заплакала. Впервые за долгое время.
– Тоже день не задался?
Странный голос прозвучал совсем неподалеку. Дина вздрогнула и подняла голову. Перед ней стоял незнакомец. Высокий, в таком же черном плаще, что и она. На голове он носил капюшон, но под ним не удавалось ничего разглядеть, даже при тусклом свете фонаря.
– Вы… кто вообще?
– А разве не очевидно? Тот, кто сделал тебя смертью.
– Ч-что? – вздрогнув, переспросила Дина. – Но почему вы ни разу не появлялись? И почему пришли именно сейчас?
– Ты же знаешь: никто не вечен. И это касается даже смерти.
Сперва Дина не поняла, что он имел в виду. Но вскоре любопытство сменилось тревогой. Она замерла, вцепилась глазами в незнакомца и больше не отпускала, разве что поглядывала на его левую руку.
– Это из-за того, что я загрустила, да? – закричала Дина. – Я не расстроилась, вовсе нет! Честно! И не собиралась бросать работу! Обещаю, завтра же я к ней вернусь!
– Даю тебе сутки, чтобы со всеми попрощаться. В следующую полночь я вернусь за тобой.
– Но мне не с кем здесь прощаться!
– Делай, что хочешь. У тебя есть ровно сутки.
– И вы даже не дадите мне второго шанса?
– Не уполномочен.
Незнакомец резко исчез. Так же внезапно, как и появился. Дина вскочила и огляделась. Его нигде не было: в темном парке она осталась одна. Внезапный сумбур, возникший в голове, порождал еще большую панику. Теперь она не могла думать ни о чем другом. А стрелка продолжала двигаться вперед. Дина поняла, что мысли о собственной смерти, возникшие у нее впервые, начали сводить ее с ума.
Сердце настолько быстро колотилось в груди, что казалось, если оставаться на месте – оно не выдержит и остановится. Поэтому Дина развернулась и пошла по узкой тропинке, освещенной тусклыми фонарями. Она не обращала внимание ни на жуткий лес, ни на пустые лавочки, встречающиеся по пути. При этом даже не понимала, куда направлялась и зачем. Мозг тем временем пытался осознать тот факт, что скоро все закончится. А сердце изо всех сил ему противилось. Сложно было даже представить, какого это – ничего. Пустой взгляд волочился по дорожке, до тех пор, пока Дина не вспомнила о чем-то очень важном. Она на ходу достала телефон, открыла галерею и начала листать вверх. Приходилось мотать фотографии счетчиков, еды из кафешек и красивых мест в городе.
Вскоре она дошла до самого первого видео. Палец долго дрожал над экраном, но она все же запустила. Там Дина еще не разучилась улыбаться. На ней был белый свитер, о котором она уже и забыла и черная юбка. Снимая себя на фоне оживленного города, Дина радостно воскликнула: «Сегодня первый день моей жизни – и первый день моей работы! Вы даже не представляете, как тут ярко, и как тут все… постоянно шевелится. Трудно даже представить, сколько всего мне предстоит. И тут так много этих… как его… людей. Уже не терпится с ними познакомиться!»
Дина пролистала это видео и включила следующее. На нем она выглядела встревоженной, но ее голос оставался все таким же звонким. «Ребята, уже третий день, и я начинаю потихоньку осваиваться. Клиенты выглядят недовольными, они… они очень много плачут. И мне их так жалко… Поэтому, я придумала себе мечту: я попытаюсь навсегда изменить отношение людей к смерти! Я сделаю так, чтобы смерть для них стала чем-то приятным!»
Дина вновь пролистала. На следующем видео у нее оказались уставшие красные глаза. Ее волосы были растрепаны, а лицо выглядело слегка опухшим. Она была укутана в тот же черный плащ, который по итогу и носила. «Итак, сегодня вторая неделя моей работы. И… сегодня я поняла, насколько же глупой я была. Это невозможно. Мне никогда их не осчастливить. Никогда. Нет смысла даже пытаться. Мне бы научиться просто следовать регламенту, а уж метить куда-то выше… забудьте».
И Дина забыла. На долгие годы. Но теперь, снова вспомнив, она прикрыла рукой рот. Из прищуренных глаз потекли слезы. Первым, кого она убила, оказался ребенок, живший в ней с первого дня.
Глава 2
Раздался звон колокольчиков. Послышался шум проливного дождя – но ненадолго. Когда дверь за Диной полностью закрылась, в кофейне снова возникла приятная тишина, не считая тихой инструментальной музыки. Внутри оказалось значительно теплее, чем снаружи. К тому же, там вкусно пахло десертами и кофе. Дина сняла капюшон.
– Ваш кофе готов!
Единственной посетительницей оказалась женщина с ярким маникюром, пухлыми губами и толстым слоем макияжа. Она взяла стаканчик и два пакетика сахара, после чего села обратно за столик. Дина подошла к кассе, чтобы сделать заказ. Бариста встретил ее весьма озадаченным взглядом, но быстро скрыл его под дежурной улыбкой. Из-за больших доверчивых глаз и растрепанных блондинистых волос его лицо напоминало детское. Он был невысокого роста, в черной рубашке с закатанными рукавами и брюках, а поверх рубашки носил зеленый фартук с логотипом кофейни.
– Здравствуйте! Вам как обычно?
– Да, капучино… – глядя куда-то вниз, тихо ответила Дина.
– Может, что-нибудь еще?
Голос у бариста был звонким и задорным. Совсем не подстать ее настроению. Дина вздохнула, подняла уставший взгляд и посмотрела на меню, которое висело на стене.
– И кусочек шоколадного торта…
Уткнувшись в кассовый аппарат, парень быстро закинул в корзину нужные позиции, после чего, посмотрев на Дину, с улыбкой спросил:
– У вас все еще нет нашей бонусной карты?
– У нас нет вашей бонусной карты.
– А не желаете ее завести? Это займет всего несколько минут и с первого же…
– Нет, спасибо.
– Просто, я тут подумал, вы так часто сюда ходите, что…
– Ты издеваешься, что ли? Сказала же, не нужна мне твоя бонусная карта! – сорвавшись, закричала Дина.
– С вас двести двадцать рублей… – ответил бариста и опустил виноватый взгляд.
Дина достала черную карточку и приложила ее к кассовому аппарату. Когда оплата прошла, она села за свободный столик, положила локти на стол и уперлась лицом в ладони. Ее мутило и подташнивало. Внутри все сжималось от понимания того, что совсем скоро ей предстоит умереть. Она сидела неподвижно, но ноги постоянно дергались.
Громкий скрежет заставил Дину оторвать ладони от лица. Оказалось, что к ней подсела другая посетительница – та самая женщина с вульгарной внешностью.
– У вас что-то случилось? Просто я психолог и, возможно, могла бы вам помочь.
– Случилось, – вздохнула Дина. – Но вы мне вряд ли поможете…
– Вы даже не дадите мне шанс?
Дина вздрогнула и посмотрела на нее.
– Я даже не знаю, как вам объяснить... Сегодня мне сказали, что это мой последний день. И я точно знаю, что это никак не изменить. Но я совсем не понимаю, что с этим делать… И как теперь быть с этими мыслями.
– Ого… – тихо удивилась женщина. – Но подождите, я думаю, что даже ваш диагноз не должен вас пугать, если вы прожили полноценную жизнь. Может, у вас есть вещи, о которых вы жалеете?
Дина задумалась. И, отвернувшись к витрине, посмотрела на улицу. Пока внутри было тепло и сухо, там люди в спешке разбегались по домам.
– Наверное, есть. Я всю жизнь выполняла одну и ту же работу и… я хоть и торопилась, но всегда опаздывала. Не особо думала о своих клиентах. И теперь понимаю, что все делала неправильно. Из-за этого будто во всей моей жизни не было никакого смысла. Но я поняла это только сейчас, когда стало уже поздно…
– Вовсе нет! Еще не поздно! – внезапно возразила женщина. – Не думайте о прошлом или будущем – занимайтесь тем, что происходит сейчас. Продолжайте работать сколько сможете и постарайтесь теперь все делать правильно. Выжимайте из каждого мига свой максимум. Хочется лежать – вставайте. Хочется промолчать – говорите. Хочется грустить – веселитесь! Этот выбор встает перед нами каждую секунду, а из этих секунд и складывается жизнь. Так сделайте этот выбор прямо сейчас! Сделайте его в пользу жизни!
В отчаянном взгляде промелькнула надежда. Не из-за слов случайной женщины, которая с драматичным придыханием цитировала паблики про мотивацию. А из-за того, с каким рвением и огнем в глазах она пыталась помочь незнакомому ей человеку.
Резкий прилив сил заставил Дину измениться в лице. Она вскочила из-за стола и воскликнула:
– Решено! Тогда так я и поступлю!
– Так держать! – улыбнувшись и сжав кулаки, обрадовалась женщина.
На прилавке уже стояли тортик и кофе. Бариста отвернулся и сделал вид, что не подслушивал разговор. Дина схватила стаканчик и покинула помещение. Дождь все еще стучал по крышам и асфальту. Улицу озаряли фонари и разноцветные вывески. Изредка встречались пешеходы с зонтами. Дина опустила голову и посмотрела на кофе. Она бережно держала его обеими ладошками, чтобы греть руки, ведь капучино излучал маленькое и уютное тепло, в то время как повсюду бушевал пронзительный ветер. Дина прикоснулась губами к крышечке и наклонила стаканчик.
– И как я раньше не замечала, что ты настолько вкусный? – тихо спросила она, задумчиво глядя на стакан. – И… я уже чуть не нарушила диету. А ведь смерть должна быть стройной…
Стоя под дождем, Дина продолжила наслаждаться капучино. Ее взгляд провожал каждого, кто проходил мимо. На этот раз на ней не было ехидной улыбки. Теперь в ее глазах было искреннее любопытство. Ведь каждый знал, что рано или поздно столкнется со смертью и испытает, скорее всего, то же, что и она. Но при этом они все равно продолжали куда-то идти, что-то делать и даже торопиться.
Она резко повернула голову. Залпом допила капучино, выбросила стаканчик и куда-то направилась. Неподалеку во дворах ее ждал очередной клиент. Дина не смогла бы объяснить, если бы ее спросили, как она об этом узнала. Ощущение призраков для нее было чем-то столь же естественным, как слышать звуки или запахи.
Посреди детской площадки возле качелей лежало тело. Рядом с ним стоял крупный мужик средних лет, одетый в шорты и черную майку. Он с ужасом смотрел на труп и порой оглядывался, а когда увидел Дину – и вовсе отошел подальше от качель.
– Я только подошел и увидел тут тело, так что я не имею к нему абсолютно никакого отношения, – оправдываясь, затараторил он. – Вызывай скорую, может, его еще можно спасти.
Дина остановилась в нескольких метрах и удивленно посмотрела на него.
– Так ты не видишь, что ли, что это ты и есть?
– Я? – переспросил мужик. – А тебе-то откуда знать?
– Потому что я – смерть. Но не спеши расстраиваться! Прежде, чем проводить тебя, я выполню твое последнее желание!
– Последнее… желание?
– Да, – гордо улыбнувшись, кивнула Дина. – Последнее желание.
– А можно мне немного подумать?
– Конечно. Я никуда не тороплюсь.
Мужик задумался. Опустив голову, он принялся перебирать варианты. Дина с интересом за ним наблюдала. Ее волосы, как и плащ, уже давно промокли, но теперь ей было все равно.
Мужика вдруг осенило. Он резко поднял голову и громко произнес:
– Придумал! Я хочу… хочу, чтобы все люди на планете были счастливы!
После недолгого молчания Дина, скривив лицо, уточнила:
– Ты это серьезно?
– Да! Я решил. Таково мое последнее желание!
– Эм… тогда как бы тебе объяснить, – Дина увела взгляд и почесала в затылке. – Давай что-нибудь попроще, хорошо?
– Ладно! Сейчас подумаю.
Мужик выглядел предельно серьезным. На его лице отражалась вся ответственность, которую он ощущал за этим выбором. Вскоре его снова осенило.
– Придумал! Я хочу, чтобы в мире больше не было болезней! Таково мое последнее…
– Погоди-погоди, – Дина вытянула руки, словно останавливала его в прямом смысле слова. – Мужик, ты меня явно переоцениваешь!
– Хм… ну тогда дай мне хотя бы пример: какое желание можно загадать?
Его неожиданный вопрос поставил ее в тупик. Поджав губы и уведя глаза вправо и вверх, Дина начала вспоминать, что же нравится людям.
– Я могу угостить тебя мороженым. Могу сводить тебя в альпака-парк, например. Могу отвести тебя к родным. Или что ты там любишь?
После недолгого молчания теперь уже мужик скривил лицо. За его брезгливым выражением стоял немой вопрос: «ты это серьезно, что ли?»
– Ну а что ты хотел? – разведя руки в стороны, спросила Дина. – Смерть совсем не такая, какой вы ее себе представляете! Даже коса у меня сплетена из волос! И все, на что я способна – это дотрагиваться до умерших, чтобы отправлять их куда-то дальше. При том я и сама не знаю куда! Но я хочу… хочу как-то скрасить этот момент. Хочу, чтобы люди не боялись и не расстраивались, а наоборот, радовались смерти…
Громкая речь закончилась тихо и неуверенно. Дина опустила руки и голову.
– Ты что, расстроилась?
– Не-а…
«Радовались смерти… Это ведь даже звучит нелепо! Да на что я вообще рассчитывала?» – подумала Дина и отвернулась. У нее не получилось скрыть слезы под дождем. Мужик глубоко вздохнул. И, приняв какое-то волевое решение, вдруг задрал голову и закричал:
– Ну тогда я выбираю мороженое! Таково мое последнее желание!
В это сложно было поверить. Дина обернулась, чтобы убедиться в том, что расслышала его правильно. Мужик широко расставил ноги, упер руки в бока и смотрел на нее с пафосом героя, спасающего мир. Дина начала смеяться, утирая лицо от слез, ведь его поступок был куда интереснее – он принял смерть, лишь бы та не огорчалась.
В круглосуточном магазине она взяла два ванильных стаканчика, а когда вышла – один из них протянула мужику. Они выбросили обертки и принялись гулять по ночному городу. Неспешный шаг повел их по широкой мостовой. Дождь уже закончился, оставив после себя свежесть и прохладу. В лужах сверкали звезды. Мужик внимательно разглядывал все вокруг, будто пытался запомнить прежде, чем уйти. А Дине не нравилась эта тишина. Она хотела завести разговор, но не особо понимала как.
– Расскажи, как тебе впечатления?
– Эм… от чего?
– От этой жизни! Ты же тоже жил впервые!
– Хм… ну так сходу сложно сказать. Понравилось, если можно так выразиться…
– А что тебе больше всего здесь запомнилось?
– Родители. Семья. Ну и машины. Я ими очень увлекаюсь. То есть, увлекался.
Дина ожидала, что мужик как-то дополнит свой ответ, но он замолчал. Тогда, немного подумав, она спросила:
– Кстати, как ты думаешь: что я могла бы сделать такого, чтобы смерть стала чуточку приятней?
– Хм... Я тебе отвечу, но ты только не обижайся. Договорились?
– Да, конечно!
– Мне кажется, тебе стоило бы сменить свой образ. Ты выглядишь немного отталкивающе и… пугающе. Я думаю, тебе нужен более жизнерадостный прикид.
Поначалу Дина насупилась и даже слегка надула щеки, но затем обдумала его слова и обрадовалась. А мужик остановился и, набрав побольше воздуха в грудь, еще раз посмотрел на небо.
– Я доел свое мороженое. Теперь я готов.
– Хорошо. Тогда закрой глаза и досчитай до десяти.
Как только мужик закрыл глаза, Дина сразу же его проводила – и осталась одна. Глядя на пустое место, она долго думала о том, как же все-таки стоит распоряжаться своими способностями и стоит ли вообще. Но потом она вспомнила слова мужика и поскорее отправилась домой.
По дороге Дина взяла самокат, чтобы продолжить путь уже на нем. Теперь она каталась иначе и старалась никого не пугать быстрой ездой. Ей не хотелось больше ни выскакивать на встречку, ни мчать на красный свет, ни звенеть в звонок с требованием уступить дорогу. Раньше это происходило само собой, но сейчас она начинала думать над тем, что делала.
Остановившись у подъезда, Дина быстро набрала код и ускользнула внутрь. Затем поднялась на второй этаж и с помощью ключа открыла дверь. Ей хотелось радостно воскликнуть: «Я дома!», но, вспомнив, что она живет одна, Дина просто вздохнула и принялась раздеваться. Плащ вскоре оказался на крючке. Кеды – в углу. Ее квартира была маленькой и уютной – ровно на одного человека. При этом она не давила, не казалась тесной. В этом была заслуга минимализма. Весь интерьер выдерживал единый строгий стиль, сочетая в себе лишь черные и белые цвета. Поверхности полок и столов блестели от чистоты и не были завалены ненужными вещами. Все было четко расставлено по своим местам.
Когда одежда оказалась в корзине для грязного белья, Дина пошла в душ. Она хотела смыть весь негатив, накопившийся за сутки, чтобы перелистнуть эту страницу и двинуться дальше. Стоя под струей теплой воды, Дина смотрела в стену. С одной стороны, все казалось бессмысленным, ведь она проживала свой последний день. А с другой стороны, только сейчас она начала по-настоящему жить. Ведь ей удалось распробовать капучино. Удалось порадоваться тому, насколько же удобны самокаты. Теперь даже давно привычный душ наконец-то ощущался: она чувствовала приятное тепло всей кожей и искренне им наслаждалась.
Дина вышла из ванны с чувством облегчения. Добравшись до комнаты, она открыла комод и принялась перебирать свой гардероб. Ей нравилось покупать одежду, даже несмотря на то, что большинство вещей годами оставались неношеными. Дина всегда была в своей рабочей форме, а все остальное покупалось для «особых случаев», которые никак не наступали. Зато теперь у нее был выбор. В ходе долгого отбора он пал на белую футболку, бежевое пальто и обтягивающие синие джинсы. Надев все это, Дина обулась в кроссовки и подошла к зеркалу в прихожей.
Новая одежда ее сильно преобразила – настолько, что она сама удивилась. Дина была высокого роста и стройного телосложения, но плащ, который она обычно носила, не то, что не подчеркивал фигуру, а наоборот, скрывал ее и делал визуально шире. Красуясь перед зеркалом, Дина поняла, что из общей картины выбивалась одна деталь: темные мешки под уставшими глазами. Тогда она вернулась в ванну и принялась наводить красоту с помощью макияжа. Придав коже здоровый вид, она заплела косу, надела синюю кепку с изогнутым козырьком и, еще раз посмотревшись в зеркало, вышла из квартиры.
От дождя остались лишь приятное затишье и запах мокрого асфальта. Дина разблокировала самокат, тот, что сама оставила у подъезда, и снова помчала работать. Ей хотелось поскорее увидеть реакцию на ее образ. Она постоянно крутила головой в поисках новых клиентов. Затем почувствовала чью-то смерть поблизости, свернула с дороги и уехала во дворы.
Возле электрического щитка лежало тело в синей куртке. Рядом с ним стоял мужчина и озадаченно смотрел на труп. По двору изредка проходили люди, но никто ничего не замечал. Дина припарковала самокат и направилась к мужчине, затаив дыхание. От волнения слегка прихватывало живот.
Заметив ее, мужчина удивленно обернулся.
– Ты тоже это видишь? – указывая пальцем на собственное тело, спросил он.
– Да, вижу.
– И как это понимать?
– Все просто. Твой путь здесь окончен.
– Ты хочешь сказать, что я умер?
– Да! Поздравляю тебя с днем твоей смерти!
– А зачем с этим еще и поздравлять?! Что в этом хорошего?
– Как это что? Да ты же теперь сможешь спокойно наслаждаться своей смертью!
Мужчина задумался и опустил ошарашенный взгляд. Но затем вдруг смекнул и спросил:
– А тебе-то откуда знать, что смерть лучше, чем жизнь?
– Эм… но мы же все равно ничего не можем поделать со смертью. Так чего из-за нее париться?
– А чего нет?!
Дина присмотрелась к нему. Мужчина не только не был в восторге от ее нового образа – он даже на комплименты из вежливости поскупился. Его голова явно была забита чем-то другим.
– Вечно вы только об этом и думаете, – вздохнула Дина. – Ладно, давай я просто до тебя дотронусь, и ты исчезнешь. Чем дольше ты тут находишься, тем ты, кажется, больше начинаешь бояться.
– Ага, ищи дурака!
Мужчина сделал пару шагов назад, затем развернулся и начал убегать: быстро и без оглядки.
– Постой! Да погоди ты!
Она уже потянулась к нему рукой, но все же опустила ее, а следом и голову. На этот раз Дина не позволила себе заплакать. К тому же, запас слез был полностью исчерпан. Теперь грусть не пробирала изнутри – она стучалась откуда-то извне, а Дина ее не впускала. Тем не менее, сил уже не оставалось. Вялый шаг направил ее обратно в любимую кофейню. Дина поступала так каждый раз, когда у нее садилась батарейка.
Глава 3
Раздался звон маленьких колокольчиков.
– Мы закрыты!
Что-то пошло не так. Дина знала, что кофейня должна была работать круглосуточно. Она подняла оживший взгляд. Бариста стоял неподвижно и почему-то смотрел на пол. Его волосы были взъерошены сильнее обычного и казались взмокшими. Дина быстро дошла до стойки и заглянула за нее: там лежало бездыханное тело. Правая рука держалась за сердце.
– Я что… умер?
– Похоже на то, – Дина схватилась за затылок и скривила лицо.
– И что теперь делать?
– Мне надо подумать.
Ситуация действительно ее озадачила. Она нуждалась в капучино, а в других кофейнях его готовили гораздо хуже. Парень оторвал взгляд от собственного тела, взглянул на Дину – и тут же обомлел. Так, словно увидел привидение. Он ненадолго застыл, разинув рот и выпучив глаза, а затем тихо спросил:
– Так это… ты?
– Угу.
– А почему ты… меня видишь?
– Потому что я – смерть.
– Да, но почему ты в образе моего постоянного клиента? Чтобы я тебя не боялся?
– Нет же, дурачок. Я и есть твой постоянный клиент.
Бариста задумался. Но затем еще раз посмотрел на тело и схватился за волосы.
– Е-мое, и что теперь делать?..
– Есть у меня одна идея.
– Какая? Что за идея?
– Вообще, я раньше так не делала. Но мы можем с тобой договориться.
Дина подняла взгляд и посмотрела на парня. Тот был весь во внимании и предварительно согласен, даже при том, что еще не выслушал ее предложение.
– В общем. Я тебя оживляю, а ты мне помогаешь изменить отношение людей к смерти. Помогаешь сделать так, чтобы ее больше не боялись. Но твоя помощь пригодится мне всего-то до полуночи.
– А что случится в полночь?
– Я умру.
– Ч-что? А если ты умрешь, зачем тебе все это?
– Хочу успеть сделать что-то напоследок. Что-то хорошее. Хочу избавить людей от страха смерти, ведь… никто не любит смерть.
– А разве это возможно?
– Вот тебе и предстоит подумать, как это сделать. Ну так что, ты согласен?
Дина протянула ему правую руку, чтобы закрепить их уговор рукопожатием. Парень, немного подумав, схватился за нее и тут же исчез. Откуда-то снизу послышался громкий натужной кашель. Дина схватилась руками за прилавок и с любопытством наблюдала за тем, как парень приходил в себя.
– Я свою часть выполнила, – улыбнувшись, сказала она. – Теперь с тебя капучино.
Бариста аккуратно поднялся на ноги и отряхнулся, после чего удивленно взглянул на нее. Дина уже сидела за столиком. Она была довольной, хоть пока и не знала, сможет ли он ей помочь. Опомнившись, бариста протер ладонями лицо и принялся готовить капучино, попутно что-то бормоча себе под нос.
– Кстати, как тебя зовут?
– Эм… Анрик, – ответил он с ударением на первый слог. – У меня на бейджике написано…
– Необычное имя для Москвы.
– Вообще, меня мама хотела назвать «Андрей», а папа – «Гарик». Чтобы не ссориться, они объединили имена.
– Креативные у тебя родители. Надеюсь, ты от них не отстаешь.
Дина ожидала какой-то реакции, но Анрик нервно улыбнулся и продолжил готовить кофе. Пока она откровенно на него пялилась, он старался лишний раз не пересекаться с ней взглядами. Его лицо выглядело чересчур хмурым и задумчивым, даже для такой ситуации.
– В общем, сегодня ты мне поможешь, а завтра продолжишь жить своей жизнью. Единственное, с этого дня ты начнешь видеть призраков, ведь ты теперь в статусе ожившего. Но ты не пугайся. Это точно такие же люди, разве что слегка прозрачные на вид.
– Ясно…
– Так, ну давай начнем уже думать – как сделать так, чтобы людям понравилась смерть?
– А как это… вообще происходит? Как выглядит то, чем ты занимаешься?
– Я могу чувствовать присутствие призраков. Если понимаю, что кто-то находится неподалеку – беру самокат и еду туда. Затем объясняю призраку всю ситуацию и касаюсь его левой рукой, чтобы он исчез. Куда они потом деваются, я без понятия.
– То есть, левой рукой ты их убиваешь, а правой – воскрешаешь?
– Ага. Только не убиваю, а провожаю. И это работает только на призраков.
– А почему ты не касаешься их внезапно, чтобы они не успевали испугаться?
– Я так и делаю. Но после того, как сперва им все объясню. Без этого никак, такой регламент.
– Регламент?
– Так, – вздохнув, протянула Дина. – Давай по порядку. Я появилась около шести лет назад. Сразу с пониманием того, что я – смерть. В том числе я сразу знала о своих способностях и регламенте работы. И вот, пару часов назад я впервые встретила своего начальника. Он, собственно, и сказал мне, что у меня остались последние сутки, после чего меня уволят.
Анрик поставил перед Диной капучино и сел напротив. Затем отстегнул ручку, прикрепленную к фартуку. Щелкнув по кнопке, он выпустил стержень наружу и принялся ловко крутить ручку в правой руке.
– А почему начальник так поступает, не знаешь?
– Очевидно, из-за того, что я ужасно работала. В первый же год я решила, что бесполезно пытаться делать свою работу лучше – клиенты все равно будут оставаться недовольными. Что бы ты им не говорила… но теперь меня уже ничто не останавливает. И я должна попытаться. Так что давай над этим думать.
В кофейне повисла тишина. Дина пила свой кофе и поглядывала на Анрика, пока тот крутил ручку и смотрел на стол. Она даже не прикидывала варианты, ведь ей казалось, что все уже испробовано. Поэтому ей нужен был свежий взгляд. Но Анрику, судя по всему, тоже ничего в голову не приходило. Дина отвернулась и продолжила пить капучино.
– Кхм… А скажи, ты ведь провожаешь призраков поодиночке?
– Ну да, – скучающе глядя в окно, ответила Дина.
– Так, может, стоит собрать их в одном месте? К примеру здесь, на этой площади?
– Слушай, а это интересная идея! А потом, в конце дня я бы их разом и проводила!
– Тогда ты можешь попросить пару призраков сказать остальным, чтобы они приходили сюда.
– Но дело в том, что я же рассчитываю не просто отработать смену. Я хочу изменить отношение к смерти. Навсегда. Поэтому, я думаю, не лучше ли будет попросить их расписать по городу указатели? Чтобы они приходили сюда и после того, как меня уволят?
– Хм… наверное, это правильная мысль.
– Отлично! Только, когда они начнут приходить, не говори им, что я тебя воскресила. Вообще лучше не упоминай про эту возможность. И угости их кофе. За мой счет.
– Погоди, а разве призраки могут пить кофе?
– Они могут брать любые предметы в свои руки. Но… блин, как бы тебе объяснить, – Дина задумалась и опустила взгляд. – Когда они берут что-то реальное – они будто создают копию этой вещи в призрачном мире. Если умерший возьмет книгу – для человека она останется лежать на полке. Но у призрака в руках будет такая же книга, просто немного прозрачная.
Анрик, продолжая крутить ручку, молча смотрел на стол.
– Ну ладно! Времени мало, так что побегу. Соберем их в одном месте, а потом закатим им грандиозный праздник в честь дня смерти!
Идея Анрика воодушевила Дину – ведь она уже звучала как план, хоть и очень примерный. Дина вскочила из-за стола и выбежала наружу. Отовсюду веяло приятной прохладой. Ночь была в самом разгаре. Заприметив вдалеке пожарные машины, Дина взяла ближайший самокат и помчалась за ними. Полы пальто развевались по ветру. Из-под кепки болталась длинная косичка.
Пожарные машины пропали из виду, но Дина продолжила ехать, ориентируясь на звук сирены. Она резво неслась по пустым улицам. Ей не приходилось петлять между пешеходами и останавливаться на светофорах возле оживленных дорог. Путь был легким и приятным. Дина, улыбаясь, резко объезжала дорожные знаки и ловко вписывалась в крутые повороты. Встречный ветер обдувал лицо. Она ощущала себя почти что супергероем, пока ехала на самокате.
Прибыв на место происшествия, Дина увидела горящее здание. В нос ударил запах гари. В глазах отразилось яркое пламя. Повсюду звучали истошные вопли и громкие строгие команды. Бригада пожарных уже успела разделиться: кто-то тушил огонь, а кто-то спасал людей, запертых в смертельной ловушке. Вдали от этого кошмара стояла толпа. В ней оказались как взрослые, так и пожилые и дети. Одни плакали, а другие их успокаивали. Никого из них не удалось спасти.
– Эй, вы! – бросив самокат и побежав к ним, закричала Дина.
Большинство из толпы удивленно обернулись. Дина остановилась и, согнувшись и уперевшись руками в коленки, попыталась отдышаться.
– Так ты… тоже?
– Не, – Дина покачала головой. – Я – смерть. И я должна проводить вас всех.
– Как это проводить?
– Зачем это?
– Что, прямо сейчас?
На Дину обрушился град вопросов. Они смешались в единый и громкий сумбур, из которого почти ничто было не разобрать. А на фоне продолжали звучать резкие выкрики пожарных, напоминающие голоса солдат во время сражения. Дина зажмурилась и попыталась абстрагироваться. Беспорядочный шум давил на уши, зажимал ее в угол. Но затем она вдруг выпрямилась и закричала:
– Так, отставить! Если вы хотите, я отсрочу вашу смерть до следующей ночи! И сделаю этот день самым приятным в вашей жизни! Но взамен вы должны мне помочь. Вы должны расписать по городу указатели, чтобы и другие знали, куда им приходить после смерти. Вот так!
Ни у кого не возникло возражений. Одни призраки задумались. Другие заинтересовались. Дина назвала им адрес площади и попросила расписать его по городу на видных местах с припиской: «умершим – сюда». Призраки, спохватившись, принялись переспрашивать друг у друга, чтобы не забыть. Кто-то записал адрес на салфетке.
– Сделайте это как можно скорее! Разделитесь там, что ли. Если встретите других призраков – говорите им делать то же самое, если хотят, чтобы я отсрочила их смерть. Главное, чтобы через час весь город был уже в указателях. А потом и сами приходите по этому адресу. Все, за работу!
Призраки начали расходиться. Дина положила руки на бедра и с довольной улыбкой окинула взглядом происходящее. Она чувствовала, что уже запустила процесс. «Наверное, нет смысла пока возвращаться в кофейню. Кто знает, сколько им потребуется времени, чтобы собраться на площади. Наверное, пока можно было бы еще немного поработать. И где-то через час вернуться к Анрику».
Глава 4
Подобрав брошенный электросамокат, Дина поехала дальше. На улице уже светало. Дина впервые застала такую рань. Проезжая по пустым дорогам, она удивленно оглядывалась. От той жизни, что бурлила в самом разгаре дня, осталось лишь эхо. Машины замерли на парковках. Погасли фонари. Никто не хлопал дверьми, не цокал каблуками, не чиркал молнией, чтобы застегнуть кофту. Все вокруг было таким же тихим и умиротворенным, как беззаботно спящий младенец. Казалось, что мир просто остановился.
Но вскоре город начал постепенно просыпаться. Первыми на улицах оказались даже не люди, первыми проснулись голуби, которых в столице было полным-полно. Именно там они вели себя особенно нагло. Не упускали случая пролететь прямо возле головы, что Дине никогда не нравилось. Поэтому, проезжая мимо стаек голубей, она каждый раз громко звенела в звонок, встроенный в электросамокат. Так она их наказывала, заставляя испуганно разлетаться в стороны. А прохожие удивленно оборачивались, не понимая, зачем она сигналит.
Следом в городе проснулись дворники. Вооружившись метлами, они принялись подметать дворы. Раньше считалось, что улицы убирали в основном приезжие, но Дина все чаще замечала, что это уже становилось не так. Теперь большинство из них работали курьерами и гнали на электровелосипедах, собирая на себе угрозы водителей. После них в город стали выходить студенты и работяги. Народу становилось все больше.
«Очень скоро вы измените свое отношение к смерти», – глядя на них и улыбаясь, думала Дина. Но потом отвлеклась, ведь заприметила вдалеке целую компанию призраков. Всего их было шестеро и ими оказались маленькие дети. Самому младшему на вид было восемь, а старшему – двенадцать. Некоторые вооружились ветками. Один из них держал в руках чеснок. Испуганно оглядываясь, они медленно передвигались по тротуару и вздрагивали от каждого шороха.
– Эй, ребята!
Электросамокат летел в их сторону, словно шар для боулинга в расставленные кегли. Дети приготовились рвануть в разные стороны. Дина подъехала к ним и сделала крутой поворот на девяносто градусов, отчего колеса громко взвизгнули.
– Давно тут шатаетесь? – придерживая козырек кепки, спросила она.
Дети молча на нее глазели. Самый смелый вышел вперед и неуверенно ответил:
– Неделю где-то… а вы кто?
– Я – смерть.
– Ну тогда получай! – другой ребенок кинул в нее чеснок.
Дина, получив по носу, крепко зажмурилась.
– Ты чего! – осудил его кто-то. – Она же одна из нас!
– С чего ты это взял?
– Да потому что смерть по-другому выглядит!
– Вы про то, что у меня нет косы? – спросила Дина, потирая переносицу. – Или про то, что я не в плаще?
– Я про то, что смерть, вообще-то, мужик! А вы, при всем уважении, ну никак не мужик!
Этого объяснения оказалось достаточно, чтобы остальные дети перестали ее бояться и расслабились. Только вот Дина, наоборот, растерялась.
– Погодите, а как тогда выглядела смерть, которую вы видели?
– Это был какой-то очень хмурый дядя.
– А еще он был в костюме! Почти как президент!
– И ехал на большой черной машине…
Их слова только сильнее озадачили Дину.
– Хорошо, а где вы видели его в последний раз?
– Да мы только что от него убежали! Он был где-то возле реки.
– Но не ходите туда! – закричал самый маленький мальчик. – Он очень стлашный, он в голубей стлеляет! Он подойник!
– Правильно, вообще-то, «подонок», – поправил его другой ребенок, постарше.
Дина зажала кнопку и резко их объехала.
– Ну, я и говолю – подойник!
Она мчала быстро, чтобы поскорее добраться до набережной. В груди словно застряло что-то тяжелое, мешающее спокойно дышать. Дина знала – ее не отпустит это ощущение, до тех пор, пока она не подтвердит или не опровергнет слова детей. Вскоре ей удалось выехать на набережную. В глаза сразу бросился силуэт, похожий на то, что описывали дети: высокий мужчина в черном костюме. Увидев, что он направлялся к джипу, Дина убедилась – дети говорили про него. Она подъехала поближе и остановилась.
Эта смерть была совсем не похожа на Дину. И совсем не похожа на смерть. Чистые туфли, выглаженные брюки, стильный пиджак – он выглядел слишком опрятно и элегантно для такой грязной работы. К тому же от него пахло дорогим мужским парфюмом, с которым он, на удивление, не перебарщивал. Все это делало его крайне притягательной смертью. Образ был довольно хорошо подобран под его типаж: у мужчины были короткие черные волосы и карие глаза. Настолько темные, что даже под светом солнца они казались практически черными. И, видимо, чтобы не выглядеть слишком искусственным и идеальным, он оставил небрежную щетину.
«Но только так он выглядит еще более карикатурным. А значит, он, похоже, довольно старый, раз этого не понимает. Но не может быть, чтобы он был другой смертью! За шесть лет я бы точно узнала, что есть и другие! С другой стороны, Москва же огромный город…»
Проходя мимо Дины, он потянулся к ней указательным пальцем.
– Руками не трогать! – она на автомате отмахнулась. И только затем поняла: «он что, пытался меня проводить?»
Мужчина тоже впал в ступор. Дине хватило одного короткого движения, чтобы сбить с него маску: от прежнего напыщенного вида не осталось и следа. Они смотрели друг на друга с разинутыми ртами и широко раскрытыми глазами.
– Ты зачем детишек пугаешь? – опомнившись, возмутилась Дина.
– Хочу и пугаю. Мертвым какое дело?
– Это ты меня мертвой назвал?
– Так вы не призрак, что ли?
– Нет, мы не призрак, что ли… – поправляя воротник, пробурчала Дина. – Я твой коллега так-то.
Мужчина молча оглядел ее с ног до головы.
– Коллега? Но Мортис не предупреждал нас… Это странно.
– Мортис? Так ты здесь не один?
– Нет, нас пятеро. И мы не знали, что кроме нас есть еще кто-то.
– Также, как и я до этого момента… А с начальниками у вас тоже нет связи?
Мужчина чуть подал голову вперед и вопросительно прищурился.
– Ну, я имею в виду тех, кто сделал нас такими.
– А, да куда там. Мы даже не видели их ни разу. Да и не уверен, что они вообще существуют. Но это все не имеет значения, по сравнению с вашим внезапным появлением… Если вы не против, я хотел бы представить вас остальным.
– Давай! – обрадовалась Дина. – Буду только рада с вами познакомиться!
Мужчина развернулся и повел ее к машине. Дина дошла вместе с ним до большого черного джипа, и они сели внутрь. Ей захотелось устроиться рядом, сбоку от водительского сиденья. Мужчина не возражал. Вставив ключ в машину, он с силой провернул его, чтобы завести двигатель.
– Пристегнитесь, пожалуйста, – попросил он, нажимая на какие-то кнопки.
Дина нашла возле плеча ремень и протянула его до левого бедра. Когда она пристегнулась, из колонок тихо заиграла классическая музыка. Мужчина выкрутил руль и принялся выезжать с парковки.
– А как тебя, кстати, зовут?
– Эрик. А вас?
– Дина.
Машина аккуратно выехала на дорогу и помчала вдоль набережной. Пока Эрик смотрел прямо, Дина продолжила изучать его. Сперва ее глаза пристали к венозным ладоням, расслабленно лежащим на руле. Затем она посмотрела на его угрюмое лицо.
– А куда ты, кстати, направлялся?
– Кто-то из призраков мне рассказал, что их собирают на площади. Я хотел съездить, узнать, что там происходит. Вам что-нибудь про это известно?
– Ну… не думаю.
– Понятно.
– А зачем тебе, кстати, пистолет?
– Эм… Сейчас покажу.
Когда они остановились на светофоре, Эрик выхватил пистолет и вытянул руку в окно. Закрыв левый глаз, он нажал на спусковой крючок. Раздался громкий выстрел. Призрак, в которого он целился, исчез. Мертвые вороны разлетелись в стороны. Эрик спрятал пистолет в кобуру и достал монетку. Затем положил ее на большой палец и резким щелчком подбросил туда, где только что находился призрак.
– Все смерти пожинают по-разному. Конечно, можно это делать и руками. Но гораздо удобнее с помощью оружия.
– Почему это работает? – задумчиво глядя на пистолет, спросила Дина.
– Да, это действительно самый обычный пистолет. Но ведь когда кто-то из нас касается предмета – появляется его копия в призрачном мире. Думаю, вы уже давно это поняли. Поэтому патроны, которые я закладываю в магазин, котируются в любой реальности. А смерть может пожинать мертвых через предмет, который она держит в левой руке.
Загорелся зеленый сигнал. Эрик нажал на педаль, и они продолжили путь. Дина повернулась к своему окну и увидела призрака, который, стоя возле стены, рисовал на ней указатель. «С одной стороны, забирать их внезапно – это хорошо. Так они не успевают испугаться. Но, с другой стороны, неужели ему не предоставили регламент? Почему он не должен сперва представиться призраку и все объяснить, прежде чем его проводить? Или он знал о регламенте, но осознанно его нарушил?»
Дина еще раз оглядела машину. Ей в глаза бросилась маленькая фотография, которая висела на приборной панели. На ней были запечатлены Эрик и какая-то женщина в свадебном платье. Оба улыбались и выглядели такими счастливыми, что становилось аж завидно. Теперь от той улыбки будто и след простыл.
– О, это твоя жена? – почему-то обрадовавшись, спросила Дина.
– Да.
– А она знает, что ты смерть?
– Я ее уже проводил.
Машина остановилась. Дина испугалась, что сказала что-то не то, но потом поняла, что они просто приехали. Место, в котором они оказались, было на удивление безлюдным. Оно напоминало какой-то запрятанный посреди города дворик, полный зелени, низких зданий и узких переулков. Эрик заглушил двигатель, и они вышли из машины.
До зенита было еще далеко, но становилось уже значительно теплее. Воздух при этом не был сухим – он оставался влажным и приятным благодаря ночному дождю. Дина потянулась, чтобы расслабить мышцы. И, оглядевшись, заметила, что Эрик уже стоял возле стеклянной двери и ждал ее. Здание, куда они собирались зайти, выглядело старым и потрепанным. О его первоначальном назначении можно было только догадываться, но теперь, несмотря на треснутый и местами замшелый кирпич, вход в здание и окна выглядели новыми и современными.
Когда Дина зашла внутрь, она сразу поняла, что это был лофт. Перед ней открылось просторное, но весьма тусклое помещение. С высокого потолка свисала большая лампа, поэтому основной свет был сосредоточен посередине. Под ней располагался прямоугольный стол, за которым и собрались другие смерти. Со всех сторон он был обставлен кожаными диванами и креслами. Боковые стены помещения оставались кирпичными, и лишь задняя была забетонирована и покрашена в черный.
– Я знаю, в это трудно будет поверить, – громко произнес Эрик. – Но я встретил другую смерть.
Он бросил ключи от машины на стол. Дина, не скрывая любопытства, принялась разглядывать присутствующих, а они с еще большим удивлением смотрели на нее. Дина начала с девушки, которая сидела одна на диване, пока Эрик к ней не подсел. Она носила длинную домашнюю футболку серого цвета, растянутую до середины бедер. Ее черные волосы были небрежно растрепаны. Тоскливые глаза прятались за очками с тонкими стеклами. На худых предплечьях у нее осталось множество заживших шрамов и царапин, большинство из которых шли поперек вен. Вид у этой девушки был понурый и очень неаккуратный.
На диванчике напротив расположились еще две смерти. Одной из них оказался молодой паренек в красной толстовке, спортивных штанах и больших белых кроссовках. Из-под его панамки торчали кудрявые русые волосы. Вся его одежда выглядела мешковато из-за больших размеров. Открытыми оставались только разбитые кулаки и смугловатое лицо.
Возле него, положив ногу на ногу, сидела очень маленькая девушка, обутая в босоножки. Она носила чулки, юбку и укороченное худи с милым принтом. Ее каре переливалось плавным градиентом из белого в светло-розовый – под цвет ее одежды. Лицо выглядело странным из-за специфического азиатского макияжа: большие выразительные глаза, идеально-чистая бледная кожа и маленький рот.
Кресло, которое стояло во главе стола, почему-то пустовало. Это оставляло странное впечатление. Дина, глядя на него, задумалась.
– Вообще, нас пятеро, – тут же пояснил Эрик. – Но Мортис отсутствует. Итак. Мое имя вы уже знаете. Ее зовут Амина. Эти двое – Ден и Ника. А нашу новую смерть зовут Дина.
– А Мортис в курсе? – обернувшись, спросил Ден.
– Не думаю. Во всяком случае, мне он тоже ничего не говорил.
Смерти продолжали пристально разглядывать Дину. Не считая Ники, которая откинулась на спинке дивана и уткнулась в телефон.
– Присаживайтесь, не стойте, – показывая на кресло, попросил Эрик.
Дина неуверенно заняла свое место. Только тогда она заметила, что стол не пустовал. Возле Эрика стояли граненый стакан и бутылка виски. Рядом с Аминой – банка энергетика и электронная сигарета. У Дена лежали семечки, а перед Никой вообще находилось что-то странное – деревянная доска и множество маленькой фарфоровой посуды.
– Будешь чай?
Дина обернулась. Ника сидела по правую руку. Ее голос звучал самым обычным образом, а взгляд был предельно серьезным. Но при этом она выглядела как персонаж из мультика. Этот контраст сбивал с толку. Дина словно наблюдала какое-то закулисье, которого не должна была видеть.
– А что это за чай?
– Китайский. Габа Алишань. Думаю, тебе понравится.
Дина неуверенно кивнула, а Ника тут же отложила телефон и принялась заваривать чай. Но это не было похоже на обычное приготовление, скорее напоминало целую чайную церемонию. Плавные и отточенные движения приковали к себе все внимание. Ника переливала чай из одной посуды в другую, а Дина просто смотрела на это и даже не понимала, что и зачем делалось. Временами чай расплескивался на доску или переливался за края посуды, но эта небрежность выглядела как часть эстетики.
Сделав новый пролив, Ника разлила чай из маленького прозрачного чайника по трем пиалкам. Одну из них она поставила перед Диной, а вторую поднесла к губам и, тихо хлюпая, отпила немного. Затем облокотилась о спинку дивана и снова достала телефон. Дина, задумавшись, тоже попробовала. Чай оказался невероятно вкусным – с фруктово-ягодным, сладким привкусом.
Собрание смертей напоминало обычную посиделку в квартире, но такой компании, к которой Дина ни за что бы не присоединилась. Даже с учетом манер Эрика и того, что Ника угостила ее чаем, они не казались дружелюбными. За всей их любезностью и обходительностью стояла настороженность, при чем не только к внезапному гостю, но и друг к другу. Заметив это, Дина поймала себя на мысли, что ей было некомфортно там находиться. Ей даже сидеть было неудобно, какую бы позу она не приняла.
Еще немного поелозив, Дина решила все же нарушить мрачную тишину, судя по всему, давно привычную для остальных.
– В общем, так вы и проводите досуг?
– Вроде того. Мы выходим в город по очереди, – закурив, ответил Эрик. Затем выдохнул дым и добавил. – Сегодня как раз моя смена.
– Звучит, с одной стороны, правильно – распределить обязанности. Но вам не кажется, что вы бы успевали провожать куда больше призраков, если бы работали одновременно?
– А накой? – удивился Ден.
– Что значит «накой»? Вы разве еще не поняли, что людям тяжело быть призраками? Они не могут ни насладиться покоем, ни поучаствовать в делах живых. И со временем им это начинает причинять боль и страдания. Настолько, что порой они сами к тебе приходят…
– А почему нас должно это как-то парить?
Ден сменил позу и сел поудобней, так, будто приготовился к долгой дискуссии.
– Ну а ради чего вы провожаете мертвых?
– Чтобы жить нам не мешали.
– Им-то какое до вас дело?
– Пока что никакого. Но они всегда стремятся сбиться в стаи. Если у них это выйдет – они тут же пойдут против смерти. Поэтому мы их и пожинаем. В основном тех, кто организуется в группы.
– Так это из-за вас они до сих пор не объединялись? – Дина опустила взгляд и призадумалась.
– Почему это «до сих пор»?
– Потому что сегодня все изменится. Я хочу собрать призраков, чтобы проводить их разом, в комфортной для них обстановке.
– В «комфортной обстановке»? – переспросила Амина и принялась громко смеяться.
– Ну да. Это же наша работа!
– Дина, это просто бессмысленно, – ответил Эрик. – Вы можете сделать жатву сколь угодно приятной для них – а призраки все равно останутся недовольными. Вам ли этого не знать?
– Ребят, прошу, смените пластинку, – попросила Ника.
– Нам же надо наладить контакт с новой смертью. А иначе как нам потом дружить, если мы не сойдемся в самых важных вопросах?
– А кто сказал, что мы обязаны дружить? Ну не сошлись так не сошлись. Давайте просто попьем чай и разойдемся. На хорошей ноте.
– Ты же ешь мясо? – внезапно спросил Ден. – А значит, тебе плевать на чувства животных, которых убивают ради мяса. Но у них тоже есть эмоции, они тоже чувствуют боль и страх! Тогда почему тебе не наплевать на чувства людей?
– Мне это совсем не нравится, – посмотрев на него, ответила Дина. Затем огляделась и продолжила. – Быть смертью – значит иметь особую ответственность. А не осознавать эту ответственность – преступление. Мне стремно уже от того, что приходится объяснять такие простые вещи.
– У тебя очень странные представления о смерти… – тихо произнесла Амина. – Наверное, из-за того, что ты жила все это время в одиночестве. Бедняжка…
– Себя пожалейте! – Дина хлопнула по столу и встала. – А меня жалеть не надо. Я просто хочу сделать так, чтобы люди перестали нас бояться!
Ден и Амина залились громким смехом. Эрик удивленно поднял брови. Дина, сжав кулаки, развернулась и пошла на выход.
– Отношение к смерти можно формировать лишь сообща! – крикнул Ден ей в спину. – И ты не имеешь теперь права пожинать мертвых, если не будешь делать это в рамках общего сотрудничества!
– Это называется «сговор», а не сотрудничество. Да и в таком случае, может, нам необходима монополия на смерть? – Дина толкнула дверь и вышла наружу. Затем направилась к стоянке самокатов.
По пути она открыла приложение, чтобы забронировать один из них. Из бара внезапно выбежал Эрик – он выглядел обеспокоенным. Увидев его, Дина решила поторопиться, но приложение, как назло, грузилось медленно и неохотно.
– Дина, постойте! Прошу вас, остановитесь.
Дина, не отрывая взгляд от экрана, недовольным голосом ответила:
– Мне не о чем с тобой разговаривать. Да и с ними тоже.
– Дина, но разве я давал вам повод для обиды?
– Обиды? – она все же отвлеклась и взглянула на Эрика. – То, что кто-то мразь, меня не обижает. Но вызывает отвращение.
– Но вы же с нами согласны, что их не надо воскрешать? Вы ведь и сами признаете, что призраков надо пожинать! Так какая вам разница, делать это по одному или собрав их всех вместе?
– Я уже все сказала. У нас разные представления о том, как распоряжаться нашими способностями. Это видно по твоей беспорядочной стрельбе из машины. Слышно из слов Дена. Уверена, Амина тоже от вас не отстает. Может, глупо вас в этом обвинять, ведь до сегодняшнего дня я относилась к ним точно так же… Но в любом случае – раз не согласны, тогда хотя бы не вздумайте мне мешать.
Дина убрала вторую ногу с асфальта и зажала кнопку. Самокат резко тронулся с места. Она быстро выехала со двора и помчала прочь. Руки крепко сжимали руль. Сердитый взгляд постоянно метался из стороны в сторону, чтобы никто внезапно не оказался у нее на пути.
Глава 5
Полдень приводил город в движение: на дороги выезжало все больше машин, на тротуары выходило все больше людей. Пешеходы не подозревали о том, что их нелюбовь к тем, кто катался на самокатах, была взаимной. Вместо того, чтобы идти с краю или сбоку, они предпочитали идти прямо посередине и без того узких тротуаров. Многие из пешеходов вообще вели себя непредсказуемо: резко останавливались или сворачивали вбок, предварительно не оглядевшись. Но самое главное, потом еще громко возмущались и ругались на самокат, так, будто не существовало беспечности пешехода, а существовала только наглость самокатчика.
– Девушка! Постойте, девушка!
Обернувшись, Дина увидела мужчину на электровелосипеде. По акценту и внешности она сразу поняла, что он был приезжим. На его спине висела знакомая сумка квадратной формы – отметина всех курьеров в городе. Дина притормозила, чтобы позволить ему себя догнать.
– Девушка, вы знаете, где находится Тверской проезд? Навигатор тупит весь день!
– Да, в центре он особенно барахлит, – согласилась Дина. Затем огляделась и вздохнула. – Езжайте прямо по Тверской улице. Как увидите памятник – сразу сворачивайте направо. Вам нужен первый поворот после памятника.
– Я понял, спасибо большое! Дай Бог вам здоровья, девушка! И не хмурьтесь, а не то это… как его… мор-щи-ны будут в старости!
Мимолетная улыбка, газ – и мужчина скрылся вдалеке. Но его эмоция осталась с Диной: маленькая, бытовая радость вопреки всем невзгодам. Брови тут же расслабились. На лице появилась улыбка, а на правой щеке – небольшая ямочка. Усмехнувшись, Дина оттолкнулась ногой от земли и поехала дальше.
Еще издалека она обнаружила, что на площади, на территории которой находилась кофейня, собралось огромное количество призраков. Они разбрелись по округе, но никуда не уходили. Кто-то гулял, кто-то сидел за столиками, а кто-то просто стоял и общался. При этом никто из них не выглядел напуганным, напряженным или даже просто грустным. Обстановка казалась спокойной и умиротворенной. Дети бегали, веселились и играли. Взрослые были увлечены своими делами, несмотря на то что они проводили последние часы своей жизни.
По коже Дины побежали мурашки. Ей никогда не доводилось видеть столько призраков одновременно. Правда, из-за того, что по площади гуляли и живые, было трудно их сосчитать. Дина припарковала самокат и принялась внимательно оглядываться. Из кофейни вышел Анрик. В руках он держал поднос со стаканчиками и каким-то десертом на блюдечке. Подойдя к одному из столиков, он выложил все это перед двумя смеющимися призраками. Затем забрал поднос и собирался уже вернуться в кофейню, но в последний момент заметил Дину.
Когда их взгляды пересеклись, он широко улыбнулся. Но Дина не ответила взаимностью. Ее хмурый вид заставил напрячься и Анрика: слегка насторожившись и оглядываясь по пути, он направился к ней.
– Скажи, а ты ведь им объяснил, что ты работаешь на смерть?
– Да, они много меня расспрашивали, и я им отвечал на все вопросы! По крайней мере на все, на которые сам знал ответы. А теперь мне даже не надо ничего объяснять – они сами друг другу все рассказывают, если кто-то приходит! – Анрик тараторил так, словно отчитывался перед ней.
– А они понимают, что сегодня ночью я их всех провожу? – аккуратно уточнила Дина.
– Да, я и об этом им сказал! А что, не надо было?
– Да нет же, это… здорово! – обрадовавшись, вскрикнула Дина. – Анрик, ты большой молодец! Только я не пойму, а чего это они такие спокойные тогда?
– Мы действительно еще не приложили много усилий – а результат уже вон какой! Я и сам в шоке, е-мое, – улыбнулся Анрик. – Думаю, секрет оказался в том, что большинству из них было страшно умирать в одиночестве. Ты же говорила, что всегда их забирала по одному?
– Да, так и есть.
– Так вот, я думаю, что, когда они вместе – им намного проще это пережить. На миру смерть красна, как говорится. Да и неловко, наверное, бояться смерти, когда видишь, как все остальные достойно держатся. Может, в попытке равняться друг на друга, они все и становятся спокойными.
У Дины не было слов. Мертвые делали все то же самое, что и живые. Они выглядели даже живее. Пока люди проходили мимо друг друга, никого не замечая и думая лишь о насущных делах, призраки выглядели открытыми и занимались тем, что по-настоящему доставляло им радость.
– Кстати, а где ты так долго была?
– Я думаю, лучше будет обсудить это в кофейне.
– Конечно! Давай!
По дороге Дина все время крутила головой и удивленно оглядывала призраков. Они продолжали стягиваться к площади и организовывать самим себе досуг. Это дало Дине понимание, что они уже заложили надежный фундамент. Теперь предстояло его развить во что-то большее.
Раздался звон колокольчиков. Дина ощутила приятную прохладу. Она уже успела немного вспотеть из-за беспощадного палящего солнца, а в кофейне работал кондиционер. Громкий неразборчивый шум сменился тихой инструментальной музыкой. Внутри никого не было, из-за того, что Анрик повесил табличку с надписью: «закрыто». Дина зашла вместе с ним за стойку. Он принялся готовить ей капучино, а она, опершись копчиком и руками о выступ, застыла в ожидании.
– Честно говоря, я и сам не подозревал, что первая же наша идея так хорошо выстрелит, – прервав тишину, улыбнулся Анрик. – Представляешь, они теперь и знакомятся друг с другом.
– Знакомятся?
– Ага! Те, кто прожил жизнь в одиночестве, теперь могут почувствовать заботу и поддержку. Могут найти себе близкого человека… а, так, где ты пропадала так долго? Я уж испугался, что ты больше не вернешься!
– Конечно же я собиралась вернуться, – насупилась Дина. – Сначала я искала тех, кто зазывал бы остальных на площадь. А потом… случилось кое-что очень неожиданное.
– Это что же такое могло тебя удивить?
– В общем, я обнаружила, что есть и другие смерти.
– А ты этого не знала?
– А ты знал, что ли? – удивилась Дина.
– Нет, но это будто было очевидно. Представь, сколько людей в мире умирает каждую секунду. Было бы странно, если б ты была единственной смертью.
– В таком случае, их еще больше… Но именно в столице, не считая меня, их пятеро.
– И как тебе они? Вы подружились?
– Скорее наоборот.
Анрик захлопнул стаканчик крышкой и застыл. Затем обернулся. Дина не выглядела ни задумчивой, ни опечаленной. Она лишь вопросительно подняла брови в ответ на его обеспокоенность.
– И тебя это не пугает?
– Нет, конечно, – Дина потянулась и забрала у него стаканчик. – Мы же пока приближаемся к цели. А это все, чего я хочу.
Она сделала глоток.
– А в чем именно вы не сошлись?
– Да с самого начала. Для них смерть – это не работа. И не предполагает никакой ответственности. Они знают не больше моего. Но исходя из всего, что им известно – они предпочли просто жить ради удовольствия. А к людям у них весьма пренебрежительное отношение.
– И при этом именно тебя решили снять с должности?
– Тут много странностей, Анрик. Мы очень сильно отличаемся, но я не знаю почему… они сразу знали друг о друге, как только появились. А я шесть лет работала в одиночестве. Им, в отличие от меня, не предоставили регламент. К тому же, как я поняла, им не платят зарплату.
– Зарплату? – Анрик поперхнулся кофе. – Тебе платят зарплату?
– Ну да. На карточку приходит в начале каждого месяца. Правда, ни на что особо не хватает. Но не об этом речь, а о том, что эти пятеро могут поставить наш план под угрозу. Или помешать ему после того, как я уйду. Очевидно, нам и об этом стоило бы позаботиться. А пока давай подумаем, как мы будем продолжать менять отношение к смерти. У тебя есть еще идеи?
– Я пока разговаривал с ними, понял, что многие беспокоятся о своих друзьях и близких, оставшихся среди живых. Точнее, они беспокоятся, что те беспокоятся из-за них. Короче, – Анрик нахмурился и отмахнулся. – Я хотел предложить тебе завести свой блог.
– Блог? Страничку в соцсетях, что ли?
– Ага. Мы могли бы там публиковать фото и видео с умершими, чтобы все видели, что с ними здесь хорошо обходятся и что они счастливы здесь находиться. А еще, чтобы близким было за них спокойнее. Это в том числе создаст положительное впечатление и для тех, кто пока жив, но кому предстоит умереть. Иначе говоря – такой ход начнет формировать положительный имидж смерти.
– Это звучит здорово, но разве они не могут сами писать или звонить своим родственникам?
– Я проверил, не могут. Они могут писать и звонить только друг другу. Видимо, интернет и связь у них тоже какие-то свои. Призрачные, – усмехнулся Анрик.
– Но у нас же нет гарантий, что это вообще хоть кто-то увидит и страничка раскрутится. Интернет-то огроменный.
– Как это нет гарантий? Люди начнут узнавать умерших с фоток и видео! Да это разорвет интернет! Никто же из живых не знает, что происходит после смерти, а это вон какую завесу для них приоткроет! Сенсация, е-мое!
– Слушай, а это здоровская идея! – загоревшись, воскликнула Дина. – Вот же повезло мне с тобой! Тогда можешь взять это на себя?
– К-конечно, – Анрик увел взгляд и смущенно улыбнулся. Затем снова на нее посмотрел и вздрогнул. – Что с тобой? Все в порядке?
– Ну да. А что?
– Твоя… рука.
Ее ладонь сильно дрожала. Она попыталась остановить тремор, просто направив на него свое внимание, но у нее не вышло. Тогда Дина схватила второй рукой правую ладонь, чтобы та застыла.
– Не обращай внимания, все хорошо. Это от нервов.
– Ты так переживаешь из-за других смертей?
– Да нет же, это никак не связано. В общем, ладно. Я тогда пойду, погуляю немного по площади. Я впервые вижу столько призраков одновременно. И все еще не могу поверить, что они уже гораздо меньше боятся смерти!
Анрик кивнул. Дина взяла стаканчик и пошла на выход. Снаружи ее встретило яркое слепящее солнце, озаряющее людную площадь. Временами дул приятный ветерок. Он щекотал листочки молодых яблонь и разносил повсюду тополиный пух. Дина сделала глубокий вдох. «Про блог это Анрик, конечно, здорово придумал. Если страничка действительно раскрутится, люди будут заранее знать, что их ждет. И будут знать меня. Проводы будут выглядеть уже совсем иначе. Не будет надоедливых вопросов, по типу «кто ты» и «где тогда твоя коса». Не будет удивлений и слез. Почему я раньше до этого не додумалась?»
Мысли прервал призрак, которого Дина разглядела на остановке. Это была молоденькая девушка в белом нарядном платье и туфельках. Она сидела в полном одиночестве и, приложив ладони к лицу, тихонько плакала. Никто не спешил ее утешить. Когда к остановке подъехал автобус, девушка отвлеклась на него, но, увидев номер, продолжила плакать. Дина залпом допила капучино, выбросила стаканчик и направилась к ней.
– Эй, что случилось?
Девушка оторвала ладони от лица и удивленно посмотрела на нее.
– А то ты не знаешь, что нас сегодня всех убьют!
– Мне ли этого не знать? Я же смерть.
Девушка вздрогнула и застыла. Дина села перед ней на корточки и, глядя на нее, продолжила:
– Не бойся, я никого пока не трону. У всех мертвых есть право на последние сутки. Этот день ты проведешь, забывшись в празднике. И тогда смерть тебе не покажется страшной.
Тихая и ласковая речь не успокоила девушку: ее глаза все еще переполнял ужас, а поджатые губы сильно дрожали. Дина, вздохнув, достала из кармана тонкие перчатки. Она надела их, аккуратно взяла девушку за руки и продолжила:
– Отпусти все, что на тебя навалилось при жизни. Абсолютно все. И просто наслаждайся своим последним днем. Хотя бы попробуй, хорошо?
– Думаешь… у меня получится?
– Конечно. Обещаю.
Девушка молча кивнула и вытерла рукавом слезы.
– Вот так. Скажи, почему ты сидишь на остановке?
– Я… жду автобус…
– А зачем тебе автобус?
– Мне надо поехать к бабушке. Если… если я не вернусь, у нее от волнения сердце не выдержит!
На ее глазах снова выступили слезы.
– Очень хорошо, что ты это сказала. Потому что теперь тебе не надо никуда ехать. Видишь вон ту кофейню?
Девушка подняла голову и, обнаружив вывеску, снова кивнула.
– Там находится организатор праздника – Анрик. Веселый парень со светлыми волосами. Он теперь ведет страничку смерти. Ты можешь подойти к нему и попросить записать видео, где ты передаешь послание бабушке. А он ей отправит, чтобы она не беспокоилась. Только, если ты будешь плакать, ее это вовсе не обрадует.
– Так если она узнает, что я умерла, то в чем смысл? Ее сердце точно не выдержит! А если и нет, то она все равно будет горевать!
– Хм… – Дина нахмурилась. – Если она лишь хочет видеть тебя рядом, то разве это можно назвать любовью? Больше похоже на привязанность. Но если она хочет, чтобы ты была счастлива, и не важно, с ней или нет... В общем, если с бабушкой у вас и правда хорошие отношения – просто дай понять, что все в порядке. Покажи, что тебе не страшно. Что ты счастлива. Тогда и ей будет спокойнее.
– Х-хорошо… – неуверенно ответила девушка. И, снова заплакав, бросилась к Дине, чтобы ее обнять.
– Давай, выдыхай. Все уже позади.
Объятия не были для Дины чем-то привычным, поэтому она выглядела слегка растерянной. И тем не менее аккуратно погладила девушку по спине. Та еще немного поплакала, затем встала и направилась к кофейне. В ее шагах даже ощущалась решимость. Дина поднялась на ноги и осмотрелась: никто больше не выглядел грустным. Она облегченно выдохнула, но лишь для того, чтобы сделать глубокий вдох в предвкушении чего-то грандиозного и совершенно нового.
Гуляя по площади, Дина подслушивала разговоры. Она пользовалась тем, что никто пока не знал ее лично. Призраки разговаривали о всяком – но только не о смерти. Они делились впечатлениями от жизни, рассказывали друг другу забавные истории, заражая окружающих улыбками. Все это напоминало такое легкое восприятие мира, из-за которого порой завидовали детям.
– Извините!
Дина опустила голову и вздрогнула. На лавочке сидел мальчик, лет двенадцати. Возле него лежала шахматная доска с уже расставленными фигурами. Пришлось приглядеться, чтобы его узнать: он был из той компании, от которой она узнала о другой смерти.
– Поиграйте со мной, пожалуйста! А то совсем никто не хочет!
– Конечно, – Дина улыбнулась и села на лавочку с другой стороны от доски. – Но только одну партию.
– Хорошо! Чур я за белых!
Она еще не успела согласиться, а он уже сходил пешкой. Дина не растерялась и сделала зеркальный ход. Мальчик задумался.
– А вы ведь и правда смерть?
– Да, я вас не обманула. Просто, оказывается, я не единственная смерть.
– Вы совсем не похожи на дядю, от которого мы убегали, – ответил мальчик, после чего сходил слоном.
– И хорошо. Не сладко бы вам пришлось, если бы все были такие, как он.
Дина выставила коня перед своими пешками.
– Но вы ведь тоже хотите нас убить.
– Что? Нет! Не убить, а проводить. И перед этим я хотела бы устроить большой-пребольшой праздник. Так что до конца дня ты можешь веселиться. И если у меня все получится как надо – ты сможешь забыться в этом празднике настолько, что даже не заметишь, как уйдешь.
– Правда?
– Правда.
Мальчик широко улыбнулся и сходил ферзем.
– Я сразу понял, что вы не дадите нас в обиду. Иначе вы бы нас проводили еще тогда, когда мы виделись в первый раз. Да?
– Пожалуй, что так, – ответила Дина. И снова передвинула коня, отправив его ближе к вражеским фигурам.
– Шах и мат! – вдруг крикнул мальчик и даже подскочил от радости.
– Ч-что? Так быстро?
– Ну так это же детский мат! Всего четыре хода!
– Я даже как-то и не заметила…
– Потому что я болтал с вами, чтобы отвлечь! – широко улыбнувшись, ответил мальчик.
– Каков хитрец! – Дина потрепала его по волосам и встала. – В общем, не скучай тут. Оторвись по полной.
– Хорошо!
Ее снова поглотила толпа призраков и людей. Дина бесцельно болталась по площади, пока не обнаружила вдалеке Анрика. Тогда она, скрестив руки на груди и перевалив вес на правую ногу, застыла, чтобы понаблюдать. Анрик подошел к небольшой группе призраков и стал что-то им объяснять. Они сильно обрадовались его словам и встали еще кучнее, а он сделал шаг назад и направил на них телефон. Один из призраков подставил другому рожки. Заметив это, какая-то девушка рассмеялась. После небольшой паузы они окружили Анрика и принялись глазеть в его телефон, попутно что-то комментируя и громко смеясь.
Почувствовав, что никто из живых ее не видит, Дина приняла физический облик и направилась к ближайшему торговому центру. Она все еще видела призраков, как и они ее, но теперь Дина была видимой еще и для людей. Ей приходилось постоянно метаться между двумя состояниями, ведь, если бы она общалась с призраками на глазах у людей – ее бы очень быстро приняли за сумасшедшую.
Глава 6
Внутри торгового центра оказалось не так много посетителей. Дина прошла через металлоискатель и подошла к эскалаторам. Обнаружив, что оба пусты, она решила подняться по тому, который не был для этого предназначен. Дина быстрыми шажками перебирала ступеньки, до тех пор, пока не добралась до середины. К этому времени ее ноги уже устали, но она продолжила идти, просто не так быстро. Лишь спустя минуту Дина поняла, что оставалась на месте. Тогда она ускорилась и прорвалась к самому верху.
На втором этаже располагался просторный фудкорт. Весь этаж был обставлен простенькими белыми столиками, за которыми обедали люди. Несмотря на широкий выбор, Дина уже заранее знала, в какую забегаловку пойдет и что будет брать. Она быстро подошла к кассе и озвучила заказ:
– Здравствуйте. Будьте добры, вот это комбо, – Дина вытянула указательный палец в сторону меню. – Картошку, если что, маленькую, а соус не надо.
– Понял вас. А не хотите еще попробовать нашу новинку?
– А это бесплатно, что ли?
– Нет.
– Ну а чего тогда спрашиваешь?
После оплаты кассир выдал ей чек с номером заказа. Дина взяла его, но решила пока не присаживаться за стол. Она отошла от кассы в сторонку и принялась ждать. «А ведь смерть должна быть стройной… но, думаю, от одного раза ничего не случится. Хотя погоди! В который раз я уже так говорю? Если буду с этим перебарщивать – талия быстро уйдет. И я заплыву! Хотя, я же веду активный образ жизни… так что, один раз можно».
Когда озвучили нужный номер, Дина забрала поднос с заказом и села за свободный столик. Затем дождалась момента, пока ее никто не видел, чтобы развоплотиться. Так она предостерегала себя от живых, которые могли бы ее потревожить. Положив телефон перед собой, Дина сняла перчатки и приготовилась в спокойной обстановке наслаждаться едой. Как только она развернула бургер, к ней кто-то подсел. Дина не стала отвлекаться и продолжила есть, разве что, иногда поглядывала на него исподлобья.
Незваным гостем оказался призрак. Таких она еще не видела: это был лысый мужик с жуткими шрамами и суровым взглядом. Сломанный нос, порванная губа, заново пришитый участок кожи на макушке – его грозный вид говорил сам за себя. Мужик явно повидал множество жестоких битв. А в некоторых, возможно, даже поучаствовал. Одевался он тоже весьма специфически: совмещал повседневную одежду с элементами рыцарских доспехов. Поверх кожаной куртки он носил потертые стальные наплечники с засохшими пятнами крови.
В какой-то момент Дина догадалась взять телефон в свободную руку и включить фронтальную камеру. Позади нее оказалось еще несколько призраков. Они стояли с автоматами в руках и держали ее на прицеле. Дула выглядели словно лучи солнца на детском рисунке, ведь были приставлены со всех сторон. Дина молча сделала фотку и положила телефон, после чего продолжила есть. Терпение мужика было на исходе.
– Какая глупая самоуверенность, – прошипел он, презрительно глядя на Дину.
А она не скрыла того, что услышала его. Но вместо ответа Дина обхватила губами трубочку и принялась пить газировку.
– Может, стоит просто завалить тебя без лишних расспросов?
Дина, жуя бургер, слегка неразборчиво спросила:
– А чего тогда еще не завалил?
Мужик на какое-то время замолк, а потом друг рассмеялся. И, успокоившись, произнес:
– Ты, пожалуй, самая странная смерть из всех, что мне доводилось видеть.
– А много ли смертей ты видел в своей жизни?
Дина откинулась на спинке стула и взялась за картошку.
– Поверь, намного больше, чем ты, – мужик потянулся и украл у нее картофельную дольку.
– А от меня вы что хотите? Если вы пришли за картошкой – пожалуйста, мне не жалко. Я себе новую куплю. Но если вы хотите что-то спросить – не тяните. Мое время ограничено.
Мужик обрадовался, но попытался скрыть это за сдержанной ухмылкой.
– Меня зовут Сиреон. Я – последний представитель Безмолвного Ордена. Это произошло двенадцать лет назад…
– А можно сразу к делу?
– Это произошло двенадцать лет назад, – словно не услышав ее, продолжил мужик. – Тогда, как мы предполагаем, и появился промежуточный этап между жизнью и смертью. Мы называем это место «Междумирье». Но когда здесь начали появляться первые призраки – на всю Москву была всего лишь одна смерть. И, не договорившись с ней, мы ее завалили. Затем появилась другая. Мы замочили и ее. Но затем появился Мортис… он разрушил все, что мы успели здесь построить. Он избавился от всех наших союзников, до которых смог дотянуться. С тех пор мы ведем войну против него…
– То есть вы знаете, как он выглядит? – перебив его, спросила Дина.
– Нет, не знаем. Мы слышали о нем только со слов других смертей. А его самого никто не видел.
– Погоди, а почему вы убивали его предшественников, вместо того чтобы заставить их вас воскресить?
– Потому что, если мы останемся здесь – мы будем бессмертны. И сможем здесь построить новый мир. Он молод и нестабилен, но рано или поздно здесь установится власть.
– А я-то тут при чем?
– Ты – смерть нового поколения. А значит, ты сильнее предыдущих. И мы сможем использовать тебя как оружие против Мортиса.
– Смерть… нового поколения? – задумавшись, переспросила Дина.
– Самая первая смерть не умела даже воскрешать. Но с каждым новым поколением смерти менялись и менялись их способности.
Его слова заставили Дину задуматься.
– Слушайте, – опомнившись, протянула она. – А почему бы нам не объединить усилия?
– Никаких компромиссов с врагами! – рявкнул Сиреон.
– Да погоди, ты ж меня даже не выслушал. Дело в том, что вы, при всем желании, не успеете меня использовать против Мортиса. Сегодня ночью я умру. Так сказал мне мой начальник. Но при этом, я тоже хочу построить новый порядок, основанный на интересах мертвых. Единственное, я не хочу, чтобы этот призрачный мир застаивался. Я хочу, чтобы это был лишь переходный этап, как оно и предполагалось. Но вы, поскольку можете защищать этот порядок от других смертей, сохраняете за собой право, в отличие от остальных, переходить из одного дня в другой. Что думаешь?
– Хм… – Сиреон, уведя взгляд, принялся водить ладонью по лысине.
– Я действительно хочу помогать людям. В течение этого дня ты убедишься, что я тебе не вру. Ты можешь согласиться на эту сделку, ведь тебе ничто не мешает в любой момент передумать. Так что приходи на площадь. Только не говори никому, что я способна воскрешать.
– Хорошо. Я подумаю над твоим предложением. И не буду пока тебя убивать. Но помни: повсюду мои солдаты! Если вздумаешь попытаться сбежать или что-нибудь натворить – мы обрушим на тебя весь гнев Безмолвного Ордена!
Солдаты опустили оружие и позволили ей уйти. Дина как ни в чем не бывало прошла мимо и, не оборачиваясь, спустилась на эскалаторе. Затем вышла на улицу и выдохнула. «Фух, пронесло, – подумала она, приподняла кепку и вытерла рукавом лоб. – Ну и дебилы». Чтобы отвлечься, Дина огляделась. Площадь оставалась такой же оживленной. Поток людей все не кончался. Кто-то курил в сторонке. Кто-то мчал на моноколесе. Кто-то фотографировался возле яблони. И все чего-то ждали.
Одни ждали благоприятного времени, чтобы, к примеру, завести себе новое хобби или взяться за старое занятие, которое пришлось отложить. Другие ждали, что им наконец-то повезет: может, предложат хорошую работу, а может, удастся выиграть в лотерею. Третьи даже не понимали, чего именно они ждали, и просто жили в подвешенном состоянии. В постоянных поисках и метаниях. Но каждый при этом жил с мыслью, что когда-нибудь наступит тот самый день. Эта мысль была словно морковка перед носом, которая вела всех от рождения до самой смерти. Не ждали только мертвые и Дина, ведь им было некуда откладывать лучшую жизнь.
– На, подержи.
Дине внезапно что-то всучили. В руках оказался крошечный малыш, завернутый в пеленку. Пока он рыдал, его мать отошла, чтобы потрещать по телефону.
– На площади говорю! Да! Ты шутишь, что ли?
Дина еще раз взглянула на плачущего малыша и начала его укачивать, чтобы успокоить. Малыш посмотрел на нее и тут же замолчал.
– А нафиг ты вообще за нами пришел? Чтоб кредиты свои не выплачивать?
Малыш изумленно смотрел на Дину, выпучив глаза. А она точно так же смотрела на него. Обоюдный ступор прервала женщина, которая резко выхватила ребенка из рук.
– У тебя есть дети?
– Нет…
– Оно и видно.
Женщина развернулась и ушла. Малыш продолжил громко реветь. Дина какое-то время смотрела им вслед, а потом направилась по своим делам. Гуляя в толпе она искала тех, кто все еще боялся смерти или выглядел грустным. Но помимо того, что среди людей было сложно искать призраков, именно таких еще и не удавалось обнаружить. Никто не выглядел расстроенным. От этого Дина чувствовала себя бесполезной. До тех пор, пока на глаза не попался молодой парень, который, в отличие от остальных, сидел один, прямо на бордюре, и плакал. Дина обрадовалась и быстро направилась к нему.
– Эй, ты чего раскис? – подойдя поближе, спросила она. – Да разве же в такой веселый светлый день можно быть таким несчастным?
– Можно, если ты умер! – продолжая плакать, закричал парень. – Он же говорил: не покупай мотоцикл! Ну почему я не послушал?
Она озадаченно подняла одну бровь. Затем вздохнула и присела рядом, тоже на бордюр. Парень покосился на нее, но сделал вид, что даже не заметил и продолжил плакать. Дина чуть качнулась вправо и легонько толкнула его плечом.
– Так и будем тут плакать? – улыбаясь, тихо спросила она.
– Да ты просто не понимаешь, как же это глупо! Все же к этому и шло! Да я и сам чувствовал, что что-то случится! И все равно поехал! Как же это глупо!
– Даже если бы тебе упал кирпич на голову – это не было бы глупо. Да и к чему так сильно цепляться за жизнь?
– Потому что это все, что у меня есть! Там все мои родные, все мои друзья! Там все мои планы, которые я так долго строил! Там все, что я люблю и не люблю! Там вообще все!
– Как ты можешь так говорить, если не знаешь, что будет после смерти? Сколько всего, может, с нами происходило до нашего рождения и сколько будет происходить после? А ты цепляешься за этот миг, так, будто это и правда все, что у тебя есть. Вот это по-настоящему глупо, а не то, что ты сел за мотоцикл.
– Ты и правда веришь в подобную чушь?
– А ты посмотри на себя и на меня. Твоя чушь тебя огорчает. А моя меня радует. Так может, моя чушь лучше твоей?
– И что ты предлагаешь? Тоже в нее верить?
– Я ничего не предлагаю. Просто не хочу, чтобы ты так грустил всего-то из-за смерти. А давай поборемся на руках? – Дина внезапно развернулась к нему.
Парень удивленно на нее посмотрел. Дина чуть отсела и поставила между ними левый локоть. Парень тоже развернулся и положил руку на бордюр, обхватив ее ладонь своей.
– Раз… два… три!
Досчитав, Дина тут же попыталась давить на его руку, но сколько бы она ни пыжилась, у нее вообще не получалось сдвинуть ее с места. Парень был в замешательстве. Немного подождав, он с легкостью положил ее ладонь на землю и выиграл.
– И на что ты вообще рассчитывала?
– Да ни на что, – Дина встала и поправила кепку. – Просто хотела показать, что ты сильнее смерти.
Его взгляд сразу же изменился: он будто ожил. Открытый рот превратился в широкую улыбку. Парень вытер слезы. Дина подмигнула ему и ушла с чувством выполненного долга. Ее шаг стал еще бодрее, чем прежде. Она беззаботно размахивала руками и крутила головой в поисках недовольных клиентов. Теперь то, что годами казалось невозможным, решалось так легко и просто. Дине было даже немного досадно, что она не додумалась до всего этого раньше.
– Эй! Чего на пути стоишь?
Дина обернулась. В нее уперлась тачка, полная кирпичей. Она принадлежала деду в красной клетчатой рубашке и старых, местами порванных джинсах.
– Вам, может, помочь?
– Помоги, конечно! А то прохлаждаешься тут без дела!
Дина аккуратно перехватила у него тачку и пошла за ним. Вести ее оказалось не так просто, как это выглядело со стороны. Тяжелая тачка то и дело заваливалась, приходилось постоянно прикладывать усилия, чтобы она не упала. Дина, тяжело дыша, подняла недовольный взгляд. Вдалеке, куда они направлялись, она разглядела целую команду пенсионеров, которые возводили какую-то кирпичную стену прямо посреди площади.
– А что вы строите? – Дина недоверчиво посмотрела на деда.
– Не видишь, что ли? Стену возводим от смерти.
– Думаете, поможет?
– Некогда думать. Надо работать. Все, приехали, – дед остановился и развернулся. – видишь ведерко? Там затирка. Бери шпатель и наноси на верхний слой кирпичей.
В этот момент Дине почему-то даже не пришло в голову отказаться. Может, из-за приказного тона деда, а может, из-за того, что их дело на секунду показалось ей действительно важным. Она взяла белое ведерко, сняла крышку и поставила его на кирпичную стену, которая пока что была около метра ростом. Затем подобрала валяющийся на земле шпатель и принялась наносить затирку. Дина занималась подобным впервые, поэтому поглядывала на бабушку, которая, стоя рядом, делала то же самое.
– Вы думаете, смерть такая маленькая ростом?
– Зря смеешься, – ответила бабушка. – Когда мы закончим строить крепость – смерть не сможет к нам подобраться. Мы будем держать оборону.
– Не, это-то понятно, – Дина посопела носом, чтобы избавиться от неприятного химического запаха в носу. – Просто почему вы так уверены, что она не может, к примеру, проходить сквозь стены?
– Ты просто еще молодая. И многого не понимаешь.
– Я хотя бы смерти не боюсь, – тихо пробурчала она, продолжая водить шпателем по кирпичам.
– Так мы и не боимся! – внезапно гаркнул дед. – Мы просто дадим ей достойный отпор! А будешь ныть – на разведку вообще пошлем!
– Все, все. Молчу.
Продолжая работать, Дина огляделась. Всего ее окружало чуть больше десятка пожилых призраков. Никто из них не выглядел напуганным – все были увлечены строительством, даже при том, что на улице стояла невыносимая жара. Дина не выдержала, остановилась и вытерла рукавом пот со лба.
– Хорошо, допустим, вы построите стену от смерти. А дальше-то что?
– Будем брать ее измором! – ответил дед. – Когда она устанет, пытаясь пробраться за стену, мы выскочим и накостыляем ей как следует!
– А вы не думаете, что смерть, может, на вашей стороне? Вы могли сразу умереть, но оказались здесь и у вас даже есть возможность строить стену против нее.
– Да как же она на нашей стороне, если она хочет нас забрать?
– Может, у нее и нет выбора, вы не думали?
– Ну тогда мы будем вести с ней переговоры!
– Что ж, я готова, – Дина вздохнула и отложила шпатель.
Дед недоуменно взглянул на нее. Затем окинул взглядом с ног до головы и спросил:
– Так это ты, что ль?
– Да, это я.
Другие пенсионеры тут же побросали свои дела и обернулись на нее. Дед упер руки в бока и громко произнес:
– Тогда внимательно слушай наши требования – я дважды не повторяю! Ты дол..
– Я сразу признаюсь, я не могу воскрешать, – Дина опустила расстроенный взгляд. – Знаю, это вас не утешит. И, скорее всего, вы продолжите меня бояться и ненавидеть. Но я не могу ничего с этим поделать…
В возникшей тишине она уже слышала ответ. Но дед внезапно возмутился.
– Ты старших не перебивай, нахалка! Я вообще-то недоговорил. Мы не собираемся тут помирать как попало. Если хочешь, чтобы мы позволили тебе нас забрать – ты должна нам предоставить кроссворды, шашки и свежие газеты! – дед повернулся к своим. – Галя, что там еще?
– И пряжу! Скажи, чтоб пару клубков еще принесла и спицы!
– Ты все слышала. Либо так, либо будем брать тебя измором!
Пенсионеры были серьезно настроены. Дина растерянно смотрела на деда и хлопала глазами. Затем опомнилась и, замявшись, ответила:
– Я могла бы все это принести, но это займет слишком много времени. Вы можете пойти в ту кофейню. Там находится Анрик – заместитель смерти. Он с радостью вам быстренько все раздобудет. Хорошо?
– Хорошо, – ответил дед и улыбнулся. – Сразу бы так.
Бабушки и дедушки принялись ликовать – им удалось навязать смерти свои условия. А Дина выглядела еще радостней. Она поправила кепку, развернулась и ушла, чтобы вновь бесцельно бродить по округе. Шум оживленной площади продолжал звучать голосами сотен людей, пением птиц и ревом моторов. Дина шагала по брусчатке и чуть ли не пританцовывала. Новый мир предвещал совсем иные проводы: те, в которых призраки будут счастливы, а она будет чувствовать себя нужной.
После нескольких лишних шагов Дина вдруг остановилась. «Мне что, показалось?» – подумала она. И вернулась обратно. Возле площади стояло желтое такси. Но оно, как и водитель, выглядело прозрачным. За рулем сидел взрослый мужик с волосатыми руками и смуглым цветом кожи. Высунув локоть в окно, он смотрел на телефоне какие-то видео и щелкал семечки. Дина открыла противоположную от водительской дверь и, наклонившись, заглянула внутрь.
– Ты таксист?
– А что, не видно? – недовольно покосившись на нее, спросил водитель.
– Да нет, я тебя, конечно, сразу узнала. Просто не поверила, что мне так повезло.
– Я не работаю. Я умер, – ответил он и отвернулся. – Пешком иди. Полезно.
– Так ты же даже не знаешь, что я предложу взамен. А я, между прочим, хотела чуть отсрочить твою смерть.
– Отсрочить?
– Да, дело в том, что я – смерть, и….
– Да не посажу я смерть в свою машину! – испугавшись и отпрянув, ответил водитель. – Дверь закрой!
– Погоди, меня и не надо везти! Мне нужно, чтобы ты ехал по городу и привозил призраков на эту площадь! За каждого доставленного пассажира я отсрочу твою смерть на десять минут. А если встретишь другого мертвого таксиста или, что лучше, водителя автобуса, и убедишь его заниматься тем же самым – то за каждого нового сотрудника получишь еще час жизни.
– А за тех пассажиров, которых они привезут, мне будет капать процент?
– Так ты еще и торговаться вздумал?
– Нет, я просто спросил! А… а страховку ты готова оплатить? Машина в аренду вообще-то!
– Да пошел ты! – разозлилась Дина и, выпрямившись, захлопнула дверь.
Машина тем не менее тронулась с места. Водитель тут же выехал с парковки и помчал в город, чтобы искать мертвых, которым нужно добраться до праздника. «Вот же наглый попался!» – думала Дина, поджав губы и нахмурившись. «Но зато призраков на площади скоро станет гораздо больше. Надеюсь, Анрик там тоже думает, как сделать так, чтобы праздник всем понравился…»
– Дина! Я прошу прощения!
Она обернулась. К ней подбежал запыхавшийся мужчина в синем костюме. В руках он держал маленькую флешку.
– Вы же Дина, да?
– Ну да, – неуверенно ответила она.
– У вас есть связь с обычным миром?
– Допустим.
– Какое счастье! Мне срочно нужно, чтобы вы отправили документ отсюда на почту моего начальника!
– Да тебе разве не все равно? – разведя руками, удивилась Дина. – Все, уже не важно, что было при жизни. Ты мертв.
– Вы не понимаете, я этот проект полгода готовил и сегодня крайний срок! Я не могу подвести своих людей просто потому, что я умер! Умоляю, помогите мне!
– Ладно-ладно. Видишь ту кофейню? Там находится бариста. Он тоже может это сделать. Попроси его.
– Понял, спасибо вам большое!
Мужчина поклонился ей и побежал в кофейню. Дина провожала его недоуменным взглядом. Затем, поправив кепку и оглядевшись, она заметила вдалеке что-то странное: компания призраков притащили стулья и уселись на них, образовав небольшой, но плотный круг. Всего их было десять. Среди них была девушка, которая выглядела очень подавленной, пока что-то рассказывала. Остальные смотрели на нее и внимательно слушали. Дина направилась к ним.
Как только она подошла, на нее тут же отвлеклась женщина, сидевшая чуть отстраненно от других. У нее даже стул был другого цвета – не черного, как у всех, а белого. Она сидела в брюках и рубашке, будто находилась на работе. Ее сочувствующий взгляд тут же прилип к Дине.
– Ты тоже нуждаешься в помощи?
– Какой еще помощи? – приподняв одну бровь, спросила Дина.
Все призраки, собравшиеся в круг, замолкли. Их внимание переключилось на нее.
– Я помогаю тем, кому надо принять смерть. У нас есть время до ночи, так что можешь присоединиться.
– Ого, а звучит неплохо… я бы присела, чуть послушала.
Женщина показала рукой на свободный стул. Дина молча села. Теперь она тоже стала частью круга. Но вместо того, чтобы продолжить разговор, призраки все еще пялились на нее. Когда ей стало совсем неловко, она, смутившись, спросила:
– Что-то не так?
– Все в порядке, пожалуйста, не чувствуй себя скованной, – улыбнулась женщина. – Этим людям ты можешь открыться, ведь нас всех объединяет общая проблема. Ты можешь представиться нам и признаться, что боишься смерти. Ну же, смелее!
– Эм… меня зовут Дина. И я боюсь смерти…
Ее перебили громкие аплодисменты. Кто-то даже восхитился ею, сказав, что это было «очень смело». Дина слегка покраснела и опустила взгляд.
– Уже чувствуешь себя намного лучше, не правда ли?
– Я…
– А теперь можешь поделиться с нами своими чувствами. Как именно ощущается твой страх?
– Ну… вообще, я стараюсь просто не думать о смерти. И занимать себя работой.
– А может, причина твоего страха исходит из детства? Вероятно, это следствие глубокой бессознательной травмы. Но мы можем ее проработать. Вот скажи, может, ты проецируешь на страх перед смертью какие-то другие свои страхи? Например, страх того, что ты не самореализовалась? Или же боязнь что-то не успеть? Ты думаешь, что боишься смерти, но на самом деле, боишься чего-то другого, не так ли?
– Наверное, так и есть. Может, я просто боюсь не успеть искупить вину.
– Это нормально. Такие мысли будут нас преследовать всегда. Что мы были недостаточно добры по отношению к кому-то. Что с кем-то провели недостаточно времени. Что не успели что-то сделать. Но пойми, это нужно просто принять. Ведь, с другой стороны, ты успела сделать намного больше, чем могла бы! Кто-то не успел даже того, что успела ты!
Все стали понимающе кивать и соглашаться.
– А с чего это я должна просто принять, если я могу успеть исправиться?
– Я понимаю, это сложно отпустить. Но ты должна просто попробовать! Попробовать перестать чувствовать себя обязанной. Ты даже не представляешь, какое облегчение ты почувствуешь! Скажи вслух: я сделала все, что могла!
– Я сделала все, что могла.
– Ну вот! Теперь ты чувствуешь?
– Если честно, не особо, – Дина вздохнула и встала со стула. – Я рада, если вам это действительно помогает. Вы делаете очень хорошее дело, причем бескорыстно. И я вам за это благодарна. Но у меня нет времени бояться – мне нужно идти работать.
– А смысл работать, если все уже позади? Что это за работа такая?
– Ну, судя по всему – вас пугать.
Пока на их лицах застыло недоумение, Дина поспешила скорее убраться. Она чувствовала себя настолько неловко, что даже ладони вспотели. А эти люди напоминали ей секту, пускай и, на первый взгляд, безобидную.
Внезапно она вздрогнула. К ней со всех ног неслись дети, в том числе и мальчик, который играл с ней в шахматы. Подбежав, они начали прятаться у нее за спиной. Некоторые схватились руками за пальто. Дина, ничего не понимая, посмотрела туда, откуда они прибежали. Там шел Эрик с пистолетом в левой руке. Он удивленно оглядывался, так, будто сам никогда не видел столько призраков вместе.
– Центр – это моя территория! – злобно закричала Дина. – Только попробуй кого-нибудь здесь тронуть!
– И в мыслях не было. Зачем мне с вами ссориться?
– Ну а чего тогда приперся?
– Я пришел с вами поговорить. Но лучше, если не здесь.
Дина, не скрывая откровенное недоверие и нахмурившись, поглядывала на черный пистолет. Эрик заметил это и спрятал его в кобуру. Затем развернулся и начал уходить. Дина немного подождала и последовала за ним. Она держала дистанцию, но не упускала его спину из виду. Они начали отдаляться от площади, до тех пор, пока вокруг не остались только живые люди.
Глава 7
Эрик остановился возле статуи, от которой тянулся длинный бульвар, обставленный скамейками. Тень деревьев укрывала их от жаркого солнца. Повсюду проезжали автомобили, проходили беззаботные пешеходы и пролетали голуби. Неподалеку по рельсам полз звенящий трамвай.
– В общем, Мортис недоволен тем, что вы делаете.
– А что мы делаем? – Дина положила руки на бедра, расставив локти в стороны.
– Я вам уже объяснил. Если призраки объединятся – это всех нас погубит.
– Да вы, уверена, даже не пытались наладить с ними контакт! Дело же не только в том, объединишь ты их или нет. А в том, добьешься ли ты от них понимания. Чтобы они приняли тебя и приняли смерть.
– Как только они поставят неизбежность смерти под сомнение – они сделают все, чтобы ее избежать.
– А с чего они, по-твоему, поставят ее под сомнение?
– С того, что вы этим и занимаетесь. Сокращаете дистанцию. Это приведет к тому, что смерть перестанет казаться бескомпромиссной. Они увидят в ней человека, причем мягкого и слабого. И тогда, поверьте, ради возможности жить дальше они втопчут в грязь любую проявленную к ним доброту. – Эрик вздохнул и посмотрел Дине в глаза. – Вообще, если говорить откровенно, Мортис послал меня, чтобы вас убить. Но я, по своей дурацкой наивности, все еще рассчитываю, что мы сможем стать друзьями. Поэтому я прошу вас – откажитесь от своей идеи.
– Ни за что, – медленно и четко произнесла Дина. – Можешь передать своему Мортису, что я ни за что не отступлю. А если ему что-то надо от меня – пускай сам подойдет и со мной поговорит.
Его спокойный, невозмутимый взгляд пытался на нее давить, но Дина оказалась еще настырней. Пока в его лице читалась откровенная скука, в ее глазах горел огонь. После долгого обоюдного молчания Эрик вздохнул и направился к своему джипу. Дина развернулась и пошла обратно в кофейню. Раздался выстрел. Следом прозвучало падение обмякшего тела. С линии электропередач вспорхнули птицы.
– Жаль, Дина, что все закончилось именно так! Я ведь и правда надеялся, что мы подружимся!
Звон монетки. Хлопок водительской двери и шумный рев мотора. Дина с трудом перевернулась на спину. Глаза испуганно цеплялись за небо. Она пыталась вдохнуть, но у нее не получалось. «Неужели, так все и закончится? Прямо сейчас? Как это вообще произошло? И что теперь делать?»
Стрелка на часах бежала вперед. Дина могла принять физический облик и позвать на помощь, но полиция и врачи отняли бы слишком много времени. Раны были несовместимы с жизнью – пуля прошла через спину и застряла в области живота. С каждой секундой Дина теряла все больше крови. Помощи ждать было неоткуда. Ситуация казалась безвыходной.
В голову пришел лишь один вариант, да и тот казался крайне сомнительным. Дина, лежа на спине, положила левую ладонь на лицо. Она не могла на это рассчитывать, поэтому в оставшееся время ей пришлось просто смириться. Ей невероятно хотелось спать. Отпустить все, расслабиться и закрыть глаза. Хотя что-то внутри нее сильно противилось этому. В голове она слышала приглушенный далекий крик: «только не засыпай! Это обман! Борись!» Но Дина все-таки не выдержала и закрыла глаза.
Ей казалось, что прошло очень много времени, но все произошло за миг. Дина убрала ладонь с лица и села. Кровь уже остановилась. Ей требовалось время, чтобы откашляться, отдышаться и все осознать. Мозгу не хватало кислорода, он практически ничего не соображал: только улавливал образы и ощущения, над которыми не мог рассуждать. Но вскоре воспоминания начали постепенно возвращаться. Когда Дина окончательно пришла в себя, она подобрала с земли кепку и, глядя на нее, задумалась: «Они меня так просто не отпустят. Если я сейчас оставлю все как есть – они вернутся за мной. Они проводят всех моих призраков, не позволив никому уйти достойно. Но что я могу с этим поделать? У него же пистолет! Такой, который может меня убить! Но… мне ведь уже нечего терять!»
Кепка снова оказалась на голове. Дина вскочила на ноги и рванула вдоль дороги. Она ориентировалась по звукам мотора, которые слышала перед смертью. Они помогли ей понять, в какую сторону уезжал Эрик. Дина бежала и все время оглядывалась, до тех пор, пока не обнаружила черный джип. Машина встала на светофоре. Из нее играла громкая агрессивная музыка. Дина перешла на шаг и направилась к ней. Дрожь охватывала тело, но перетекала в крепко сжатые кулаки.
На светофоре горел красный сигнал. Эрик высунул голову из окна, чтобы в этом убедиться. Дина попыталась ударить его ногой в затылок, но он внезапно убрал голову. Ее нога вынесла боковое зеркало. Эрик начал в спешке вылезать из машины. Дина развернулась и толкнула дверь – та отскочила в него и заставила замешкаться. Он вытянул руку и неуверенно выстрелил, практически вслепую. Дина ударила его по запястью и выбила пистолет. Следом она разбила ему нос.
В ответ Эрик неумело замахнулся рукой. Дина ловко подсела под нее и резко перемахнула через капот, чтобы оказаться по другую сторону от джипа. Она, оглядываясь, принялась искать глазами пистолет, но его нигде не было. Когда она обернулась, перед лицом промчался электробус. На короткое время он загородил ей весь обзор, а как только проехал мимо, Дине тут же пришлось отпрыгнуть назад.
Багажник джипа был открыт. Эрик держал в руках телескопическую дубинку. Дине удалось во второй раз сорвать покров: под бездушной маской проявилась неистовая злоба. Эрик, стиснув зубы, сорвался с места и бросился в атаку. Он принялся бездумно размахивать дубинкой, но его попытки оказались тщетны. Дина пятилась и ловко уворачивалась от всех ударов. Она подсаживалась вниз, отклоняла корпус в стороны и уходила назад. Вокруг них на бешеной скорости проносились автомобили.
Даже с оружием в руках Эрик выглядел трусливым. Он трясся над своим бессмертием, боялся его упустить. Из-за этого всегда держался на дистанции – то с помощью пистолета, то с помощью дубинки. А Дине было нечего терять.
Когда Дина почувствовала, что пора, она подсела под очередной удар и, сблизившись, замахнулась как следует, чуть ли не от бедра. Тяжелый кулак прилетел в подбородок и уронил Эрика на землю. Он сразу же принял физический облик. А когда поднялся на ноги, принялся испуганно оглядываться. Дина стояла неподвижно и, опешив, наблюдала за ним. Эрик все никак не мог ее найти, при том, что она находилась в паре метров от него.
– Что ты наделала?!
Дина тоже приняла физический облик.
– Использовала правую руку, – тяжело дыша, ответила она. – Кажется, ты превратился в человека.
Осознание его настигло моментально. Эрик попытался развоплотиться, но у него не вышло. Тогда он закричал и бросился на нее с кулаками. Дина тут же исчезла, чтобы его удар, как и он сам, пролетел сквозь нее. Снова поймав равновесие, он начал испуганно крутиться и глядеть по сторонам. Дина развернулась и пошла прочь.
– Тебе их всех не перебить! Ты даже не представляешь, на что способен Мортис! Остановись, пока не поздно! И распорядись тем, что тебе дано, с умом!
В иной раз она бы просто ушла, но тут Дина не сдержалась, сделалась видимой и обернулась.
– Ну конечно, а вы-то знаете, что делать. Нам дали регламент, идиот! – внезапно закричала она. – И первое его правило: каждый должен уходить счастливым!
Внимательно слушая ее, Эрик подавал голову вперед и щурился, словно пытался правильно ее расслышать. Затем, видимо, о чем-то догадавшись, резко изменился в лице и почему-то начал смотреть на нее с сочувствием. Дину эта снисходительность только сильнее раздражала, поэтому она развернулась, подобрала пистолет и ушла. Магазин оказался пуст, но она все равно решила оставить его себе.
Чтобы не тратить много времени, Дина взяла электросамокат. Бежевое пальто и русая косичка вновь развевались по ветру. Дерзкую улыбку сопровождал пронзительный взгляд. Дина ловко спрыгивала с высоких бордюров, объезжала дорожные знаки и петляла между люками, принципиально по ним не проезжая. Иногда она пригибалась под ветки деревьев, но не сбавляла скорость. Теперь, когда она пережила собственную смерть, у нее не осталось поводов тормозить.
Но прыть закончилась там, где начался подземный переход. Дина остановилась и озадаченно взглянула на спуск. Электросамокаты казались слишком тяжелыми, чтобы вести их по пандусам. Она огляделась в поисках обходного пути, но других способов пересечь дорогу не нашлось.
– Вам помочь?
Из-за спины вышел крупный мужчина в футболке и шортах. В правой руке он держал черную спортивную сумку.
– Да, я была бы вам очень благодарна, – Дина слезла с самоката.
Мужчина взял его и повел по пандусу для колясок. Дина спускалась по обычным ступенькам. Она обеспокоенно оборачивалась, но казалось, что для мужчины это было проще простого. Спустившись вниз, он куда-то пошел. Дина поначалу не поняла, почему он не вернул самокат, и только затем вспомнила, что впереди их ждал подъем. Тогда она догнала мужчину и пошла сбоку.
– А вы тоже слышали про смерть? – внезапно спросил он.
Дина вздрогнула.
– Вы о чем именно?
– Ну, я про тот блог, который якобы ведется от лица смерти.
– А, кажется, я что-то слышала…
– Ну и бред, конечно, скажите? А народ, как всегда, хавает.
– Вроде и да, но… я там нашла фотографию с моим умершим дедушкой. И я точно знаю, что таких у него не было.
– На это и расчет. Это проделки искусственного интеллекта, не ведитесь. Вскоре, я думаю, этих шутников вообще накажут. Нельзя играться с такими вещами.
Когда они дошли до других ступенек, он подсел и взял самокат на руки. Дина поднималась следом. Наверху мужчина поставил самокат на землю и отряхнул ладони.
– Спасибо вам большое!
– Не за что. Берегите себя.
Мужчина спустился обратно. Дина встала на самокат и поехала дальше. Подземный переход слегка остудил ее пыл: она ехала быстро, но притормаживала всякий раз, когда проезжала мимо людей или подъезжала к дорогам. Тем не менее, ей хотелось поскорее добраться до площади, ведь там она чувствовала себя нужной и счастливой. Там теперь и было место ее работы.
Обстановка на площади все еще выглядела безмятежной. Призраков становилось все больше. Анрик до сих пор подходил к ним и фотографировал с телефона. Кто-то додумался включить музыку с больших колонок, установленных на пустой сцене. Теперь повсюду звучала бодрая мелодия с легким летним настроением. Призраки все меньше сторонились друг друга и собирались в небольшие компании.
– Эй, Анрик! – позвала его Дина.
Анрик обернулся и улыбнулся еще шире. Сфотографировав очередного призрака, он быстро убрал телефон в карман и направился к ней. Дина припарковала самокат.
– Сработало! – радостно воскликнул он. – Страничка стала популярной!
– Правда? Так быстро?
– Да! Смотри!
В подтверждение своих слов Анрик достал телефон и принялся демонстрировать разные цифры и показатели статистики. Но Дина смотрела не на них, а на него самого. Его глаза горели, и он был невероятно вовлечен в то, что делал, даже при том, что работал не на свою мечту.
– …так что, у смерти уже есть положительный имидж! Дальше можно делать только лучше и лучше! Только, единственное, я нигде все же не раскрывал твое имя и то, как ты выглядишь. Подумал, что лучше, если это будут знать только призраки. А иначе, если ты станешь популярной, тебе проходу не дадут!
– У меня… нет слов, – замявшись, ответила Дина.
– Ты что, этому не рада?
– Да нет же, это все, чего я хочу! Просто… ты мне так сильно с этим помогаешь. То, что люди перестанут бояться смерти – это будет по большей части твоей заслугой.
– Как это? Идея же была твоя! Мне она вообще казалась невыполнимой, пока ты не предложила попробовать!
– Меня не надо ни в чем убеждать. Твой вклад в наше дело огромен, и ты это знаешь.
В разговоре возникла пауза. Дина заметила, что Анрик начал как-то странно на нее засматриваться. Слегка смутившись и поправив кепку, она спросила:
– Что-то не так?
– Нет, просто… почему у тебя кровь? Где ты была?
– А, ты про это, – Дина выдохнула. – Помнишь, я тебе говорила, что есть пятеро других смертей? В общем, теперь их четверо.
– Четверо? Это как?
– Только что я виделась с одним из них. Они, как я и думала, против того, чем мы тут занимаемся. Они отправили одного из смертей, чтобы тот меня убил. И у него почти получилось. Но оказалось, что, когда смерть прикасается левой рукой к своему лицу – она себя воскрешает. Восстанавливает или что-то вроде того. А затем я додумалась коснуться его правой рукой. Той, которая оживляет. Он перестал быть смертью и стал человеком.
– Погоди, а ты к нему подкралась, что ли? Или как это происходило?
– Нет, мы дрались.
– Дрались? – испугался Анрик.
– Да, но мне это не впервой. У меня первый разряд по боксу.
– А почему именно по боксу?
– Ну… – задумалась Дина. – Однажды, когда я пыталась проводить одного призрака, тот меня избил. Тогда я поняла, что, раз уж левой рукой я могу их провожать, а правой воскрешать, то стоило бы подтянуть свою ударную технику. В итоге я записалась на бокс.
– Слушай, а раз ты смогла сделать смерть человеком, может, следует их попросить сделать то же самое с тобой? И так ты сможешь избежать собственной смерти?
– Я тебе уже сказала, мне это неинтересно! – выпалила Дина. – Не хочу я увиливать от смерти! У меня, может, есть соблазн, но я с ним борюсь! И мне было бы куда проще, если б ты не напоминал мне о нем!
– Ладно, извини… я… – его взгляд какое-то время метался по земле, но, не подобрав нужных слов, Анрик расслабился и вздохнул. – Пойду, наверное. Страничку вести и кофе готовить…
Он поплелся обратно в кофейню, но теперь в нем не было того энтузиазма, с которым он ее встретил. Дина стояла с разинутым ртом и провожала его ошалелым взглядом. Затем развернулась, чтобы пойти по своим делам, но тут же остановилась и схватилась за голову. Она пыталась что-то придумать, но в итоге тоже сдалась и, вздохнув, все же куда-то побрела.
Поначалу она просто гуляла по площади, а затем вышла за ее пределы, чтобы бесцельно болтаться снаружи. Все вокруг, оказывается, обсуждали ее страничку. Кто-то полагал, что это все обман, а фото и видео с умершими – проделки нейросетей. Но большинство людей верило, что страничка была правдивой. И тут мнения тоже разделились на два лагеря. Одни ругали смерть за то, что она отнимала у них все самое дорогое, а другие благодарили ее, ведь она учитывала пожелания умерших. К тому же, теперь она делала это открыто, не боясь демонстрировать всем свою работу.
Подслушивать их разговоры было весело. Все вокруг говорили о Дине, но при этом она ходила среди них, а они даже не обращали на нее внимания. Ей казалось, будто она за кем-то подглядывала, только этим «кем-то» оказались сразу все.
«Опять все перекопали… сколько уже можно эту дорогу менять?» Осмотревшись, Дина вдруг увидела другую кофейню. Она остановилась и задумалась. Ее все никак не отпускало тревожное ощущение. Оно мешало, причиняло дискомфорт, словно чесалось. Это тревога напоминала ей те ситуации, когда знаешь, что забыл о чем-то важном, но не понимаешь, о чем именно. Хотелось поскорее избавиться от этого ощущения. Дина открыла дверь и зашла в кофейню.
– Добрый день! – поздоровалась бариста.
Ей оказалась девушка невысокого роста с татуировками и пирсингом. Поверх черных коротких волос она носила коричневую бейсболку. Дина подошла к стойке и встала напротив.
– Вам кофе?
– Нет, спасибо.
– Эм… а что тогда?
– Мне нужен совет.
– Ого… – бариста слегка растерялась, но затем взяла себя в руки. – Весьма неожиданно. Но если смогу чем-то помочь, буду только рада.
– Дело в том, что у меня есть… друг. Он тоже бариста. И я на него накричала. Хотя он очень много для меня сделал. Кажется, он теперь сильно расстроен. А я совсем не знаю, что мне делать. Может, вы как бариста подскажете: как можно помириться с баристой?
– Хм… боюсь, этого мне будет недостаточно. Может, вы могли бы рассказать мне больше о вашей ситуации? А я бы с удовольствием выслушала!
У Дины не осталось других вариантов. Они присели за свободный столик, и она начала вываливать все, что накопилось. Правда, ей приходилось упускать и заменять многие детали, чтобы не говорить, кто она такая и чем занимается. А девушка оказалась очень внимательным слушателем. Во время рассказа она многозначительно кивала и активно реагировала на все. Временами даже вставляла какие-то собственные комментарии, хоть и в основном просто соглашалась со сказанным.
– …Вот и все. И теперь я как-то странно себя ощущаю. Будто сделала что-то неправильное. Я хочу загладить свою вину, но совсем не знаю как.
– Хм. Я думаю, вам необязательно как-то выруливать эту ситуацию. Достаточно просто ее проговорить. Вместе с ним.
– Разве этого будет достаточно?
– Ну конечно! А вы посмотрите на все с его стороны. Он вас знать не знает. И вообще не понимает, как вы к нему относитесь. Каждое ваше действие дает ему новую информацию. Если вы первой пойдете на перемирие – ему это будет важно. Он поймет, что его переживания вам не безразличны. И ему сразу станет от этого легче.
– Надеюсь, это поможет, – неуверенно ответила Дина.
– Конечно поможет! Я понимаю, это звучит слишком просто и приторно-правильно. Но когда вы устанете искать «особый рецепт», вы так или иначе вернетесь к самым простым решениям.
– Ладно, пойду попробую.
– Подождите! Давайте обменяемся контактами? Я хочу, чтобы вы потом отписалась мне – сработало или нет.
Они нашли друг друга в соцсетях и добавились в друзья. Девушку, оказывается, звали Виктория. Дина поблагодарила ее, вышла из кофейни и направилась обратно к площади. По дороге она репетировала ту речь, которую собиралась произнести. Слова в голове путались, но Дина старалась упорядочить их в единый монолог. Она даже разбила его на несколько смысловых абзацев, чтобы точно запомнить. Но чем ближе Дина была к разговору, тем больше ей становилось не по себе. Поэтому приходилось себя успокаивать: «А что такого? Просто потерпеть пару минут. Все высказать. И пойти дальше. Вроде легче легкого».
Тучи перекрыли солнце, поэтому свет уже не слепил глаза. Теперь все, что казалось таким ярким, предстало как есть. Кофейня была совсем неподалеку. Дина остановилась. Она знала: ей нужно было просто поговорить с Анриком, но эта простая задача почему-то начинала казаться непосильной. Не выдержав, она вдруг подумала и решила: «Да кто он такой, чтобы я перед ним еще и извинялась? Кто он такой, чтобы я боялась ему что-то сказать? Я ему жизнь вообще подарила!» Гордо хмыкнув, она развернулась и пошла работать. После понимания, что не придется ничего говорить и оправдываться, ей стало полегче. Неприятное ощущение, которое давило на грудь, отошло на второй план.
Все готовились к дождю. Кто-то переместился под козырек, нависший над входом в магазин. Кто-то принялся устанавливать большой зонт. Живые в спешке расходились по домам. Обстановка казалась беспокойной, и шум был уже не тот – вместо радостных неспешных разговоров звучали короткие резкие возгласы. Увидев, что какой-то подросток безуспешно пытался нести большой стол, Дина направилась к нему. Тот с трудом обхватывал стол, делал пару шагов, останавливался и ставил его на землю, чтобы дать рукам отдохнуть.
– Эй! Тебе помочь? – придерживая кепку, спросила Дина.
– Да, было бы здорово.
Она приподняла стол с противоположной стороны, и они принялись нести его вдвоем. Правда, идти спиной вперед было неудобно и, боясь во что-то врезаться, Дина передвигалась быстрыми, но мелкими шажками.
– Куда его несешь?
– Туда, под арку.
– А зачем тебе такой большой стол?
– Я тут не один, нас целая компания. Остальные отошли за напитками и закусками. Если хочешь – присоединяйся.
– Ты серьезно?
– Ну да. А что?
– Да нет, просто… думала, может, вам будет со мной некомфортно.
– Да ну, забудь вообще. Мы любого примем в свою компанию. Тот парень из кофейни сказал, что смерть заберет нас только в полночь. Так что еще есть время повеселиться.
Дина задумалась и, продолжая нести стол, спросила:
– А что вы вообще думаете про смерть?
– Не знаю, я ее, к счастью, еще не видел. Страшная, наверное. И бессердечная.
– Почему это?
– Ну а какая она еще может быть? Нет ничего хуже ожидания. А она издевается над нами – дает последний день, чтобы нас сломать. Но мы перед ней не прогнемся – будем веселиться до последнего, чисто назло.
– Ну и неси сам тогда!
Дина резко отпустила стол, так, что ножки чуть не сломались. Затем развернулась и пошла прочь.
– Эй, ты чего?
Она уже не обращала на него внимания. Дина решила подойти к кому-нибудь другому. Быстрый шаг повел ее к мужику, который складывал большой зонт возле кафешки. Он явно торопился и тихо ругался всякий раз, когда у него что-то не получалось. Иногда мужик выглядывал из-под зонта и вытягивал руку, чтобы проверить, не начался ли дождь.
– Эй, тебе помощь нужна?
Мужик, стоя перед зонтом на цыпочках и что-то откручивая, обернулся.
– Не, не нужна.
Дина недоуменно посмотрела на него. Затем вздохнула и опустила взгляд.
– Скажи честно: что ты обо мне думаешь?
– А что я могу о тебе думать? Я тебя знать не знаю.
Мужик продолжил разбирать зонт.
– Но какое-то впечатление же у тебя все равно сложилось. Вот, только что, например, я про себя узнала много нового. Может и ты мне что-то расскажешь? Или так сложно поделиться?
– Да господи! Не видишь, занят? Не в моем вкусе ты! Думаешь, штукатуркой морду намалевала и теперь самая красивая? Да таких тут полным-полно! И вообще я женат! Отстань!
Мужик на нее даже не смотрел, а Дина застыла, разинув рот от удивления. Затем быстро развернулась и начала уходить. «Мне ты можешь врать, но себя не обманешь! Ты знаешь, что я прав!» – Дина вспоминала слова парня, попавшего в аварию. Она с надеждой посмотрела на призраков, но никто ей не улыбался. Все были заняты своими делами, настолько сильно, что казалось, им не было дела до смерти. Дина подошла к сцене, села на краешек и опустила взгляд.
Вдали прозвучал гром. Правая рука снова дрожала, напоминая о самых жутких мыслях. Тех, что были страшнее мыслей о смерти и о том, что ее никто не любит. Дина попыталась справиться и обхватила ладонью запястье. На грудь опять что-то давило. Слезы просились наружу. Не выдержав, она резко встала и все-таки направилась в кофейню.
Глава 8
Раздался звон колокольчиков. Внутри кофейни обстановка казалась обособленной от внешней суеты, что бы там ни происходило. Готовились ли призраки к дождю или спокойно разгуливали по площади под светом солнца – в кофейне всегда была комфортная температура. Там всегда вкусно пахло десертами и всегда горел умеренный, приятный глазу свет. А что тишину, что шум сменяла тихая инструментальная музыка.
Когда Дина зашла внутрь, первым делом она посмотрела за стойку. Анрик готовил очередной кофе, но услышав, что кто-то зашел, отвлекся и поднял голову.
– Дина, ты как раз вовремя! Зацени, какую рекламу мы развесили по городу!
Его странное поведение сбило ее с толку. Дина растерянно смотрела на него, а он был все таким же бодрым и веселым, как обычно. Разве что, не пересекался с ней взглядами. Все это заставило ее сомневаться, стоило ли теперь говорить то, что она собиралась. Анрик вышел из-за стойки и достал из кармана телефон.
– Вот, посмотри!
В открытой галерее мелькали фотографии, на которых были запечатлены баннеры и рекламные щиты, раскиданные по всему городу. На каждом висело изображение одной и той же картинки с адресом площади и толпой счастливых призраков. Внезапно раздался звук уведомления. Дина достала телефон из заднего кармана и разблокировала экран. Ей пришло сообщение от Виктории. «Ну как?» – спросила она. Дина какое-то время задумчиво смотрела в экран, а затем сунула телефон в задний карман.
– Прости меня, Анрик, – она опустила голову и почувствовала себя совсем беспомощной. Все те слова, которые она так долго подбирала, теперь оказались ненужными.
Анрик поднял удивленный взгляд. И, будто вспомнив, отвернулся и тихо ответил:
– А, ты про это… да забудь…
Для Дины это показалось странным. Она видела, что Анрику и самому неудобно возвращаться к той ситуации. Он старался делать вид, будто ничего не было. Такой выход и для Дины был бы максимально удобным, но где-то глубоко внутри она понимала, что это неправильно. Тогда, переборов себя, она вдруг ответила:
– Нет, я не хочу, чтобы… все было так! Не сглаживай ситуацию – теперь это моя обязанность! Я хочу, чтобы ты знал: мне стыдно за то, что я на тебя накричала. И я думаю, что ты вообще этого не заслужил!
– Хорошо, Дина, я тебя услышал, – Анрик опустил плечи и улыбнулся. На этот раз искренне. – Ты это сказала, теперь мне стало спокойней. Правда.
Гложущее чувство вины наконец-то пропало. Осадок растворился где-то в груди и теперь можно было спокойно дышать. Дина перестала хмуриться. Они молча смотрели друг на друга, пока Анрик вдруг не вспомнил:
– Кстати, я тут подумал – мне надо будет найти парочку призраков, которым я мог бы делегировать некоторые обязанности.
– Делегировать?
– К сожалению, сам никак не поспеваю. Нужно регулярно публиковать фотографии и видео. И делать это со всеми призраками, чтобы никого не обделить и не обидеть. К тому же, нужно готовить кофе и доставлять все необходимое к празднику. А если мне будут помогать со всеми делами, то у меня появится время на совсем другие задачи. К примеру, я смогу думать, как сделать этот праздник еще лучше.
– Блин, Анрик, не перестаю поражаться тому, как… в общем, все это будто у тебя в крови. Даже странно, что с таким живым умом ты работал баристой.
– А что плохого в работе бариста?
– Да нет же, ничего плохого в этом нет! Просто ты будто изначально был способен на что-то большее.
– Это все смерть. Она раскрывает мой потенциал. Да и всех этих призраков. Что бы мы сейчас делали, если б не ты? Тратили бы время на мелкие ссоры, ненужные дела и пустые разговоры. А ты напоминаешь нам о самом важном.
– Хочется в это верить…
– Да в это не надо верить, Дина, это так и есть! И я понимаю, как нам всем повезло, что наша смерть именно ты, а не кто-то другой! Я думаю, вскоре это поймут и остальные, если мы будем усердно трудиться.
– Очень на это надеюсь, – Дина поправила кепку и улыбнулась. – Тогда пойду работать. Но обязательно потом к тебе загляну!
Снаружи ее встретил теплый воздух. Тучи прошли мимо и уступили место солнцу. Дождь не состоялся. Призраки и люди снова разбрелись по площади. Повсюду звучали их беспечные разговоры. Дина достала телефон, чтобы набрать Викторию. Она приложила телефон к уху и куда-то направилась, просто чтобы не стоять на месте. Послышались длинные гудки. Вскоре Виктория взяла трубку.
– Да, алло?
– Виктория, здрасьте! Это Дина!
– Диночка, привет! Давай лучше на ты.
– Хорошо. В общем, я ему сказала все, что думала, затем извинилась. Ему стало легче, и он снова засиял. А сразу после этого и мне полегчало!
– Ты молодчина! Вот видишь, всего-то стоило сказать все как есть!
– Ага… я, честно говоря, так переживала, а это оказалось так просто.
– Поэтому впредь так и стоит поступать: просто говори правду.
Дина вздрогнула. Издалека к ней направлялась большая компания детей. Среди них были как те, которых она уже видела, так и новые ребята. Они постоянно перешептывались и переглядывались.
– Слушай, Вик, – Дина изменилась в голосе. – Спасибо тебе огромное за совет. Но сейчас мне не очень удобно говорить. Мы еще спишемся, хорошо?
– Конечно, Диночка! Давай, на связи!
Дина положила трубку и убрала телефон в задний карман. Дети обступили ее со всех сторон. Им приходилось сильно задирать свои маленькие головы, чтобы на нее смотреть, поэтому Дина присела на корточки.
– Что такое? – улыбнувшись и оглядев их, спросила она.
– Вот! Это вам! – громко произнес самый маленький из них, после чего протянул ей бумажку, сложенную пополам.
Дина взглянула на нее. Затем достала перчатки, надела их и взяла бумажку в руки. Она была сложена так, чтобы напоминать по форме книгу. На обложке было написано: «для Дины». Развернув бумажку, она увидела внутри рисунок, сделанный цветными карандашами. Оказалось, что дети попытались ее изобразить. Дина стояла на самокате, улыбалась и держала в руке стаканчик с кофе. Земля внизу была закрашена коричневым, а по ней небольшими зубчиками простиралась зеленая травка. Сверху находились желтое круглое солнце и белые облака. Дина перевернула листок, но на обратной стороне ничего не оказалось. Дети стояли молча, затаив дыхание, и смотрели на нее, ожидая реакции.
– А зачем это мне?
– Мы хотели сделать вам сюрприз! Подарить подарок!
– Подарок? – задумалась Дина. – Но мне никогда не дарили подарки… спасибо вам! Наверное…
– А правда, что вы смерть?
Она вздрогнула и посмотрела на мальчика, который это спросил. Но тот ее совсем не боялся – ему просто было любопытно. Остальные дети притихли.
– Да, это правда.
– А зачем тогда вы Ленина забрали?
– Я не забирала Ленина! – насупившись, ответила она. – Да и откуда вы вообще его знаете?
– А мы в школе проходили! Еще мы знаем, что вы Ельцина забрали! А кого вы еще хотите забрать?
– Да никого я не хочу забрать! Кто ко мне придет – того и заберу. Мне без разницы.
– Даже мою собачку? – затаив дыхание, спросил кто-то.
– Нет, твою собачку я не трону…
– А чем собачка лучше Ленина?
– Так, отставить! Кто будет много говорить – того первым цапну!
Дина поднялась на ноги. Дети принялись радостно визжать и разбегаться. Для них ее угроза почему-то прозвучала как предложение сыграть в догонялки. Самый маленький мальчик, неуклюже и быстро топая ножками, закричал: «атас, лебята! Беспледел!» Дина вздохнула, сложила листок и положила его в карман. Оглядевшись, она увидела, что некоторые родители испуганно пялились на нее. Кто-то даже поругал своего ребенка, когда тот вернулся в круг семьи. Все это наводило на мысль, что, пока дети к ней тянулись, взрослые ее все же сторонились. Кто-то недоверчиво косился. Кто-то и вовсе относился к ней с большой опаской и старался не пересекаться, а по возможности – обходил за километр.
Тогда Дина решила попробовать наладить с кем-то контакт. Она вздохнула и направилась к спортсменам. Их, как ей показалось, она пугала в меньшей степени, ведь они продолжали заниматься любимым делом даже несмотря на смерть. Эти призраки даже умудрились оборудовать себе спортивную площадку прямо посреди площади. В небольшом уголке оказались турники, брусья и целые скамьи со штангами.
Когда она подошла, большинство спортсменов тут же перестали делать упражнения и обернулись. Дине хотелось просто раствориться среди них, возможно даже позаниматься вместе с ними, но ее присутствие они явно сочли за то, что ей что-то было нужно. Неуверенно оглядевшись, она вдруг указала пальцем на парня, делавшего жим лежа.
– Кто ж без подстраховки-то жмет? Давай хоть подстрахую!
Парень принялся испуганно крутить головой. Все его приятели тут же сделали вид, что заняты. Тогда он обреченно посмотрел на Дину.
– Не надо, спасибо! Я все равно последний подход делал!
– Да брось. Я же видела, что ты только подошел.
Она по-дружески подмигнула. Парень, все еще сомневаясь, лег обратно на скамью. Дина подошла к ее изголовью, чтобы помочь снять штангу. Насчет три они вместе приподняли гриф, и парень принялся жать.
– Слушай, а неплохая техника, – удивилась Дина.
– Спасибо.
– Давно занимаешься?
– С четырнадцати лет…
Позади послышался шепот: «смотри, смерть заставляет его поднимать штангу!» «Видимо, хочет, чтобы он умер от того, что его придавит… какая ужасная смерть…» – ответил кто-то. Дина обернулась. Все занимались своими делами. Понять, кто это сказал, уже не представлялось возможным, хоть она и пыталась вглядываться в лица.
– Эй, да ты там уснула, что ли?
Дина резко обернулась. Парень пытался поставить штангу, но его дрожащие руки уже еле держали ее.
– Ой, прости! – она спохватилась и помогла ему.
Они вместе с трудом поставили штангу на стойку. Парень выдохнул и сел.
– Прости, пожалуйста, я отвлеклась!
– Да ничего… я думаю, не стоит. Я попрошу помочь кого-нибудь из ребят.
– Да, наверное, так будет лучше…
Дина вздохнула и решила попробовать подойти к кому-нибудь другому. Ей приходилось перебарывать себя, чтобы идти на этот шаг. Все внутри сопротивлялось. Но она продолжала шагать сквозь толпу призраков и людей, поправляя по дороге кепку. Компания, к которой она направлялась, расположилась на отшибе и готовила шашлыки. В основном там были взрослые мужчины и женщины. Они даже выглядели подстать дачной атмосфере: здоровый мужик в шортах и футболке суетился возле мангала, а полненькие женщины что-то обсуждали и все время хохотали. Другие два мужика спорили насчет мяса, пока вокруг них резвился лабрадор.
Когда Дина к ним подошла, один из них тут же вскочил и попятился назад. Остальные тоже ее заметили и сильно насторожились. Непринужденная беседа сразу прервалась. Все молча и напряженно смотрели на Дину, а она и сама была в полной растерянности.
– Почему сейчас? И почему именно мы? – чуть ли не заплакав, завопила одна из женщин. – Мы думали, у нас есть время хотя бы до вечера!
– Так и есть. Я же подошла не для того, чтобы вас проводить.
– А зачем тогда? – спросил мужик, держа в руках шампур, словно оружие.
– Да так… хотела с вами посидеть. У вас тут так уютно и мило. И мясом вкусно пахнет. Я бы тоже поела, если вы не против.
– Так ты же смерть, зачем тебе это? Разве ты чувствуешь голод?
– А вы, так-то, призраки! – не выдержав, закричала Дина. – Вы же не прочь поесть? Дело не в том, чувствую я голод или нет! А в том, что перекус будет приятным! Не обязательно жизненно зависеть от еды, чтобы ее любить!
Женщины испугались еще сильнее: одна из них крепко зажмурилась и уже приготовилась к смерти, а вторая не отрывала замерший взгляд от Дины. Мужик, который стоял у мангала, вытянул руки вперед и тихо произнес:
– Подожди, не злись на нас, прошу. Давай мы приготовим шашлык и дадим тебе спокойно поесть, а сами пойдем куда-нибудь? Когда ты наешься, мы вернемся. А? Что думаешь?
От его ответа Дина была готова вот-вот взорваться. Она ощущала полное бессилие. Ей хотелось снова наорать на несмышлёного мужика, но внезапно ей удалось взять себя в руки. В голову начала закрадываться идея. Дина выдохнула и спокойно ответила:
– Давайте так и поступим. Можно тут где-нибудь присесть?
Все принялись наспех предлагать ей разные места, чтобы услужить. Дина специально выбрала самое скромное из них и приземлилась на небольшую квадратную сидушку, которая валялась прямо на асфальте. Мужик продолжил готовить мясо, но постоянно посматривал на Дину. Все молча переглядывались, не понимая, что теперь и зачем говорить.
«Они не воспринимают меня как равную. Не понимают, что я такой же человек, просто исполняющий обязанности смерти. Может, чтобы это изменить, надо показать их превосходство надо мной? И тогда они начнут смотреть на меня попроще?»
– О, а может картошку тоже пожарим? – Дина указала пальцем на пакет.
– Конечно! С-сейчас! – засуетившись, ответила одна из женщин.
– Нет-нет, постойте! Я сама все сделаю.
Встав с места, Дина подошла к пакету с картошкой. Каждый ее шаг сопровождали напряженные взгляды. Она присела на корточки, взяла в руки нож и принялась резать одну из картофелин. После недолгого молчания мужик все же не сдержался и спросил:
– А ты не собираешься ее чистить?
– А что, надо, что ли? – удивилась Дина.
– Нет, ну лучше, конечно, всяко почистить.
– И резать ее надо мельче! – добавила одна из женщин. – Так у тебя ничего не прожарится.
– Да все у нее прожариться, нормальные куски. Просто почистить надо сперва.
– Нет, не прожарится!
– Да с чего бы? – разведя руками, возмутился мужик.
Другие тоже вступили в эти спонтанные кулинарные дебаты. Они принялись спорить о том, как лучше готовить картошку. И в пылу жаркой дискуссии даже забыли о том, что рядом находилась смерть.
– Ребят, не ругайтесь, пожалуйста! – попросила Дина. – Давайте попробуем и так, и так, а затем посмотрим, как будет вкуснее?
– Отличная идея, – ответил мужик, раздраженно глядя на жену.
К картошке присоединились остальные, чтобы вместе ее чистить и резать. Кто-то нарезал мелко, а кто-то сразу крупными кусками. Когда Дина устала, она вытерла рукавом лоб и подошла к мангалу, чтобы понаблюдать. Мужик удивленно взглянул на нее, но не испугался и не ушел.
– А зачем вы воду туда брызгаете?
– Видишь, иногда огонь разгорается? – показав, спросил мужик. В этот момент он к ней немного наклонился, чтобы показать пальцем с ее ракурса.
– Ну да, вижу.
– Его лучше тушить. Открытый огонь действует грубо. Он подпалит корочку. А умеренный жар, идущий от углей, будет готовить мясо равномерно. И внутри, и снаружи. То же самое с картошкой.
– А, теперь поняла! – обрадовалась Дина. – А можете мне еще рассказать?
– Что именно?
– Как лучше готовить еду? Я просто особо не готовлю, живу на доставках. А тут, похоже, собрались знающие люди!
Мужик обрадовался и принялся делиться с ней опытом. Дина уже давно подметила, что люди очень любили это дело – их хлебом не корми, дай только рассказать, что, как и почему. И ее нехитрый план сработал: к мужику вскоре присоединились остальные, чтобы тоже надавать полезнейших советов. А она их очень внимательно слушала и вовремя задавала нужные вопросы. Казалось, этих призраков уже было не остановить. Поток нравоучений прекратился лишь тогда, когда приготовились мясо и картошка.
Наступил самый волнительный момент. Все внутри сжалось от напряжения. Дина с опаской поглядывала на призраков, так как все еще помнила, как они договорились поступить. Но мужик и остальные об этом уже забыли. Они никуда не ушли и принялись есть шашлык все вместе. Дина жевала вкусное мясо и была очень довольна собой. На ее щеке выступила ямочка. Доев свою порцию, Дина встала и как следует потянулась. Затем, оглядев присутствующих и улыбнувшись, напоследок сказала:
– Спасибо вам большое! Было очень вкусно. И очень познавательно!
– Обязательно приходи к нам еще. У меня хоть после ковида и отбило нюх, но готовить вкусно я не разучился!
– И не забывай – лучше все-таки картошку резать покрупнее!
– Хорошо, я не забуду, – посмеялась Дина. И покинула их, захватив с собой буханку белого хлеба.
Теперь на душе было тепло и радостно. Эта маленькая победа придавала уверенности, хоть изначально ситуация и казалась безвыходной. Но когда Дина отошла еще дальше, за ее спиной послышался шепот: «фух, наконец-то». «Да уж, пронесло» – ответил кто-то. Дина не останавливалась, чтобы не подавать виду, но ее взгляд замер. По телу прошла дрожь.
«Изменить отношение людей к смерти… но как понять: я имела в виду себя лично или смерть, как явление? Теперь, когда я знаю, что скоро умру – мне должно быть уже все равно, как ко мне относятся. Главное, чтобы они перестали бояться смерти». Она шла по площади, опустив голову, и аккуратно поглядывала на всех исподлобья. Когда на нее кто-то смотрел – Дина стыдливо отворачивалась.
Мимо нее внезапно прошел призрак с автоматом. Дина удивилась, но затем увидела вдалеке Сиреона и с облегчением выдохнула.
– Извините…
Дина резко обернулась. Молодой парень тут же сделал шаг назад.
– Ты что-то хотел?
– Д-да… я хотел попросить вас – вы можете как-то отгородить площадь от живых?
– От живых? Зачем?
– Это очень неудобно. Мы уже поняли, как отличать живых от мертвых. Но их на площади слишком много. И все вперемешку… и призраки, и люди.
– Но ведь они тоже имеют право здесь находиться, – задумавшись, ответила Дина.
– Да, но нас-то меньшинство! Почему бы не пойти нам на уступки? Или ты не видишь никакой разницы между живыми и мертвыми?
«Что все такими обидчивыми стали в последнее время? – подумала про себя Дина. – У меня своих проблем хватает, а тут еще этот ущемился. Так, ладно…»
– Хорошо, – улыбнувшись, ответила она. – Мы отгородим площадь от живых.
– Спасибо вам большое!
Парень обрадовался и ушел. Улыбка Дины тут же пропала. Она огляделась. На нее все еще косились недоверчивые взгляды. Призраки обходили ее стороной. Вздохнув, она направилась к краю площади, туда, где их было меньше всего. Пришлось сразу же остановиться – прямо перед лицом проехал мужчина на велосипеде. Дина посмотрела на руки, убедилась, что она была в перчатках, и пошла дальше.
На отшибе было тише и спокойнее. Никаких боязливых или осуждающих взглядов. Никаких раздражающих перешептываний. Дина присела на бордюр под тень клена, широко раскинувшего ветви. Она поставила локти на колени и с печальным видом принялась наблюдать за праздником, со стороны напоминая ребенка, с которым никто не хотел дружить.
Сбоку раздалось тихое мяуканье. Дина лениво повернула голову. Возле ноги ластилась пухленькая черная кошка с рыжими и белыми вкраплениями на шерстке.
– Ты тоже тут совсем одна, да? – тихо спросила Дина. – Ну давай тогда вдвоем будем одни.
Схватив кошку за пухлые бока, она подтянула ее к себе и положила на колени. Затем начала гладить – от макушки и по всей спине. Послышалось тихое довольное мурлыканье.
– Только мы с тобой и понимаем этот мир, не так ли?.. И никто нам больше не нужен. А они пускай и дальше там копошатся. И никто… Ай!
После укуса кошка внезапно спрыгнула с нее и испуганно обернулась. Дина резко поднялась на ноги.
– Ну и пошла ты, толстая! Мне и ты не нужна! Поняла? Сама тут справлюсь!
Кошка готовилась убежать, но то ли из любопытства, то ли из страха все еще смотрела на недовольную Дину. Затем перевела взгляд на батон хлеба в ее руке.
– А, так вот, что тебе было нужно? – Дина подтянула подбородок к себе и нахмурилась от возмущения. – Ни кусочка не получишь! Отдам все голубям! А ты смотри и завидуй!
Птиц на площади было предостаточно. Дина отошла подальше от бордюра и подальше от кошки, с которой поругалась. Она огляделась и увидела, что по площади гуляло огромное множество голубей. Большинство из них были уже мертвы. Они клевали асфальт, но там ничего не было. Поначалу Дина захотела их напугать, чтобы они в страхе разлетелись в стороны, но затем посмотрела на буханку хлеба и принялась крошить ее перед собой.
Голуби тут же начали слетаться к ней. Дина продолжала крошить для них хлеб. Она так забылась в этом процессе, что даже не заметила Сиреона, который, стоя неподалеку, молча наблюдал за ней.
– Чем ты тут занимаешься?
– А? – отвлеклась Дина. – А, да голубей решила покормить.
– У нас нет времени на дурацкие глупости! – выпалил Сиреон. – Если ты хочешь, чтобы охрана площади была еще надежнее, мы должны начать набирать рекрутов из числа мертвых! Но ты должна им также пообещать вечное бессмертие!
– Ладно, – Дина пожала плечами. – Я дам им бессмертие, но только взамен за вечную службу. И не набирайте солдат лишь из числа тех, кто уже умеет держать в руках оружие. Это будет несправедливо. Пусть эта возможность будет доступна каждому. Если кто-то согласится – обучите его воинскому делу или как там это у вас называется.
– Есть. И еще: я уже расставил своих солдат по периметру. Теперь они охраняют площадь, чтобы никто из смертей не пробрался сюда извне.
– Замечательно… Спасибо тебе огромное, Сиреон. Твоя помощь нам действительно очень важна. Да я, честно говоря, и не думала, что ты и правда согласишься помогать смерти.
– Я не помогаю смерти! Это смерть помогает мне!
– Пусть будет так, – Дина пожала плечами.
– И вообще: мы лишь используем тебя в своих целях! Ты лишь инструмент!
– Ладненько.
Дина аккуратно взглянула на него: Сиреона трясло от злости. Он был готов вот-вот взорваться, а от его лысины практически шел пар.
– Ты лишь пешка в тысячелетней кровавой войне! И когда придет время – мы тебя с легкостью разменяем! Даже не раздумывая! И вообще я тебя всей душой ненавижу, потому что ты гребанная смерть! Исчадье сгинувших отродий!
Своим громким ревом он распугал всех голубей. Дина осталась одна. Сиреон отвернулся и сплюнул. Он выглядел невероятно хмурым и сердитым. Пока все вокруг наслаждались праздником, его лицо было пропитано гневом, отвращением и злостью. Дина подумала, что своим грозным видом он может пугать окружающих и ломать всю концепцию, поэтому, отщипнув еще один кусочек хлеба, она протянула ему:
– Будешь?
– Если что-то произойдет – я сообщу.
Он по-солдатски развернулся и ушел, задев плечом Анрика. Тот остановился и удивленно обернулся. Затем повернулся к Дине.
– Кто это?
– Сиреон. Тот еще кадр, конечно. Но он помогает нам, охраняет площадь. А, кстати! Ты можешь как-то связаться с правительством и попросить их выделить нам ее?
– В каком смысле «выделить»?
– Отгородить площадь от живых. Так мертвым будет намного удобнее. Да и нам с тобой.
– Не уверен, что они пойдут на такое…
– А ты просто попробуй. Если не получится, то ничего страшного.
Анрик кивнул и протянул кофе в стаканчике. Дина аккуратно взяла его и принялась пить. Теперь она поняла, чего ей не хватало – горячего капучино, которое сразу же вернуло силы и бодрость. Кофе с пенкой было настолько мягким, что обволакивало рот изнутри и оставляло приятное сладкое послевкусие.
– Как продвигается твоя работа? – обеспокоенно глядя на нее, спросил Анрик.
– Да не очень. Может, я все-таки изначально была права… да и те смерти тоже. Что для призраков не делай – а смертью они все равно будут недовольны, ведь в конце она все заберет.
– У нас еще девять часов впереди. Рано сдаваться!
– А кто сказал, что я сдаюсь? – Дина нахмурилась и улыбнулась. – Я-то знаю, что все впереди! К тому же, мы уже меняем мир. Просто… тяжело смириться с тем, что в этом новом мире я буду единственной лишней.
– Это кто тебе такое сказал?
– Да никто. Но я же понимаю, как призраки ко мне относятся. Когда я только увидела их на площади – по глупости подумала, что они уже не боятся смерти. Потом поняла, что это не так, и впереди еще много работы. А сейчас, думаю, надо продолжать трудиться, но только для того, чтобы создать новую схему проводов для будущих смертей. Облегчить им работу. Рассчитывать, что я при этом изменю отношение к смерти – глупо.
– Не думай об этом. Я не хочу, чтобы это портило тебе настроение – ведь на тебе все здесь и держится! Просто продолжай работать и не делай поспешных выводов. А я буду трудиться над твоим имиджем, но уже среди призраков. Хорошо?
– Как скажете, босс, – Дина пожала плечами и сделала еще один глоток.
К ним подошел смуглый мужчина со стильной укладкой, густыми бровями и идеально ровной бородой, как будто только что вышел из барбершопа. У Дины в голове возникло два варианта: либо это российская модель, либо турецкий прохожий. Ответ стал очевиден, когда мужчина вдруг заговорил на незнакомом языке.
– Ты его понимаешь? – спросил Анрик.
– Да нет, конечно. С чего бы? Я только русский знаю.
– Погоди, а если здесь умирает какой-нибудь иностранец?
– У меня такое впервые. Но сейчас же век технологий, – Дина достала телефон. – Так, сейчас…
Открыв переводчик, она вбила туда фразу на английском: «открой переводчик на своем телефоне. Напиши там, что ты хочешь сказать». Затем показала переведенный текст иностранцу. Тот его явно не понял, хоть и очень долго зачем-то всматривался в незнакомые символы. Тогда Анрик включился в разговор. Он стал показывать на телефон, а потом на карманы иностранца.
– А, – протянул мужчина. – Но! Но!
И принялся размахивать руками. Тогда Дина попросила:
– Попробуй объясниться жестами. Покажи руками, что ты хочешь.
Мужчина задумался. Затем вдруг раскинул руки, показывая на других призраков. И провел большим пальцем по горлу.
– Да, – кивнув, ответила Дина. – Они сегодня умрут. И тебя я тоже провожу.
Немного подумав, она показала сначала на себя, затем на него и провела пальцем по горлу. Иностранец испугался и начал пятиться.
– Дина! – возмущенно крикнул Анрик. – Ты понимаешь, что это можно не так понять?
– А нечего было в России умирать, – Дина запрокинула голову и продолжила пить кофе.
– Может, стоит отправить его в свою страну? К своей смерти? Мне кажется, так будет справедливо.
– Ты же знаешь, у меня нет времени, чтобы этим заниматься.
– А ты просто не провожай его и все. Я сам завтра этим займусь, – Анрик повернулся к иностранцу и попытался показать ему, что Дина не будет его убивать. Затем указал на него пальцем и изобразил рукой летящий по небу самолет.
Иностранец выдохнул и принялся понимающе кивать. Затем куда-то пошел. Дина, продолжая пить кофе, огляделась. Призраки все еще не отличались от людей. Неподалеку проходила старушка с двумя палочками в руках. Она шла так медленно, будто просто не знала слова «опаздывать». Какой-то парень шел в майке безрукавке, демонстрируя всем свои худые бицепсы. Две девочки гуляли и пили клубничный мохито из пластиковых стаканчиков. Анрик достал из кармана какую-то черную штуку и протянул ее Дине.
– Что это?
– Перцовый баллончик. Если кто-то из других смертей к тебе полезет, ты сможешь залить его перцем.
– Ого, спасибо, – неуверенно ответила Дина и начала крутить его в руке, внимательно изучая.
Струя брызнула прямо в глаза. Дина выронила кофе, схватилась руками за лицо и закричала.
– Ты чего творишь? – испуганно завопил Анрик. – На себя же нельзя!
– Так я же не знала, как он работает! – жалобно ответила Дина.
– Молоко! Ребята, есть у кого молоко?
Никто ему не ответил. Призраки и люди проходили мимо, занимались своими делами и совсем не обращали на них внимания. «Другой поможет», – думал каждый. А Дина продолжала мучиться и шипеть от боли. Сильно сморщившись, она пыталась протирать глаза, но это не помогало. При всем желании утихомирить ее боль, Анрик чувствовал себя бесполезным. Он нервничал и постоянно то смотрел по сторонам, то поглядывал на Дину.
– Е-мое, ближайший продуктовый ведь совсем не близко… подожди здесь, я сбегаю за молоком!
– Нет! – ответила Дина. Одной рукой она продолжала держаться за лицо, а вторую вытянула в его сторону, раскрыв ладонь. – Я сама схожу за молоком!
– Тогда давай хотя бы пошлем кого-то из призраков!
– Нет, Анрик! За пределами площади вам всем небезопасно! Я сама схожу за молоком…
С трудом оторвав ладонь от лица, Дина спрятала баллончик в карман и пошла искать магазин. По пути она продолжала тереть слезящиеся глаза и сопеть носом. Иногда ее пробивало на натужный кашель.
Глава 9
В центре все еще было огромное количество народу, в том числе и призраков, которые стягивались к площади. На стенах домов черной краской значились большие стрелки, а возле них были надписи: «дорога для мертвых». Живые обсуждали новости о смерти. Дину до сих пор удивляло все это. Особенно то, что эти масштабные изменения были ее инициативой. От нее требовалась лишь идея, озвученная Анрику. А он уже делегировал призракам эти задачи. И, таким образом, не прикладывая больших усилий, Дина могла влиять на происходящее в городе.
Продолжая отдаляться от площади, она вдруг опустила голову и посмотрела на свою левую ладонь. «А правильно ли вообще, что я обладаю такой властью? Но, с другой стороны, я же к этой власти не стремилась … они сами дали мне ее. Так что остается только надеяться, что я сделаю все как надо». Она сжала дрожащие пальцы в кулак.
– Саша, вернись! Тебя же уволят!
Дина обернулась. Возле входа в офисное здание стоял мужчина в рубашке и с черным галстуком. Он обеспокоенно смотрел на коллегу, который, судя по всему, только выбежал оттуда. Им оказался молодой парень. У него был невероятно воодушевленный вид и улыбка до ушей. Он развернулся, держа в руках стопку бумаг.
– Прошу, одумайся! Тебя реально уволят, дурак!
– А какая уже разница? Ты что, еще не понял? Мы бессмертны!
– Так там же черным по белому написано: она не умеет возвращать людей обратно к жизни!
– А мне и не надо. Я попрошу ее не забирать меня. И буду жить там, среди призраков. А если договориться не получится – просто уеду куда подальше!
– Да смысл об этом сейчас-то думать? Ты же еще живой! И тебе надо как-то себя кормить!
– А там не нужно будет себя кормить. Не нужно будет работать. Господи, да знал бы я раньше – бросил бы учебу в институте. Даже в школу бы не пошел. Ведь теперь все это – пережиток прошлого!
Парень бросил вверх листки, так, чтобы они, словно в кино, разлетелись в стороны, как листья по ветру. И, сняв с себя галстук, куда-то побежал. Дина задумчиво смотрела ему вслед, пока вдруг не вспомнила и не ударила себя ладонью по лбу. «Идиотка! Анрик же готовит капучино! Значит, у него в кофейне точно есть молоко! Как он сам до этого не догадался? И на кой я аж сюда-то топала вообще?»
Пришлось возвращаться. И, как оно обычно и бывает, Дина сразу же обнаружила продуктовый магазин. «Закон подлости» – подумала она и зашла внутрь. Там было намного прохладнее, чем снаружи, но не так приятно, как в кофейне Анрика. В магазине было много людей и там стоял странный запах, напоминающий что-то протухшее. Дина не стала медлить и сразу нашла отдел с молочными продуктами. Выбрав молоко с наименьшим процентом жира, она взяла его и подошла к кассе. Ей пришлось встать в самый конец длинной очереди.
– Откройте вторую кассу! – встав на цыпочки, попросила она.
Другие посетители, стоявшие в той же очереди, удивленно обернулись. Кассирша, недовольно хмыкнув, нажала на какую-то кнопку. Из колонок в магазине раздался звонок. Дина, спохватившись, быстро поставила молоко на ленту соседней кассы. Несколько людей сразу же встали за ней. Вскоре туда подошла вторая продавщица.
– Здравствуйте! Вам пакет нужен?
– Нет, спасибо.
Странно хмыкнув, продавщица пробила товар. На экране высветилась цена.
– А почему сто девятнадцать? – показав пальцем, спросила Дина. – На ценнике было написано девяносто пять!
– Девушка, там же черным по белому написано: цена по карте. У вас есть скидочная карта? Нет? Поэтому и цена такая.
– Да вы там пишете скидку на всю бумажку! А про карту – мелким шрифтом. Что за надувательство?
– Вы оплачивать будете или нет? – кассирша вздохнула и закатила глаза.
– Буду! Но и молчать не стану! Вы – обманщики! Нельзя к клиентам так относиться! В следующий раз жалобу напишу!
Пока на Дину удивленно оборачивались прочие посетители, она приложила карточку, оплатила покупку и вышла наружу. Там она встала возле стены, открутила крышку и принялась жадно пить молоко. Но опустошив половину, Дина остановилась и удивленно посмотрела на бутылку.
– Странно… как будто не помогает.
Пожав плечами, она выпила еще немного и выбросила бутылку в мусорку. Затем пошла обратно на площадь. В животе ощущалась тяжесть. Жара опять заставляла ее потеть так, что рукава тренча слегка прилипали к рукам. Дина медленно плелась по улицам, пока не увидела что-то странное. На другой площади, на которой она оказалась, повсюду летали мыльные пузыри. Дети, сговорившись, заняли разные позиции и с большим старанием одновременно их надували. Пузыри были настолько красивыми и разноцветными, что Дина остановилась и принялась их разглядывать. Один пролетал прямо возле ее лица. Хоть пузырь и был прозрачным, он настолько искажал картинку, что невозможно было понять, что находилось за ним. Дина вытянула палец левой руки и аккуратным, но быстрым тычком лопнула пузырь. За ним оказался удар.
Дина тут же развоплотилась, отскочила в сторону и развернулась. Это оказался Ден. Позади него стояли четверо призраков и злобно зыркали на нее. Один из них показательно разминал шею.
– Эрик предупреждал тебя! И вот, как ты ему отплатила? – закричал Ден.
– А у меня был выбор? Он меня убил!
– Лучше бы ты позволила себе тогда сдохнуть! Тебе все равно никак не поменять эту систему! Тебе что, мало всех этих фильмов и книг, где герой попадает в незнакомую, новую для себя среду? А потом не соглашается с правилами и пытается их изменить? Никогда это хорошо не заканчивалось!
– Значит, это плохие сюжеты, – Дина поправила кепку. – И придумывали их те, кого жизнь надломила. Да настолько, что они возомнили, будто по-другому не бывает. И снимают эти фильмы для таких же сломленных людей!
– Это жизненные истории, они показывают, как мир устроен! Поэтому они нравятся людям, не думала?
– Ну и пускай нравятся. Может, потому для большинства это жизненно, что они воспитаны на подобных фильмах и книгах. А я люблю совсем другие истории. Те, что подчеркивают красоту, а не уродство!
Ден кивнул в ее сторону. Призраки словно сорвались с цепей. Ден остался на месте, чтобы понаблюдать за этим боем, но у Дины были совсем другие планы. В последний момент она выхватила баллончик и залила всех острым перцем. Никто не успел толком среагировать. Даже Ден, оставаясь в стороне, вздрогнул и оцепенел. В его призраках пропал энтузиазм: кто-то встал на корточки, кто-то, согнувшись, принялся кричать от боли. Дина потрясла баллончик – там еще оставалось немного вещества.
– Ну давай, нападай! – закричала она, не скрывая ехидной улыбки. – Может, премию Дарвина получишь, как самая глупая смерть!
Раздался тихий щелчок. У Дена в руках сверкнуло лезвие. Он сорвался с места и побежал на нее. Дина распылила баллончик. Увернувшись от струи, Ден взмахнул ножом. Дина отскочила назад. Он продолжил ее преследовать. Перед глазами все время мелькало острое лезвие. Дина отступала и уворачивалась. Вокруг них продолжали летать мыльные пузыри.
В пылу боя она бросила пустой баллончик в Дена. Пока он прикрывался ладонью, Дина попыталась врезать ему правой рукой. Но он увернулся от удара и полоснул по запястью. Она вскрикнула и уклонилась от следующей атаки. Тренч прилипал к спине. В животе ощущалась тяжесть, а во рту – невыносимая сухость, от которой хотелось пить. Казалось, все было против нее. Но она и не думала уступать.
С ножом в руках Ден чувствовал себя уверенно – постоянно шел вперед и даже не думал защищаться, ведь у Дины попросту не оставалось времени, чтобы ударить в ответ. Иногда лезвие до нее доставало и резало то плечо, то руку. Она каждый раз шипела от острой боли, но продолжала смещаться из стороны в сторону, пытаясь уходить от атак. «Эрик им все рассказал. Но Ден не пытается атаковать меня правой рукой. Значит, у них нет этой способности». Пока Дина отвлеклась на размышления, Ден успел дотянуться до ее шеи. Он оставил небольшой, но болезненный порез. Дина вскрикнула. Шок на мгновение ее парализовал. Ден не стал медлить и пырнул ножом в живот. Оба застыли.
В глазах все тут же помутнело. Тело сковала боль. Дина видела перед собой довольное лицо Дена, который не вынимал нож и ждал, пока она умрет. Кровь продолжала течь из раны. Дина улыбнулась. Затем прикрыла лицо левой ладонью и тут же почувствовала прилив сил. Правой рукой она врезала Дену. Тот отлетел назад и упал на землю, а Дина вынула нож и отбросила в сторону. Когда рана затянулась, она убрала руку от лица и приняла физический облик.
– Думаете, настоящая смерть боится пистолета или ножа? Аж тошно, что такая власть досталась отбросам, вроде вас.
– А ты чем лучше, идиотка? – держась за лицо, закричал Ден. – Ты тоже обладаешь властью, которая дает тебе возможность вершить судьбы людей! И ты не отказываешься от этих способностей! Так чем ты лучше нас?
– Хотя бы тем, что я ненавижу свою власть.
– Так ты можешь в любой момент от нее отказаться! Ты можешь просто дать нам избавиться от тебя!
– Ден, у тебя не так много времени, чтобы заниматься подобной ерундой.
– Что? Ты это о чем?
– Я и твои дружки все еще бессмертные. А твой таймер уже запущен, – Дина встряхнула рукой, отбросила рукав и взглянула на часы. – Ты превратился в человека около тридцати секунд назад. С этого момента у тебя есть… скажем, не больше шестидесяти лет. Это я еще взяла с запасом. И зная, что ты через это время умрешь, ты и правда хочешь стоять здесь и что-то мне пытаться доказывать?
Вместо ответа Ден оцепенел.
– А какой смысл… вообще хоть что-то делать, если я все равно умру? – тихо спросил он.
– Не знаю, сам придумаешь. Вон, остальным это не мешает.
– Погоди, но это же… абсолютно бессмысленно! Они, видимо, не понимают, что в любом случае умрут! Иначе зачем, действительно, хоть что-то делать? Это же абсурд!
– А почему ты меня спрашиваешь? – разведя руками, спросила Дина. – Сказала же, не знаю! Но ничего не делать, будто бы, еще глупее.
– Мне даже жить негде! Я просто сдохну от голода, на улице!
Немного подумав, Дина достала из кармана ключи и подбросила ему. Ден с трудом их поймал и удивленно взглянул на нее. Она назвала адрес и добавила:
– Не забывай только гинуру поливать. Она весьма привередлива, но, я думаю, вы поладите. А, и еще: аккуратнее с ванной. Там смеситель надо поменять, может кипятком ошпарить.
Пока Ден смотрел на нее, выпучив глаза, Дина развернулась и ушла. Ее дыхание все еще оставалось сбитым. Голова сильно гудела. Как только она ее поднимала, закладывало уши. Сердце быстро колотилось и было готово в любой момент остановиться. В таком состоянии Дина поковыляла к площади. Все ее мысли были заняты тем, как бы скорее прийти в норму.
Так было до тех пор, пока Дина не увидела призрака на инвалидной коляске. Им оказался седой дедушка в зеленом костюме. На его груди висело множество орденов. Их было так много, что им едва ли хватало места. Дедушка все пытался выкарабкаться из ямы, в которой застрял, но безуспешно. Тогда Дина быстро натянула перчатки на руки и побежала к нему.
– Позвольте, я помогу! – воскликнула она.
– Чертово колесо! – продолжил возмущаться дед, так, будто даже не услышал ее. – Чертовы дороги! Даже после смерти досаждают!
Дина с большим трудом приподняла его вместе с коляской и подтолкнула вперед. Колесо вышло из ямы и встало на ровную поверхность.
– Вы ведь на праздник едете? – тяжело дыша, спросила Дина.
– А куда ж еще, если все пути ведут туда?
– Позвольте тогда я вам помогу.
Дина подошла к нему сзади и неспеша повезла его на праздник.
– А что там меня ждет? – спросил дед и попытался повернуть к ней голову.
– А вы разве не знаете? Я думала, по новостям передавали.
– Передавали… да разве ж скажут они правду?
– Не ручаюсь за другие новости, но все, что вы слышали про этот праздник, скорее всего правда.
– И вы тоже туда идете?
– Не иду. Скорее возвращаюсь.
Уже наученная горьким опытом, Дина решила не сознаваться деду в том, кем она была. Вместо этого ей хотелось поддержать беседу, где они общались бы на равных.
– А ты порядочная девчонка. Комсомолка небось?
– Что это?
– Ай, – отмахнувшись, посмеялся дед. – Да и не важно. Уважение в наше время – это редкость. Да что уж говорить про век, когда дозволено над всем смеяться. Ты мне лучше скажи, на празднике и смерть ведь будет, да?
– Ну да.
– А она наш человек? Советский?
– Не думаю. Она вроде моложе лет на десять.
– А что за бардак у нее тут творится? Почему меня даже никто не встретил? По-хорошему ремня бы ей всыпать за такое!
– Не надо, – сдерживая смех, ответила Дина. – Я думаю, у нее просто очень много работы.
– Много работы… Работа – это хорошо. Труд сделал из обезьяны человека. Так что пусть работает и не отлынивает. А иначе – в армию ее пошлем, сапоги чистить! Правильно говорю?
– Правильно, наверное… но я вот что хотела у вас спросить: как вы думаете, как организоваться всем призракам так, чтобы построить правильное общество?
– А зачем им правильное общество? Мне сказали, что у каждого из нас есть последние сутки – а потом мы покинем и это место.
– Так и есть. Но, по сути, в жизни же все то же самое, просто масштабы другие. Там тоже постоянная текучка. И тем не менее, жизнь нужно как-то организовывать… а как можно было бы организовать смерть?
– Кхм… Это вопрос философский. Требует внимательного рассмотрения, тонкого подхода и светлой головы. Но для начала, все должны быть равны. Вообще все. Даже товарищ смерть. Равенство говорит о справедливости. Если начнем разбираться, кто, когда, зачем и почему умер – начнется бардак. Начнутся поблажки. Начнется бюрократия. А призраки буржуев, уверен, тоже здесь. Они только и ждут этого момента! Поэтому должно быть равенство. Дальше – должны быть заложены правильные ценности. Мертвых, как и живых, надо воспитывать. Им только дай свободу, да посмотри, во что они быстро превратятся! Поэтому нужны хорошие лозунги. К примеру: «смиренному – легкая смерть!» Или: «любишь жизнь – люби и смерть!»
От его слов Дина даже спохватилась – ей захотелось открыть телефон и записать все, что он говорил, в заметках. Но потом она поняла, что может себя выдать, и тем более, это будет смотреться не очень красиво, поэтому она продолжила идти и внимательно его слушать.
– Лозунги формируют идею общества. Вектор его развития. Они должны звучать отовсюду, чтобы крепко въестся даже в самую непутевую голову. И последнее, что нужно для общества мертвых – правильное распределение благ. Если у товарища смерти так много работы, что она за всем не поспевает – значит, мертвым есть, с чем ей помочь. Так пусть работают, тунеядцы! Пусть помогают товарищу смерти, помогают организовывать это общество. Хотя бы в первой половине дня. А кто больше помогает – тому вечером во время заслуженного отдыха больше благ. И в конце они все уходят. Но каждый успевает и потрудиться ради общества мертвых, и отдохнуть. А смерть будет понимать, кого и в какой степени вознаграждать за этот труд. Ты там записываешь, нет?
– Нет, но я запоминаю, клянусь! – встрепенувшись, ответила Дина.
– Хорошо, – дед посмеялся.
На подходе к площади Дина заметила, что территорию оцепили военные. По периметру тянулась оградительная лента. Солдаты патрулировали и никого не пропускали внутрь. Но призраки, которых они не видели, продолжали приходить на праздник. Дина аккуратно поднырнула под натянутую ленту и провела за собой деда.
– А бабка моя тоже здесь?
– А она умерла больше суток назад?
– Да.
– Значит, к сожалению, вы ее здесь не найдете…
– Что значит «к сожалению»? – возмутился дед. – Сорока лет в браке, по-твоему, мало? Чтоб я еще и тут выслушивал брюзжание этой карги – да лучше уж убейте меня во второй раз, в самом деле!
Дед выглядел действительно возмущенным, но Дина догадалась, что он просто шутил.
– Ладно. Спасибо, – произнес он. – Не буду тебя тут задерживать. Дальше я и сам справлюсь.
– Хорошо, – отпустив коляску, ответила Дина. – Спасибо за этот разговор! И за советы тоже!
– Всегда пожалуйста. Давно хотел пообщаться со смертью.
Поначалу она не поняла, что он имел в виду. Затем, догадавшись, растерялась. Старик уже отдалялся, а Дина стояла как вкопанная. Но вскоре на смену смятению пришла улыбка. Поправив козырек кепки, она развернулась и быстрым шагом направилась к кофейне. Дина на ходу встряхнула левую руку, чтобы отбросить рукав и взглянуть на часы. Короткая стрелка дошла до четырех, но солнце светило не хуже, чем днем. Разве что уже не было так жарко – было просто тепло.
Теперь, когда на площади остались только призраки, наблюдать за ними стало проще. А они будто чувствовали себя еще спокойнее. Еще увереннее. Еще счастливее. С пустой сцены продолжала звучать громкая музыка. Отовсюду доносился запах вкусной еды и напитков. Одни призраки читали книги, другие играли в настольные игры, третьи просто выпивали и болтали – каждый нашел себе родственные души и вместе с ними напоследок занимался любимым делом.
Дойти до кофейни Дина не успела – Анрик опять встретился по пути. Он стоял вдалеке и раздавал призракам указания, а те внимательно его слушали и одобрительно кивали. Дина сменила маршрут и направилась к ним.
– Эй, Анрик!
На голос обернулись все, кто стоял рядом, но Анрик сделал это даже чуточку раньше. Он уже воспринимал ее оклик словно команду и, если слышал, тут же забывал обо всем остальном.
– Можно тебя на минутку?
Сперва он обернулся и что-то напоследок сказал призракам с серьезным лицом. Затем развернулся и, улыбаясь, направился к ней.
– Дина, прикинь, что я придумал! Акция для мертвых – «послесловие»!
– Что еще за акция?
– Любой призрак на твоей страничке может оставить свой последний след! Это может быть какая-то мысль, которую он сформулировал, или картина, которую он написал, или песня, которую он сочинил… все, что угодно! И таким образом он оставляет что-то этому миру! А поскольку наша страница уже невероятно популярная, люди сразу же это видят и комментируют, но никто не пишет мертвым гадости. Призраки напоследок чувствуют себя услышанными и нужными, что им крайне важно!
– Ничего себе. Круто, – задумчиво ответила Дина и поджала губы. Потом резко нахмурилась и спросила. – Сам придумал?
– Конечно! А кто ж еще, е-мое, – смущенно улыбнувшись, ответил Анрик. – Кстати, а где ты так долго была?
– Снова сражалась со смертью. Теперь их осталось трое.
– Ого, а ты… собираешься избавиться от всех?
– Они сами к нам лезут. Но вообще, хотелось бы. Тогда перед смертью я и сама буду чувствовать себя спокойнее.
– Дина! Дина! – послышались громкие детские голоса.
Она вздрогнула. К ним прибежали дети и обступили со всех сторон. Они уже так улыбались Дине, будто знали ее давным-давно.
– Пожалуйста, поиграйте с нами в классики! – закричала одна из девочек.
– Да, Дина, поиграйте с нами! – поддержали другие дети.
– Простите, но я очень занята. Боюсь, сейчас мне не до игр.
За этими словами последовала очевидная реакция. Дети принялись, перебивая друг друга, упрашивать ее с ними поиграть. Один из мальчиков, тот, что был самый крошечный, стал громко и показательно рыдать. Несколько других детей это подхватили, хоть и с явным притворством.
– Дина, мне кажется, тебе стоило бы уделить призракам еще какое-то время, – попросил Анрик, обеспокоенно глядя на нее. – Это займет совсем немного времени, зато у них потом не будет ощущения, что их провожает кто-то, кому на них все равно.
– Ладно, – вздохнула Дина и затем, глядя на детей, громко и задорно воскликнула. – Идемте, поиграем немного!
Дети тут же забыли про слезы и начали радостно вопить. Они наперегонки понеслись к полю для классиков. Дина, немного отставая и оглядываясь, пошла за ними. Анрик остался на месте, чтобы понаблюдать.
Сперва дети объяснили Дине, что нужно делать. Одна девочка решила показать на собственном примере и начала прыгать – то на одной ноге, то на обеих. Затем дети стали требовать, чтобы Дина тоже попробовала. Но ей это далось слишком легко, отчего некоторые даже расстроились. Тогда она, немного подумав, предложила:
– А может, в догонялки?
Им очень понравилась эта идея. Самый шумный из мальчиков тут же хлопнул Дину по ляжке и убежал со словами: «ты вода!» Остальные тоже стали кричать и разбегаться. Как только Дина тянулась к кому-то из них, чтобы осалить, они начинали громко верещать. Ее это смешило, поэтому она поддавалась. Почти догоняла их, но не салила. И чтобы никого не обидеть, гналась то за одним, то за другим, так, чтобы побегать успели все. Водой была только она, но ее такой расклад вполне устраивал.
Со стороны это выглядело мило, и Анрик радовался тому, что Дине удалось переключиться и хотя бы временно забыть о делах. Но вскоре он заметил, что у нее почему-то стал прослеживаться нервный тик. Она непроизвольно моргала, так сильно, что каждый раз крепко жмурилась. При этом продолжала улыбаться и бегать за детьми, до тех пор, пока не подбежала к Анрику и не хлопнула его по плечу.
– Теперь ты водишь! – крикнула она.
Поначалу это вогнало его в ступор. Но помотав головой и отбросив лишние мысли, он включился в игру. Теперь дети убегали от него и все также визжали, когда он пытался их осалить. Кто-то просто останавливался и кричал: «Я в домике!» На удивление эта забава отнимала очень много сил, а дети все не уставали. В какой-то момент Анрик не выдержал и отошел в сторону, под дерево, чтобы отдышаться. Дина быстренько к нему присоединилась. Дети продолжили играть.
– Кстати, забыл сказать, – жадно глотая воздух, начал Анрик. – Мне тут ответили. По поводу твоей просьбы, отгородить площадь…
– Да, я заметила! Быстро же они всех эвакуировали. Надеюсь, им предоставят временное жилье и компенсируют неудобства. Если нет – тогда мы сами должны будем это сделать.
– Да, только вот они рассчитывают на взаимность.
– И что же они хотят взамен?
– Я расписал им нашу идею в общих чертах. И если вкратце, они теперь хотят урегулировать права призраков. Я им пока не дал ответа, но, конечно, понимаю, что это бред…
– Почему же? – перебила Дина.
– А то ты их не знаешь! У нас же тут совсем про другое. А они опять лезут куда не надо со своей политикой…
– Это не совсем так, Анрик. То, что мы здесь создаем – это не однодневное мероприятие и не «развлекуха». Это система, призванная упорядочить то, что пока еще не было тронуто. Мы должны поставить проводы на поток. А для этого мы должны учесть столько сценариев, сколько сами не сможем просчитать.
– А почему это мы сами не справимся? До этого же справлялись!
– А как бы мы отгородили площадь, если б не они? Не думай, Анрик, что мы пойдем у них на поводу. Мир мертвых им недосягаем. Так что мы вольны диктовать свои условия. Но отказываться с ними сотрудничать – глупо. Они много чего могут нам предложить. Так же, как и мы им. Так что давай не будем делать поспешных выводов. Пойдем лучше кофе попьем.
Анрик слушал ее очень внимательно, и, хоть и не выглядел с ней согласным, все же одобрительно кивнул. Они двинулись в сторону кофейни. Праздник лишь набирал обороты. Призраки все четче разбивались на компании и имели все больше возможностей, чтобы проводить время так, как им хотелось. Какие-то мужики притащили на площадь длинный стол и уже успели наполнить его алкоголем и разными закусками.
– Я думаю, им тоже стоило бы уделить немного внимания. Всего раз. Но они запомнят это на всю жизнь, – тихо произнес Анрик.
– И что ты предлагаешь? Выпить вместе с ними?
– Ну да.
– Анрик, я же на работе!
– Давай, от одного раза ничего не будет! Тем более, ты сказала, что к тебе плохо здесь относятся. А я тебе не верю. Переубеди меня!
Они развернулись и направились к столу. Анрик шел впереди, а Дина неуверенно следовала за ним. Лишь вблизи им удалось разглядеть, что мужики были явно непростые. Тот, что стоял во главе стола, носил большую тельняшку, из-под которой выпирало пузо. Его здоровые руки были забиты черными наколками. Хмурое лицо состояло из сплошных морщин. Остальные мужики тоже от него не отставали. Кто-то крутил в руке заточку. Другой тасовал колоду карт. Из колонки на столе звучал шансон.
Увидев все это, Анрик быстро развернулся и собирался уже уйти, но позади раздался голос:
– Э, куда намылился?
Он испуганно обернулся. К нему обращался тот мужик, что стоял во главе стола. Дина еле сдерживала смех, глядя на то, как Анрик растерялся.
– Раз уж подошли – надо уважить. Выпьете и пойдете.
– Мы за здоровый образ жизни, – улыбнулась Дина.
– О, – протянул мужик. – Да мы все тут за здоровый образ жизни. Но авторитет свой надо заслужить. Если хочешь, чтобы смерть была в почете – говори тост, за который всем будет не западло поднять стаканы.
Дина и Анрик подошли к столу. Мужик тут же распорядился, чтобы им налили по стакану водки. Вскоре перед ними оказалась и закуска – малосольные огурцы и селедка.
– Поднимай стакан и говори тост, – объяснил мужик. – Затем выдыхай, опрокидывай стопарь и занюхивай огурцом. Можешь еще закусить.
– Тост? – задумалась Дина и подняла стакан. – Но я никогда не говорила тост…
– Ничего сложного. Просто озвучь какое-то общее пожелание. Или в честь чего мы будем пить.
– Ну тогда… тогда давайте выпьем за то, чтобы каждый рано или поздно оказался на этом празднике!
Мужики молча смотрели на нее. Никто не пил. Дина растерянно огляделась.
– И… за счастье там, здоровье и все такое!
Мужики поддержали такой тост и, чокнувшись, задрали локти, после чего принялись пить. Дина присоединилась, но от обжигающей горечи она тут же поморщилась и начала откашливаться. Ей все стали громко аплодировать. Анрик быстро протянул соленый огурчик.
– На, закуси!
У Дины не было ни сил, ни времени, чтобы думать. Она взяла огурец, откусила его и начала активно грызть. Ей действительно удалось перебить неприятный вкус водки. Улыбаясь и продолжая грызть огурец, она откланялась.
– Извините, мужики, много работы!
– Подожди. Теперь надо выпить вторую.
– Да я бы с радостью, но… честно говоря, мне нельзя много пить. Да мне и кофе по-хорошему нельзя.
– Почему же? Если одну можно, то и от двух вряд ли что-то будет.
– Ну… это сложно объяснить, – вздохнула Дина. – Меня преследуют определенные проблемы. Если начну провоцировать нервную систему – они меня догонят. Поэтому лучше не надо.
Глава 10
Дина и Анрик направлялись в кофейню. Голова ощущалась тяжелой. Пульс слегка участился. Во рту ощущалась сухость. Ее лицо было покрасневшим и крайне недовольным. Она крепко сжимала дрожащий кулак, но даже не замечала этого.
– Дина, простите, можно вас на минутку?
Перед ними встал молодой парень с очень грустными глазами. Он смотрел на Дину исподлобья и будто бы виновато.
– Да, конечно, – ответила она, после чего повернулась к Анрику. – Ты, наверное, начни пока готовить кофе. А я чуть позже подойду.
Анрик кивнул и ушел, а Дина вместе с тем парнем начала отходить подальше от застолья и от остальных. Он был чем-то сильно обеспокоен. Это тревожило и ее. Когда они отошли достаточно далеко, парень остановился и, опустив голову, попросил:
– Дина, я прошу вас, можете меня убить?
– Убить? – удивилась Дина. – А чем тебя праздник-то не устроил?
– Нет, праздник великолепный! Просто… как бы я не веселился, меня все равно не отпускает мысль, что в конце дня мне предстоит умереть… И с каждой минутой от этого становится только хуже.
– Но ведь именно в этом и смысл! Скажи, как тебя зовут?
– Сергей…
– Смотри, Сереж – весь этот беспредел я устроила для того, чтобы мы могли провести последний день своей жизни. Если нам это удастся – этот день станет ценою в жизнь. Ведь это самый осмысленный и в то же время счастливый день! Вы можете забыться настолько, что даже не почувствуете смерть. Так почему бы тебе не попытаться себя отвлечь? Или не попробовать найти в этом… какую-то свою радость? В том, что все закончится?
– То есть, вы не убьете меня, если я вас попрошу? – расстроенно спросил Серега.
Дина недоуменно на него взглянула. Затем тяжело вздохнула.
– Ладно, давай поступим так: попробуй еще немного. Хотя бы часик. Если не получится – обещаю, я тебя провожу. Но только не надо просто отсиживаться, а потом возвращаться ко мне со словами: «не вышло»! Я тебя прошу, реально попробуй. Я хочу, чтобы ты, как и все здесь, ушел достойно. Ладно?
– Хорошо, я попробую…
С таким же уставшим и унылым видом парень поплелся обратно. Дина, глядя ему вслед, вдруг обнаружила на краю площади странную группу призраков: они стояли в кругу и о чем-то перешептывались, а некоторые из них порой резко оборачивались. Их взгляды были обеспокоенные, будто они боялись того, что их заметят. Как только к ним подходил кто-то со стороны, призраки тут же прогоняли его. Дина нахмурилась, слегка потянула вниз козырек кепки и направилась к ним.
Вблизи уже стало понятно, что они окружили тело мужчины, лежащего на земле. Среди призраков также были и солдаты с автоматами – только вот почему-то самого Сиреона там не было. Когда Дина подошла к ним, большинство обернулись: кто-то испуганно, а кто-то без какой-либо реакции.
– О, а мы как раз собирались тебе рассказать! – растерянно воскликнул один из призраков.
Дина молча обошла его, подошла к телу и присела на корточки. Она все еще была в перчатках, поэтому схватила мужчину за запястье: пульса не было. Пробежавшись глазами по телу, она не заметила никаких явных ранений. Ее собственный пульс начал учащаться. «Неужели призраки могут умереть не от смерти? Но… раз я за шесть лет ни разу не видела трупы, значит…»
– Кто его первым нашел? – спросила она, все еще сидя на корточках и внимательно оглядывая присутствующих.
– Я, – тут же ответил один из солдат.
– И как давно?
– Около шести-семи минут назад.
– Он так и лежал? Никто его не трогал?
– Нет, никто к нему не прикасался.
Дина снова повернулась к телу. «Не может быть, чтобы он умер от естественной смерти. Точно не инфаркт, точно не какая-то болезнь. Иначе мне бы ни разу не попадались те, кто, к примеру, прыгал с крыши. Значит, призраки попадают сюда в своем идеальном по здоровью состоянии. Это что, была насильственная смерть?»
Мертвый мужчина лежал на спине с открытым ртом. Его руки тянулись вдоль тела, а ноги были слегка раскинуты. Но никаких следов убийства не было. Вздохнув, Дина стянула левую перчатку и прикоснулась к нему ладонью. Труп не исчез. Она опешила и сняла правую перчатку. Прикоснулась к нему. Ничего не произошло. Прикрыв ладонью рот и выпучив глаза, она молча смотрела на лицо мужчины.
«Так значит, в призрачном мире тоже можно умереть? И умерших здесь смерть не может ни проводить, ни воскресить? Раз это так – значит, смерть играет куда более важную роль, чем я все это время предполагала. Возможно, что происходит с мертвыми дальше, зависит от того, умрут они от смерти или сами… но кто его мог убить и зачем?»
– Значит так, – Дина встала и повернулась к одному из солдат. – Вы же, по словам Сиреона, давно тут находитесь, не так ли?
– Лично я – несколько лет, – ответил солдат.
– И у вас такое было? Чтобы призрак умер не от смерти, а, к примеру, от несчастного случая? Или от насильственной смерти?
– Да, было. Но это очень большая редкость.
– А вы не знаете, в чем разница, проводит ли его смерть или он умрет сам?
– В чем разница мы не знаем. Но все трупы пропадали через сутки.
– Ясно. В общем, никто не должен об этом узнать. Никто, кроме Сиреона, разумеется. Скажите ему, пусть попытается найти того, кто это сделал. И как только появится какая-то информация – сразу же доложите мне. Также следует поскорее набрать рекрутов, чтобы на площади не осталось такого места, которое не просматривалось бы нашими солдатами. Хорошо?
– А у вас есть догадки, кто и зачем это мог сделать? – испуганно спросил один из призраков.
«Это точно не кто-то из смертей. Любая смерть может избавиться от призрака идеальным и самым легким способом – просто проводить. Значит, есть кто-то еще. И скорее всего, прямо сейчас он находится на этой площади. Видимо, это призрак, которого подослал кто-то из смертей».
– Нет, у меня нет догадок, – вздохнула Дина. – Спрячьте надежно этот труп, так, чтобы его никто не видел.
Она развернулась и начала от них уходить. Мысль о подосланном призраке крепко въелась ей в голову, ведь организация праздника без возможности обеспечить всем безопасность казалась невозможной. Когда вблизи послышался громкий плач, Дина тут же отвлеклась.
Оказалось, что возле нее рыдала девушка: тоже высокая, с длинными светлыми волосами и бледным цветом кожи. Она быстро шла, сжав кулаки, и зачем-то кричала сама себе:
– Обещал! Он же обещал!
Удивившись, Дина поспешила, чтобы догнать ее и пойти сбоку. Девушка даже не заметила этого.
– Ну каков нахал!
– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Дина.
– Он обещал мне любовь до гроба!
– А по итогу?
– А после гроба, говорит, ничего не обещал!
Девушка остановилась и заплакала еще громче.
– Скажи мне, где он находится? Давай я попробую с ним поговорить!
– Да он опять свои топоры, наверное, точит! Где-то на площади! Большой такой, с бородой…
– Ясно. Подожди тогда, я ему все объясню.
Девушка кивнула. Дина развернулась и пошла его искать – с хмурым взглядом и сжатыми кулаками. «Как можно такую милую девушку довести до слез? Неужели он нашел себе тут кого-то другого? Ну покажись только, я тебе все скажу!» – подумала она и внезапно остановилась.
Мужик, которого описывала девушка, нашелся. Только вот остальные призраки обходили его стороной и вообще старались не пересекаться с ним даже взглядами. Это действительно оказался здоровенный мужик с большой рыжей бородой и очень угрюмым видом. Его мускулистые руки были забиты узорчатыми татуировками. Он сидел на камне и точил топор. Сглотнув слюну, Дина неуверенно подошла к нему.
– Здрасьте…
Он на секунду отвлекся и посмотрел на нее исподлобья недобрым взглядом. Затем продолжил молча точить топор.
– Мне тут сказали… в общем, вы жену, пожалуйста, больше не обижайте.
– Так ты и есть та смерть, что ли? – спросил мужик, даже не глядя на нее.
– Вроде как да…
– Отлично. Мне нужно попасть в Вальхаллу.
Дина удивленно посмотрела на него.
– Простите, но я не продаю билеты. Да и не решаю, кто куда отправится после смерти…
– Конечно ты не решаешь. Ты лишь посредник, я знаю. Но есть правило: чтобы попасть в Вальхаллу, я должен умереть в бою.
– А вы от чего умерли?
– От цирроза…
– Я вам очень сочувствую, конечно… – начала Дина, как вдруг мужик поднялся и взглянул на нее.
Он оказался выше двух метров ростом. Дине приходилось сильно задирать голову, чтобы смотреть на него. Крепко сжав топор в руке, мужик внезапно произнес:
– Я готов с тобой сразиться.
– Шутишь, что ли? – Дина отпрянула от него. – Я не готова!
– Сколько тебе нужно времени на подготовку?
– Да нисколько! Не буду я с тобой драться! Ты себя-то видел?
Мужик задумчиво посмотрел куда-то вдаль и почесал бороду.
– Ну а как мне тогда попасть в Вальхаллу?
– Ну… мы можем притвориться, что деремся. Сразиться понарошку.
– Это не сработает. Похоже, придется совершить ритуальное самоубийство.
– Да погоди ты! У тебя жена вон ходит плачет! Не хочешь с этим что-нибудь сделать? Или тебе настолько все равно на нее?
– Ольга не понимает, насколько мне это важно. Она думает, что Вальхалла, о которой я говорю, – это другая женщина.
– Так поговори с ней, объясни! У тебя же время до вечера есть! А ночью я, так и быть, с тобой сражусь. Но только если ты весь день проведешь со своей женой – это мое условие!
– Ладно, – вздохнул мужик и опустил топор. – Пожалуй, что ты права.
Он обошел ее и пошел к жене. Дина выдохнула. Она уже и забыла, что у разных людей были разные представления о смерти – и порой это доставляло ей большие неудобства. Особенно в те моменты, когда она пыталась объяснить, что все немного не так работает, как они думают. Однажды ей пришлось долго спорить с индуистом, который просил не засчитывать в карму последнюю неделю жизни, чтобы не переродиться во что-то бестолковое. Дина хоть и пыталась выяснить, что он такого натворил, но тот не признался. Другие же исповедывались ей с большой охотой. Она часами выслушивала их рассказы про мелкие кражи, бытовую ложь и предательства. В эти моменты они выглядели как дети, которые сознавались родителям в своих косяках. Это навело Дину на мысль, что все люди, по сути, те же дети. И это научило ее смотреть проще на окружающих, кто бы перед ней не стоял.
Крепкие объятия. Примирение. Ольга выглядела счастливой. А мужик, зная, что вечером умрет в бою, выглядел еще счастливее. Дина улыбнулась, поправила кепку и направилась в кофейню. Только сейчас она заметила, что большинство призраков ее уже не сторонились. От этого ей становилось тепло на душе. Она сразу поняла, что обманывала себя, когда думала: «Не важно, что обо мне думают». Призраки, наоборот, улыбались, глядя на нее. Кто-то махал ей рукой, чтобы поздороваться, а кто-то подмигивал. Теперь ее знали практически все.
К Дине вдруг подошел один из солдат – здоровый мужик в военной форме и с автоматом в руках.
– Разрешите обратиться?
– Разрешаю. Обращайся.
– Вас желает видеть Родион. Он утверждает, что он тоже смерть. Мы проверили – это так.
– Другая смерть? – полушепотом переспросила Дина и огляделась. – А где он?
– Идемте за мной.
Солдат развернулся и повел ее к другой смерти. На смену глубоким размеренным вдохам пришло быстрое, неровное дыхание. Дина шла и пристально смотрела вперед, пытаясь понять, кто же из призраков был другой смертью. Но казалось, что на вид определить это было невозможно.
В итоге они дошли практически до самой оградительной ленты. Призраков вокруг уже не было. На деревянной лавочке сидел взрослый мужик в черном пальто. С длинными черными волосами, щетиной и бледным лицом. Он поднял угрюмый взгляд и посмотрел на Дину. Солдат развернулся и пошел обратно на площадь.
– Так ты и есть та самая Дина?
– Допустим. А ты кто?
– Меня зовут Родион. Я прилетел сюда из Питера. Сразу же, как прогремели новости о странице смерти. Присядешь?
– Спасибо, постою.
Дина стояла напротив, расставив ноги и скрестив руки на груди. Она сильно хмурилась, отчего не выглядела доброжелательной. Мужчина улыбнулся и опустил взгляд. Затем снова на нее посмотрел и спросил:
– Как давно ты существуешь?
– Шесть лет.
– А я уже десять. И за это время я успел побывать в разных странах. Успел повидать мир. Забавно, что и призрачный мир везде разный. Где-то призраки боятся больше, где-то меньше. Где-то смерти злее, а где-то добрее. Но знаешь, что общего у них всех было? Никому из смертей не приходило в голову раскрывать живым всю подноготную. Призраки бы не смогли заявить о своем существовании, как бы ни старались. Такая возможность оставалась только у смертей. И никто за двенадцать лет ею не воспользовался… я прилетел, потому что очень хотел узнать: зачем ты это сделала?
– Я собираюсь упорядочить проводы. Не хочу, чтобы они были хаотичными. И не хочу, чтобы люди нас боялись.
– Но ты не понимаешь, что, рассказав о нас всему миру, ты навсегда изменила правила? Теперь призрачный мир начнет формироваться по совсем иным законам. Теперь люди начнут вмешиваться в дела мертвых, а смерти – в дела живых. Никому это не было выгодно. Все понимали, что это абсурд, никто так не поступит. А ты так поступила. Из-за опрометчивости, поди?
– Не знаю, не вижу в этом ничего плохого. Если это поможет людям меньше бояться смерти, то какая разница?
Родион прищурился и пригляделся к ней.
– А чем ты вообще руководствуешься? Зачем провожаешь?
– Очевидно, потому что это моя работа.
– А зачем ты «работаешь»?
– Ну… – Дина задумалась. – Если на этой должности буду не я, то будет кто-то другой. А другим может быть все равно на мертвых.
– Ясно, – Родион вздохнул и встал. – Ты даже не понимаешь, что начнется в ближайшие дни. И что нас будет ждать в ближайшие годы. Твой поступок – это все равно, что нажать на кнопку, чтобы сбросить ядерную бомбу. Ведь призраки бессмертны, если их не провожает смерть, и они не умирают от насильственной смерти. А значит, и живые, и мертвые – все будут стремиться к власти в призрачном мире. Начнется война за это бессмертие. Сложно даже спрогнозировать, к чему все по итогу придет. Но понятно, что будет полная неразбериха.
– А ты давай тут не драматизируй! Власть в мертвом мире делегирует природа. Даже если призраки начнут навязывать свои условия, появятся такие смерти, которых будет не переломить. Я думаю, все сойдется на самом правильном компромиссе. Будут достойные, могущественные смерти, которые будут провожать мертвых с учетом их интересов, но не будут давать поблажек. Не будут никого воскрешать. Именно такой мир я и надеюсь построить. Я думаю, такой мир и подразумевался изначально… Ты тут все твердишь о сложных человеческих отношениях. Но мы реализуем замысел природы, так-то.
– Я понял… С тобой нет смысла договариваться. И нет смысла спрашивать о твоем сумасшедшем поступке. Ты просто не в себе.
Родион обошел ее и направился к оградительной ленте.
– Ну и лети обратно в Питер! – обернувшись, закричала Дина. – Выжидай подходящего момента, чтобы подать голос, тварь дрожащая! Очень скоро ты убедишься, что был неправ!
– История показывает обратное.
– Историю делаем мы! Вам остается только изучать!
Родион приподнял ленту, прошел под ней и ушел восвояси. Дина провожала его сердитым взглядом. Затем развернулась и направилась к площади. Несмотря на зерно сомнений, которое пытался посеять Родион, этот разговор только больше убедил ее в том, что она была на правильном пути. К тому же призраки теперь были на ее стороне. Они уже не поглядывали на нее боязливо или с презрением. Большинство были рады видеть Дину.
Ее шаг стал уверенней. Она не задирала голову, не смотрела исподлобья – взгляд был прямым, как и осанка. Дерзкую улыбку сопровождала ямочка на щеке. Каждый вдох был глубоким и свободным.
Увидев компанию девушек, которые что-то увлеченно обсуждали, Дина решила присоединиться к ним. Они расстелили простыни и покрывала прямо на асфальте, словно устроили пикник. Рядом с ними лежали разные фрукты, бутерброды и соки. Компания была довольно разношёрстной: от девушки в милом сарафане и с соломенной шляпой, до женщины в черных брюках, модных солнечных очках и с дорогими украшениями.
– Девчонки, можно с вами чуть посидеть?
– Конечно! Присаживайся!
Выбрав подходящее место, чуть подальше от остальных, Дина села на краю простыни. Все внимание тут же переключилось на нее.
– Что обсуждаете?
– Делимся тут разными историями из жизни и опытом, – ответила одна из девушек. – Думаем, что на страничке оставить.
– На страничке?
– А ты разве не знаешь? Про «послесловие»?
– А, про это знаю, конечно, – улыбнулась Дина. – Просто Анрик мне помогает со всем этим. Поэтому могу не знать каких-то вещей или что-то не помнить.
– Анрик – это который бариста?
– Ага.
– А у вас с ним… что-то есть?
– Что, например? – Дина насупилась.
– Да ну, серьезно? – расстроенно удивилась одна из девушек. – Тут же все свои! Ты можешь нам рассказать!
Дина опустила задумчивый взгляд. Она не доверяла сплетням, ведь для таких людей любой секрет был просто товаром, а увлеченная беседа – рынком, где их обменивали. И зачастую весьма неравноценным образом. К тому же, как только ты покидал этот рынок, твои товары тут же продавались. Поэтому, замявшись, она тихо ответила:
– Ну… Я, честно говоря, не знаю.
– Оно и понятно, – подхватила женщина в очках. – Он слишком славный. Никакого интереса. Такой мальчик был бы хорош для брака, но никак не для отношений.
– Чего? Это еще почему?
– А в чем смысл отношений, лишенных ярких эмоций и незабываемых чувств? Разве ты сама не хотела бы сблизиться с каким-нибудь непредсказуемым или своенравным мужчиной? Но мы-то понимаем, что, к сожалению, с такими можно строить отношения лишь в книгах… а на деле они всегда будут изменять. Поэтому, если речь идет не о краткосрочных романах, то приходится жить с такими, как Анрик. Но ты-то еще молодая!
– Что значит «приходится»? – громко возмутилась Дина. – Да не вам, гиалуроновым героям, Анрика тут обсуждать! Он бы на вас даже не посмотрел!
– Ну еще бы. До уровня топовых девушек ему как до луны. Его выбор – это домашняя забитая девчонка. Еще небось «хозяйственную» ищет, хранительницу очага. А сам шуруп от гвоздя не отличит!
Девушки принялись громко смеяться. Не смеялась только Дина.
– Анрик, может, и не эталон мужчины! – сорвавшись, закричала она. – Но человек он замечательный! И главное – надежный! А я только отойду – вы и мне все кости перемоете! Так кого я вообще слушаю?
– Сработало, – посмеялась женщина. – Теперь мы знаем, что ты о нем думаешь.
Сперва Дина не поняла, о чем шла речь, а потом догадалась. Внутри начала копиться обида. Они, чтобы утолить свое любопытство, испортили ей настроение. Дина хотела совладать с собой, просто переступить через это и не вестись на поводу эмоций. Но на этот раз у нее не получилось. Чтобы не сказать ничего лишнего, она молча встала и ушла. Девушки кричали ей что-то вслед, даже извинялись, но она уже не обращала на них никакого внимания.
– Дина!
Обернувшись, она увидела Сиреона. Тот направлялся к ней с автоматом наперевес.
– Что-то случилось?
– Да. На площади сейчас находится вражеская смерть.
– Что? Где?
– В Обители Кофе.
– Так какого хрена вы это допустили?
– Она пока никого не завалила. И мы держим ее на прицеле.
– Правильно! Дождитесь, пока она кого-нибудь не убьет, а потом уже стреляйте! – едким сарказмом ответила Дина.
Сорвавшись с места, она побежала в кофейню. По дороге ее пытались окликнуть несколько призраков, но она даже не обернулась. Других ей пришлось оттолкнуть из-за того, что они стояли у нее на пути. Дина распахнула дверь и застыла. Когда звон колокольчиков затих, она услышала тихую инструментальную музыку. Внутри кофейни не было никакой возни, никто не шевелился. Амина тихо сидела за одним из столиков с таким видом, будто была самым обычным посетителем. Анрик подошел и поставил перед ней кофе. Дине почему-то стало обидно, когда она это увидела.
– О, наконец-то ты пришла, – оживившись, тихо произнесла Амина.
– Анрик, сделаешь мне, пожалуйста, капучино?
– Да, конечно!
Он ушел за стойку. Дина потянула вниз козырек кепки, подошла к Амине и села напротив. Та выглядела очень спокойной, даже апатичной, словно от хронического недосыпа.
– Ну и зачем ты приперлась?
– А разве не ясно? Хочу попросить тебя отказаться от своей идеи…
– Вы еще не поняли, что ли, что я не собираюсь этого делать?
– Понятно… – Амина опустила взгляд. Затем сняла с себя очки и положила их на стол. – В этих очках все выглядит серым. Или, вернее сказать, черно-белым. Я специально заказала такие стекла. Когда мне становится особенно грустно – я их снимаю. Так я поддерживаю ровный эмоциональный фон.
– Покажи мне список тех, кому не все равно, – вздохнув и закатив глаза, ответила Дина. Затем скрестила руки на груди. – Вы даже более упертые, чем я. Как мне еще до вас донести, что я не отступлю?
– Мортис не позволит тебе сделать то, что ты собираешься. Ты не понимаешь, он в любом случае победит. Вопрос только в том, ценой каких потерь. Мы могли бы обойтись и меньшими.
– Ты сама-то хоть в лицо видела этого вашего Мортиса? Не сказка ли это, чтобы пугать окружающих?
– Нет, конечно. Я видела его много раз.
– А почему он сам не придет и лично мне не выскажет, что ему там не нравится?
– А мне откуда знать? Замысел Мортиса нам и самим не всегда понятен… но я пришла сюда без его ведома. По своей инициативе. Я просто хотела спросить… – Амина боязливо огляделась и продолжила. – Может, мы с тобой могли бы объединиться? Если на стороне призраков будут сразу две смерти – появится шанс выстоять против Мортиса.
– С чего это я буду тебе доверять?
– Потому что Мортис мне и самой не особо приятен. Он никогда не объясняет свои приказы. Порой ведет себя странно и непредсказуемо. Только Ника знает все, потому что общается с ним ближе всех. А Эрик и Ден тоже никогда его не понимали. И подчинялись ему скорее всего только потому, что боялись. Да что там говорить – у меня и самой от него мурашки по коже… а враг твоего врага должен быть тебе другом, так что я подумала, что ты согласишься объединить усилия…
– Ты, видимо, удивишься, но нет. Я так не считаю. И не буду с тобой дружить.
– Да ты не понимаешь, что ли, что так у тебя хотя бы появится шанс? – сорвавшись на истерику, закричала Амина.
– Я понимаю. Но пусть он лучше всех нас положит, чем я объединюсь с тобой или Никой. Так что можешь сказать Анрику: «спасибо за кофе» и идти. Мне не о чем с тобой говорить.
Амина забрала свои очки и быстро пошла на выход. Прежде чем покинуть кофейню, она пару раз громко всхлипнула. Дина удивленно обернулась. Анрик подошел и присел за столик с двумя стаканчиками кофе.
– Тебе не кажется, что тут что-то не так? – спросил он.
– В каком смысле?
– Просто создается впечатление, что они и сами друг с другом совсем не в ладах.
– Мы не можем знать, в каких они на самом деле отношениях. Но соглашусь, я тоже не особо понимаю, что у них происходит.
Дина отпила немного кофе и попыталась выкинуть эту встречу из головы.
– Кстати, Анрик, у меня есть новая идея. Я думаю, и мне, и призракам будет проще, если я буду забирать их внезапно. Но, возможно, не все на это будут согласны.
– И что ты предлагаешь?
– Распорядись, чтобы сделали специальные белые футболки в большом количестве. И придумай для них какую-нибудь фирменную надпись либо принт.
– Зачем? – усмехнувшись, спросил Анрик.
– Мы дадим их тем, кто чувствует, что готов уйти в любой момент. Тех, кто не боится смерти. Пометим их.
– Ого. Ладно… А таких разве много?
– Я думаю, таких большинство.
Пока Дина продолжала пить кофе, Анрик достал телефон и принялся что-то активно печатать. Спустя пару минут он вдруг оторвался от экрана и заявил:
– Готово.
– Так быстро? – удивилась Дина.
– Ага. Процесс уже запущен. Не благодари.
– Слушай, Анрик… хотела еще кое о чем тебя спросить. Но ты только не пугайся.
После этих слов Анрик напрягся.
– Скажи, у тебя есть вторая половинка?
На его лице застыло явное замешательство. Анрик не отрывал от нее глаз и, немного подумав, отрицательно покачал головой.
– А почему ты спрашиваешь?
– Хочу тебя как-то отблагодарить. Поэтому ты идешь на свидание с Викторией.
– С какой еще Викторией? – испугался Анрик.
– Не волнуйся, она тоже бариста. И тоже без второй половинки. Поэтому у вас все должно получиться. Может, у вас родится маленький бариста, который потом сделает свой первый капучино, – Дина сжала кулаки и мечтательно посмотрела наверх.
– Но я же ее знать не знаю!
– Не беда. Вот и познакомитесь.
– Тебе не кажется это… странно?
– Анрик, просто позволь мне тебя отблагодарить. Поверь, это сделает тебя счастливым. Я это уже поняла, наблюдая за людьми.
Опустив голову, он начал бегать глазами, чтобы подобрать нужные слова. Затем неуверенно и тихо возразил:
– Но наше время же ограничено. Может, это подождет хотя бы до завтра?
– Правильный отдых – это тоже часть работы. Тебе нужна перезагрузка. Сходишь на свидание, развеешься. И затем вернешься к работе. Давай же, Анрик. Пойдем.
Послышался скрежет стула. Дина встала, взяла свой кофе и пошла на выход. Анрик направился за ней. Он шел очень неохотно и все время отставал. Дина, вспоминая дорогу до другой кофейни, достала телефон. Свободной рукой она открыла чат с Викторией и написала: «слушай, я тут рассказала о тебе своему баристе – и он, похоже, влюбился. Ты не против, если я приведу его к тебе?». Почти сразу же Виктория прочитала сообщение и ответила парочкой смеющихся смайликов.
Тогда Дина отправила еще одно сообщение: «я вообще-то серьезно. Я показала ему твои фотки и рассказала о том, как сильно ты мне помогла. Теперь он хочет с тобой познакомиться». Виктория опять прочла почти что сразу. И, немного подумав, отправила в ответ: «Ну хорошо, приходите».
«Есть!» – радостно подумала про себя Дина и убрала телефон в карман. Сбоку вдруг раздался громкий сердитый крик.
– Слезай с дерева, разобьешься!
Они с Анриком обернулись. Неподалеку на дерево карабкалась девочка. К ней направлялась рассерженная мать, ведь ребенок действительно залез уже довольно высоко, на небезопасную высоту.
– А я и не против! – радостно закричала девочка. – У них там сахарная вата и музыка хорошая!
– Да я и здесь тебе сахарную вату куплю и музыку включу, какую хочешь!
– А такого праздника здесь все равно не будет!
– Слезай, кому сказано! Если умрешь, я все равно приду и накажу тебя!
– Да я не собираюсь помирать, мама! Я просто не расстроюсь, если умру!
Девочка тем не менее слезла с дерева. Мама крепко схватила ее за запястье и куда-то увела. Дина осталась провожать ее удивленным взглядом. Затем молча переглянулась с Анриком. Его эта ситуация скорее насторожила, но оба никак вслух не отреагировали. А жизнь за пределами площади была все также полна обсуждений. Люди разговаривали и о смерти, и о ее страничке, и о погибших родственниках и друзьях. Других тем практически не оставалось.
Глава 11
Вскоре они дошли до кофейни. Фасады старинных зданий выглядели красивыми и ухоженными. Многие из них украшали современные вывески. Вдоль широких тротуаров тянулись посаженные в ряд клены. Дина остановилась и посмотрела на Анрика – в нем уже совсем не оставалось энтузиазма. У него был понурый и задумчивый вид. Тогда Дина решила его поддержать.
– Анрик, да не волнуйся ты, блин! Ты же вон какой… хорошенький! Сразу влюбишь ее – и вы оба будете счастливы!
– А если нет?
– Ну если не сойдетесь – ничего страшного!
– Правда? – взбодрившись и посмотрев на нее, спросил Анрик. – То есть, если не получится, ты не расстроишься?
– Нет. Я расстроюсь, если ты даже не попробуешь. Потому что я верю, что у тебя все получится!
– Хорошо! – улыбнувшись, бодро воскликнул Анрик.
– Так держать. Все, иди. Она уже ждет тебя.
Анрик открыл дверь и зашел внутрь. Дина отошла от кофейни, чтобы подождать, как вдруг услышала неподалеку разговор о смерти. Две женщины стояли возле входа в ресторан и курили. Судя по форме, они там работали, но у них был перерыв.
– … Так что смерть меня уже не особо пугает. Что, кстати, будешь делать, когда окажешься на этом празднике?
– Буду петь. Буду танцевать. И много пить. В общем, буду делать все, что стеснялась делать при жизни. А ты?
– А я бы общалась со смертью. Так интересно ведь, как она выглядит! И как она мыслит. Может, она и объяснит, в чем был смысл жизни?
– Так какая разница, если будет уже поздно?
– Не знаю. Но разве тебе не было бы интересно? Чтобы кто-то объяснил, зачем с нами все это происходило?
Дина отвлеклась, когда услышала детские голоса. Она, вздрогнула, обернулась и увидела, что к ней опять бежали дети. Это оказалась та же самая компания, которая подарила ей открытку и с которыми она играла в догонялки. Но их как будто с каждым разом становилось все больше. Подбежав к Дине, они тут же окружили ее.
– Дети, вы чего так далеко от площади делаете? Мы же специально отгородили территорию!
– А мы хотели с вами поиграть! – ответил ей мальчик.
Остальные дети стали поддакивать. Дина присела на корточки и, оглядев их, ответила:
– Ну хорошо. У меня как раз есть немного времени. Во что вы хотите поиграть?
К ней подошла девочка с воздушным шариком в руках.
– Если вдохнуть этот шарик, то будет смешной голос! Мы хотим, чтобы вы что-нибудь сказали смешным голосом!
Девочка аккуратно развязала узел и вдохнула гелий. После увела шарик в сторону и писклявым голосом сказала: «Поиграйте с нами»! Вся компания тут же залилась звонким смехом. Девочка протянула шарик другому ребенку. Тот тоже вдохнул немного гелия, но, ничего не придумав, выдал ту же фразу. Так они стали по очереди показывать, как это работало. До тех пор, пока шарик не закончился. Тогда кто-то достал другой и протянул его Дине.
Подумав, она встала на ноги и принялась его развязывать. Придерживая шарик у основания, Дина поднесла его к губам и принялась старательно вдыхать гелий. Но потом заметила, что некоторые дети обеспокоенно смотрели ей за спину. Дина резко выхватила пистолет и обернулась, нацелив его на Амину. Они находились на большом расстоянии. Амина тоже в нее целилась, но рукой, которая почему-то излучала белый свет. Обе замерли, держа друг друга на прицеле. В воздухе повсюду кружился тополиный пух.
– Теряйся, бестолочь! – злобно пропищала Дина.
Дети принялись громко смеяться. Амина недоуменно взглянула на нее. Дина и сама не ожидала, что ее слова прозвучат таким тоном.
– Думаю, я успею раньше, – опомнившись, произнесла Амина.
– Думаю, мы сделаем это одновременно. Но знаешь, в чем между нами разница? Мне-то уже нечего терять!
– Это еще почему?
– Ты-то бессмертная. А я скоро умру. И заберу вас всех с собой!
– Погоди, умрешь? Это правда?
– Конечно, правда. Вчера ко мне приходил начальник… он сказал, что у меня есть всего сутки. А затем меня уволят.
– Так почему ты сразу не сказала?
– А смысл? Ваш Мортис все равно против того, что я объединяю мертвых.
– Так он предполагал совсем другие масштабы угрозы. Но если ты будешь здесь всего сутки... я ему передам.
После недолгой паузы Амина опустила руку. Дина убрала пистолет. Она заметила, что детей поблизости уже не было. Видимо, скучный диалог их отпугнул, и они убежали обратно на площадь. Амина, увидев по дороге какого-то призрака, вдруг вытянула левую руку в его сторону. Затем щелкнула пальцами и проводила его. Другие призраки увидели это и стали разбегаться. Амина нацелилась на следующего.
– Прошу вас, не надо! – закричал он. – Мне говорили, у меня есть еще сутки!
– Тебя обманули.
В тот момент, когда она собиралась щелкнуть пальцами, Дина была уже рядом. Амине пришлось все же отпустить призрака, чтобы увернуться от удара. Кулак пролетел мимо. В ответ Амина вытянула левую руку. Ее ладонь засветилась и Дину отбросило назад. Так сильно, будто ее оттолкнул мощный поток ветра.
Пролетев несколько метров, Дина приземлилась на асфальт. Амина подняла взгляд. Затем направила руку на дорожный знак и, сжав ладонь в кулак, повела его в сторону Дины. Столб полетел вниз. Дина резко перекатилась в сторону, встала на ноги и побежала вперед.
В нее полетели самые разные предметы, которые Амина брала отовсюду и швыряла, даже не прикасаясь к ним руками. Дине пришлось на бегу уворачиваться от канализационных люков и электросамокатов. Люди продолжали разгуливать повсюду, как ни в чем не бывало, ведь битва происходила в призрачном мире, а реальные предметы оставались на своих местах.
Дина все пыталась дотянуться до Амины правой рукой, а та пятилась назад и применяла различные заклинания, чтобы отбивать эти удары. Иногда она вставляла собственные, но Дина от них ловко уклонялась, смещаясь то влево, то вправо. Повсюду продолжал кружиться пух.
Вскоре Дина все же пропустила одну атаку и Амине вновь удалось отбросить ее назад. Тогда она применила новое заклинание и провела пальцами по воздуху. Вокруг Дины, пока она с трудом поднималась на ноги, появился светящийся круг с какими-то рунами. Амина щелкнула пальцами. В пределах круга раздался оглушительный взрыв. На несколько метров ввысь вспыхнуло пламя.
Амина улыбнулась. В ее глазах отражался яркий огонь. Выжить в таком было невозможно, но тем не менее, ей хотелось еще немного подождать. Пламя продолжало гореть. Ничего не происходило. Амина уже собиралась развернуться и уйти, но Дина, прикрывая лицо левой ладонью, внезапно вышла из огня. На ее одежде даже не оставалось следов, и только лицо было испачкано в крови. Она опустила руку и, задрав голову, почему-то засмеялась – так искренне и так неуместно.
– А я говорила! Говорила: мне уже нечего терять!
Ее дерзкая улыбка бросала Амине вызов. Но та чувствовала, что не была готова его принять. Ее трясло от ужаса. А Дина медленно приближалась. В голове крутились разные варианты, что можно было бы сделать с Аминой. Но, не придумав ничего лучше, Дина просто подошла и дала ей подзатыльник.
– Ай! – вскрикнула Амина. И огляделась. Дины уже нигде не было.
Из кофейни внезапно выбежал Анрик.
– Дина, у нас ничего не вышло! – радостно воскликнул он.
Амина уже не выглядела прозрачной. Она стояла на месте, плакала и испуганно крутила головой. Неподалеку стояла Дина. Взгляд Анрика остановился на ее окровавленных руках. На этот раз он не улыбался.
– Я не хотела, чтобы ты застал меня… При таких обстоятельствах, – вздохнула Дина, после чего направилась к нему.
Увидев, что она приближается, Анрик сделал шаг назад. Дина остановилась и посмотрела на него.
– Анрик, ты чего?
– Я… Не уверен, что…
– Да в чем ты там не уверен? – улыбнувшись и словно ласково ругая, спросила Дина. – Мы делаем смерти многих людей намного лучше! А эти пятеро пытаются нам помешать, потому что это ставит под угрозу их власть.
– Но разве цель оправдывает такие средства?
– Какие средства? Подзатыльники, что ли?
– Да какие подзатыльники! Я про кровь!
– А, так это же не ее. Это моя.
Анрик разинул рот и замолчал. Затем еще раз взглянул на Амину – на той не было ни царапины. Он выдохнул и наконец успокоился.
– Думаю, прежде чем вернуться, тебе стоило бы привести себя в порядок.
– Да знаю я, – улыбнулась Дина.
– В кофейне есть туалет…
Проходя мимо, Дина слегка погладила Анрика по животу. Быстро и совсем не акцентируя на этом внимание. Он на мгновение замер, затем развернулся и вслед за ней зашел в кофейню. Внутри они сразу же направились к туалету, но Виктория, которая в этот момент стояла за стойкой в телефоне, увидела только его.
– Что-то забыл?
– А, да в туалет хочу сходить.
– Понятно. Я, если что, написала ей. Так что не парься.
Анрик испуганно обернулся, но Дина уже стояла возле раковины и умывалась.
– Хорошо, спасибо большое! – полушепотом ответил он и побежал в туалет.
Зайдя внутрь, Анрик закрыл за собой дверь и стал ждать, пока Дина не смоет всю кровь. Он стоял рядом и задумчиво смотрел на нее.
– Ты чего такой серьезный вдруг стал? – заметив и повернувшись к нему, спросила Дина.
– Да я все о своем думаю…
– Ясно. О моем тоже подумай.
– Это о чем?
– Да вот об этом.
Вынув руки из-под холодной струи, Дина внезапно побрызгала водой на Анрика. Он машинально отдернулся назад и зажмурился.
– Эй! Я, в отличие от тебя, не запачкался!
– Да? А выглядишь, как самый настоящий соучастник!
Дина, засмеявшись, обогнула его и пошла на выход. Глаза Анрика застыли на струе воды. В своей голове он вел ожесточенные дебаты. Там Анрик поднимал сложнейшие темы, которые касались этики, моральных дилемм и даже метафизики. Но в итоге, вздохнув, он выключил за Диной воду и побежал ее догонять.
Они решили взять самокат, чтобы не тратить много времени. Анрик встал за Диной и обхватил ее талию обеими руками. Она убрала ногу с асфальта и зажала кнопку. Они поехали в сторону кофейни. Отовсюду доносился приятный запах недавно скошенной травы. Люди все так же шли по своим делам, но их представления о мире были уже совсем другими – это было слышно из разговоров.
– Дина, я хотел тебя кое о чем спросить. А почему ты… не воскрешаешь призраков?
Ответа не последовало. Пауза была настолько долгой, что Анрик успел пожалеть о том, что задал этот вопрос. Но внезапно Дина ответила:
– А смысл? И в чем тогда суть моей работы, если я просто начну возвращать всех обратно?
– Нет, ну всех, конечно же, не надо. Но как я понял, кроме меня ты исключений не делала, так ведь?
– Анрик, я же работаю смертью. Да и из регламента понятно, что я должна именно провожать призраков. К тому же, я не хочу решать, кто достоин жить, а кто нет. Да, смерть, наверное, не самое приятное, что есть в нашей жизни. Но раз уж она есть, я буду пытаться ее облегчить. Делать все, что в моих силах. А если б я начала всех воскрешать – уверена, меня бы уволили гораздо раньше. И это никому не принесло бы пользы.
– Но тебе же все-таки дали эту возможность? Для чего тогда?
Дина задумалась.
– Сиреон сказал, что я – смерть нового поколения. Мои способности отличаются от способностей моих предшественников. Но… в регламенте ничего не было сказано про другие смерти. Знаешь, твой вопрос навел меня на интересную, пускай и глупую мысль. Может, мне дали возможность оживлять правой рукой, чтобы использовать ее против смертей?
– А почему тогда она еще и воскрешает призраков?
– А может, это просто побочный эффект? Это же природа, а не чья-то фантазия. Тут не может быть правил, работающих в обход остальным.
– Ну хорошо, допустим. Но зачем тебе эта способность против других смертей?
– Я думаю, чтобы, в случае чего, их останавливать.
– Ты хочешь сказать, что ты, возможно, смерть для смертей? – усмехнулся Анрик.
– Ну а что? Почему тогда у остальных смертей такая низкая эмпатия? И зачем мне такая высокая, если моя работа повязана на людях? Видимо, чтобы, если я видела, что другие смерти несправедливо поступают по отношению к мертвым – я могла бы их остановить. Да и к тому же, тогда становится понятнее, почему меня увольняют.
– Звучит, вроде, и логично, но они же сами не объяснили тебе это в регламенте.
– В общем, не знаю, Анрик. Я просто предполагаю.
Самокат ехал неспешно, не быстрее пятнадцати километров в час. Вместо того, чтобы спрыгивать с высоких бордюров, Дина съезжала с тротуаров только там, где это было положено. Анрик тем не менее крепко за нее ухватился, так, как обычно цеплялись за жизнь. Иногда он обеспокоенно глядел по сторонам, боясь, что в них кто-то врежется.
Самокат ускорился. Дина перестала сдерживаться и начала гнать на полную. Порой она резко оборачивалась. Анрику хотелось тоже повернуть голову, чтобы посмотреть назад, но он боялся потерять равновесие.
– Что случилось?
– За нами погоня.
– Что? Где?
– На самокате нам не оторваться… Прости меня, Анрик.
Она начала тормозить, до тех пор, пока они не остановились. Дина покорно опустила голову и закрыла глаза. Их внезапно забрызгало водой. Анрик зажмурился, но потом протер глаза и увидел, что возле них проехала оранжевая поливомоечная машина. Две мощных струи были направлены на тротуар.
– Нельзя ж так пугать! – жалобно закричал Анрик.
– Прости, больше не буду.
Дина громко смеялась. Глядя на нее, Анрик вдруг тоже нашел эту ситуацию забавной и улыбнулся. Они встали на самокат и доехали до площади. Дина с удивлением обнаружила, что почти все уже были в белых футболках с надписью «идущие на смерть». Эти футболки носили и дети, и взрослые, и старики. Музыка играла еще громче. Кто-то подпевал, а кто-то танцевал. День перетекал в вечер, но темнее почти не стало, а праздник на площади был в самом разгаре.
Только Дина припарковала самокат, как к ним с Анриком вдруг подошли двое здоровых мужиков. Они вели под руки третьего так, словно тот в чем-то провинился.
– Дина! – строгим голосом произнес один из них. – Этот человек – жестокий преступник. Погиб сегодня при задержании из-за того, что оказывал сопротивление. Мы считаем, что он не должен находиться здесь вместе с остальными.
Дину это озадачило. Но не желая выражать сомнения, она быстро повернулась к Анрику и попросила:
– Забей в интернете, пожалуйста. Я должна в этом убедиться.
Анрик молча кивнул головой и принялся быстро стучать пальцами по сенсору. Затем, отыскав новости по этой ситуации, произнес:
– Да, действительно. На его счету несколько жестоких убийств.
Нахмурившись и надув щеки, Анрик протянул ей телефон с фотографией преступника и информацией о нем. Дина, посмотрев на мужика, сверила внешность и поняла, что это действительно был он. А преступник, проявлявший до этого момента хладнокровное спокойствие, внезапно разрыдался.
– Да, это я! – закричал он. – Это был я! Но я раскаялся! И достоин оставаться здесь, также как и все остальные! Здесь же я вреда никому не нанес!
– Прости. Но этот праздник не для таких, как ты, – ответила Дина и потянула к нему свою левую руку.
Преступник стал изо всех сил пытаться вырваться. Его крепко держали под руки, а он кричал и боролся за свою жизнь.
– Эй, тише ты, – подобравшись к нему поближе, сказала Дина. – Всем этим людям предстоит сегодня уйти. Но посмотри – разве они этого боятся?
Преступник перестал сопротивляться и молча посмотрел в лицо Дине. Под тенью козырька кепки ее глаза казались большими и выразительными. Она смотрела на него и ласково улыбалась, пока ее взгляд выражал теплое сочувствие.
– Не мое право тебя судить. Но я вправе тебя осуждать. И все же, теперь я вижу, что ты тоже человек. Смерть приводит всех к общему знаменателю, не так ли? А ты… может, кто-то бы посчитал, что ты не заслужил уйти сейчас. Кто-то предложил бы тебя пытать или мучать… а я хочу тебя просто отпустить.
Мужчина перестал плакать и закрыл глаза. Дина, продолжая улыбаться, коснулась указательным пальцем его лба. Он тут же исчез. Оба мужика, которые его держали, и даже Анрик сильно удивились.
– Вот так это и происходит, – Дина вздохнула и выпрямилась.
– А может действительно, не стоило его так просто отпускать? – почесав голову, спросил один из мужиков.
– Может, и не стоило. А может, и стоило. Кто знает, – пожав плечами, ответила Дина.
Она направилась к кофейне. Мужики расступились перед ней, чтобы дать пройти. Анрик последовал за Диной. По пути он что-то писал в телефоне, а убрал только тогда, когда они оказались за прилавком. Анрик сунул его в карман и принялся готовить кофе. Он делал это практически на автомате. Действия казались давно отработанными и точными. Но при этом Дина заметила, что он все равно относился к каждому кофе, который готовил, с большим вниманием и трепетом. Так же, как она теперь относилась к мертвым, которых провожала.
Заметив пару запечатанных футболок в прозрачных пакетах, Дина взяла одну из них и ушла в уборную. Она решила надеть ее под свое пальто. Быстро переодевшись, Дина вышла обратно в зал. Анрик продолжал готовить кофе. Все время до этого он выглядел очень простым и улыбчивым. А теперь его явно беспокоили какие-то мысли. Дине не нравилось, когда он выглядел серьезным, поэтому она решила его как-то отвлечь.
– Кстати, а как прошло твое свидание?
– Не знаю. Наверное, не очень.
– Характерами не сошлись?
– Похоже, что да. Просто разные люди.
Анрик протянул ей приготовленный кофе и взял свой. Они уже собирались выйти, как вдруг Дина заметила, что по телевизору, который висел в углу, обсуждали ее страничку.
– Анрик, сделай погромче!
Анрик, растерявшись, принялся искать пульт. Как только он его нашел, тут же увеличил громкость. По телевизору шли новости.
– …Она вышла на связь с правительством города через своего официального представителя. По известной нам информации, она не является причиной ни одной из смертей. Ее обязанность – действовать только тогда, когда смерть уже наступила, по независимым от нее причинам. А ее единственные полномочия – провожать умерших людей из этого мира. При том, по заявлениям смерти, она и сама не знает, что с ними происходит дальше. Все это говорит о том, что она не обладает чрезмерной властью, а лишь исполняет некий «закон», который существует вне зависимости от нее и которому она сама подчиняется. Действия смерти порождают бурные споры и обсуждения среди общественности. Но большинство людей уверены – смерть на нашей стороне. Ведь она руководствуется задачей сделать этот неизбежный конец как можно более легким и приятным. К другим новостям…
– Да! Есть! – радостно взвизгнула Дина. Затем взяла свой стаканчик. – Идем, Анрик!
Они вышли на улицу и сели за гранитный столик, который стоял на площади под тенью белой яблони. Оттуда, попивая кофе, они наблюдали за праздником. Солнце становилось все более ласковым, а воздух – свежим и приятным.
– До сих пор не могу поверить… Нам ведь действительно удалось изменить отношение к смерти.
– Ты этому рада?
– Это все, чего я хочу, – Дина опустила взгляд. – Все эти годы я была к ним слишком небрежной. Теперь я чувствую, что загладила перед ними свою вину. И продолжаю заглаживать. Но мне надо добить еще две смерти.
– Что? Добить?
– Анрик, пацифист, блин!
– Да я не про это! Я за тебя беспокоюсь, е-мое!
– Анрик, как мы можем учить людей не бояться смерти, если сами будем ее бояться?
– Я… понимаю, – Анрик увел глаза в сторону. – Просто я не уверен, что справлюсь здесь один.
– Так тебе и не надо. Забыл наш уговор? Всего-то до конца дня.
– Как это? А как же вся наша новая схема проводов?
– Перед уходом я попрошу, чтобы мне подобрали достойную замену. Ты объяснишь этой смерти всю схему – и пусть он сам уже подберет себе подходящего помощника среди призраков.
– Но… почему тебе так легко об этом говорить? Неужели ты не боишься, что новая смерть может все испортить?
– Если она и испортит все, значит, на то воля моего начальства. А им виднее, что правильно, а что нет. Так что я уже не буду об этом волноваться.
– А что, если попросить их вместо увольнения просто понизить тебя в должности?
– Анрик, ты опять за свое?
– Все, молчу…
С дерева, под тенью которого они сидели, падали белые листочки, плавно покачиваясь то влево, то вправо. Анрик выглядел все более задумчивым.
– Я видела, у тебя за прилавком есть морозильник с мороженым – может, раздадим его мертвым?
– Давай, – вздохнув, ответил Анрик.
В кофейне они сразу подошли к морозилке и принялись распихивать мороженое по черным пакетам. Тишину прервал знакомый голос:
– Дина!
Она обернулась с очередной охапкой мороженого в руках. Перед ней стоял Сиреон. Он выглядел крайне напряженным. Его угрюмая морда опять не вписывалась в атмосферу праздника. Немного подумав, Дина протянула ему фруктовый лед.
– Будешь?
– Не время для шуток! – Сиреон выбил мороженое из ее руки. – Враг не дремлет! Мы должны нанести превентивный удар по их позициям!
– Зачем? Все идет хорошо: я уже избавилась от трех смертей. Давай не будем ломать то, что и так работает.
– А когда вдруг перестанет работать, будет уже поздно! И винить будет некого. Это война, Дина. Тысячелетняя кровавая война! Мы жаждем мести за падших трупов товарищей!
– Так, я поняла, – Дина, вздохнув, закатила глаза. – Сиреон, мы заручились поддержкой государства. В нашем распоряжении огромное количество призраков. Площадь к тому же охраняется твоими вооруженными солдатами. Да им такую оборону ни за что в жизни не прорвать.
– Они специально это допустили! Это все часть их хитрого плана! Или ты думаешь, что они настолько глупы?
– Тут просто сыграл эффект неожиданности, – Дина развернулась и продолжила тасовать мороженое по пакетам. – До сегодняшнего дня они даже не знали о моем существовании. А благодаря Анрику мы масштабируемся ударными темпами. Очевидно, другие смерти в растерянности. Им приходится принимать оперативные и не особо обдуманные решения. Ведь у них даже не было времени, чтобы подготовиться к тому, что происходит.
– Ты просто не знаешь Мортиса! У этого хитрого гада на любой случай найдется план! Думаешь, мы не были уверены в своей победе, пока с ним сражались?
– Сиреон, именно поэтому я и предлагаю не рисковать. Мортис для нас – кромешная тьма. Кто он, где и чем занимается – нам все это неизвестно. Даже вам неизвестно, при том, что вы из числа первых призраков.
– Ладно, – согласился Сиреон. – Мы не будем покидать площадь. Но мы в любом случае пошлем к ним разведку! Наши лазутчики проникнут в самые недра глубин их логова, потому что нам надо знать планы противника заранее!
– Вот и славненько. Точно не хочешь?
Дина протянула ему другое мороженое. Сиреон окинул презрительным взглядом маленький невинный рожок на вафле. И, развернувшись, ушел восвояси. А Дина и Анрик, заполнив четыре пакета, выбежали на улицу. Они разделились, чтобы дело пошло быстрее. И принялись раздавать призракам мороженое.
Глава 12
Все выглядели счастливыми и забывшимися в этом дне. Дина тоже все отпустила, чтобы находиться с ними на одной волне. Гуляя по площади и раздавая мороженое, она то и дело пританцовывала, а иногда кружилась с кем-то в коротком танце, после чего брала пакет и шла дальше. Все теперь были ей рады – от неформалов до зеков. От мужчин до женщин. От детей до стариков. Люди улыбались сквозь смерть. Мертвые теперь показывали, как надо жить. Праздник не был похож на тусовку в клубе, на концерт или на корпоратив. Он являлся чем-то большим, что охватывало сразу все. Призраки прыгали под музыку, громко кричали и уходили в полный отрыв.
Пока Дина гуляла, к ее ногам вдруг прикатился футбольный мяч. Оглядевшись, она увидела вдалеке замерших подростков. Дина улыбнулась и неточным пасом вернула им мяч. Они продолжили играть. Затем она раздала мороженое кавказцам, которые, раздобыв откуда-то телевизор, смотрели бои без правил. Потом подошла к полненькому парню, который сидел за столом в наушниках и играл в компьютер.
На экране непрерывно мелькали разные кадры. Дина поначалу даже не поняла, что там происходило. И лишь приглядевшись догадалась, что парень играл за какого-то персонажа в фэнтези мире. Он бегал по лесам и горам, убивал чудищ и был полностью погружен в этот процесс. Окружающий мир его совершенно не заботил. А Дину, которая подошла к нему сзади, он даже не заметил. Она встала немного сбоку, чтобы увидеть лицо парня. Он выглядел счастливым. На нем была белая футболка с надписью: «Идущие на смерть». Дина вздохнула и опустила пакет. Затем стянула перчатку с левой руки.
Немного подумав, она все же подняла руку и прикоснулась указательным пальцем к его спине. Парень даже не заметил, как ушел. Дина подобрала пакеты и собиралась уже пойти дальше, как вдруг в нее врезался мощный запах перегара, а затем и очень пьяный мужик.
– Я прошу прощения, – медленно и неразборчиво произнес он. Затем поднял взгляд и, посмотрев на Дину, спросил. – Девушка, можно с вами познакомиться?
– Познакомиться – да. Со мной – нет.
– Но вы сегодня так прекрасны!
– Допустим. А тебе-то что? – Дина окинула его хмурым, недоверчивым взглядом.
– Как это что? Да я же в вас влюбился! Вы прекрасны, как… как Афродита на диете!
– Ладно, мужик, у меня нет на это времени. Тем более ты пьян, так что тут таких «Афродит» – пруд пруди. Иди найди себе другую.
Дина поспешила скрыться от него в толпе, чтобы продолжить раздавать призракам мороженое. Гуляя среди них, она чувствовала себя владелицей квартиры, у которой все собрались на громкую вечеринку. Ей необязательно было веселиться вместе с остальными, чтобы испытывать радость. Для нее даже уютнее было быть отстраненной, но посреди праздника, а не где-то вдали. В своей голове она объяснила это так: «кто-то же должен оставаться здесь трезвым, чтобы другие могли себе позволить дальше быть счастливыми».
Услышав какую-то перепалку, Дина обернулась. Компания подростков играла в мафию. Один из них спорил с призраком в форме полицейского.
– Что случилось? – Дина подошла к ним поближе.
– Он тут вздумал курить электронную сигарету. А ему явно нет восемнадцати.
– Я что, виноват, что без паспорта в кармане умер? – негодуя, ответил подросток.
– А что вы так прицепились к этой дряни-то? Не знаешь, что ли, что она губит твое здоровье?
– А мне, по-вашему, не должно быть уже все равно?
– Нет, – возразил полицейский. – Вот вы и при жизни так же думали. Каждый день проживали будто последний. А по итогу страдали от всяких болячек и переживали лишь тогда, когда было уже поздно. Хоть сейчас у тебя есть возможность подойти к своему здоровью осмысленно.
– А в чем смысл здоровья, если я не могу его потратить? Вот вы все говорите, что деньги не главное, нет смысла, мол, копить, все равно на тот свет не заберешь. А со здоровьем что, не так? В чем смысл всю жизнь трястись над своим здоровьем и копить его, если даже не тратишь?
– В любом случае отдавай электронную сигарету. Ты не можешь подтвердить свой возраст.
– Погодите, – остановила его Дина. – Это очень похвально, что вы служите даже после смерти, но действительно, парень доживает свои последние часы. Может разрешим ему хоть покурить напоследок, насладиться своей смертью?
– Хм… А вы готовы взять за это ответственность?
– Да, конечно.
– Ладно. Но если увижу что-то похуже сигарет – точно отберу!
Полицейский ушел искать других нарушителей, а Дина внезапно обнаружила неподалеку человека – единственного среди призраков. Он ходил по площади в костюме и удивленно оглядывался, ведь для него она оставалась пустой.
– А это еще кто?
– А, наверное, блогер какой-то, – ответил один из подростков. – Ищет доказательства потустороннего или типа того.
– Что-то не похож он на блогера… – напрягшись, сказала Дина и направилась к нему.
По дороге она приняла свой физический облик. Мужчина обернулся и вздрогнул. Но затем сразу же принял серьезный вид и даже поправил галстук.
– Вы как на площадь попали? – оглядываясь, спросила Дина. – Ее же оцепили вроде.
– Меня пропустили. Я пришел сюда с важной миссией. Я ищу представителя смерти. Его, вроде, зовут Анрик.
– Я думаю, не нужен вам представитель. Вы можете поговорить со мной. Напрямую.
Мужчина удивился. И, подойдя к ней поближе, протянул руку. Дина пожала ее.
– Меня зовут Владимир Александрович. Я прибыл сюда как дипломат, чтобы обсудить со смертью условия дальнейшего сотрудничества.
– Приятно познакомиться. Я Дина, – ответила она, как вдруг пригнулась, чтобы баскетбольный мяч пролетел над головой. Дипломат удивленно на нее посмотрел. Но затем снова нахмурился.
– Итак, я думаю, вы уже в курсе, что ваш неожиданный поступок повлек за собой необратимые… изменения в общем миропонимании. В том числе, раскрыл нам множество смертей.
– Множество? – удивилась Дина. – Я думала, вы знаете только меня.
– Нет. Следом за вами о себе стали заявлять смерти по всему миру. Не знаю, чего они ждали, но интересует вот что: почему вы на это все же решились?
– Я? Хм… Наверное, чтобы как-то упорядочить свою работу. Чтобы выполнять ее эффективнее. И чтобы люди перестали бояться смерти. В общем, это намного удобнее и так всем будет лучше. Но поняла я это только сегодня. К сожалению…
– Исходя из ваших слов, становится очевидным тот факт, что мир мертвых не централизован, не так ли?
– Типа того.
– Тогда у нас есть к вам предложение. Мы знаем, что вы уже согласились с нами сотрудничать. Но есть вероятность, что, раз мир мертвых уже известен всему свету, на подобное пойдут и остальные смерти. Каждый начнет сотрудничать с государством, чтобы повышать свою эффективность. И тогда административно-территориальное деление мира мертвых будет совпадать с делением реального мира. В каждой стране будет своя ведущая смерть и ее подчиненные в разных городах. Такой сценарий будет в том случае, если дать изменениям естественный ход. Мы же предлагаем проявить инициативу, чтобы все пошло по другому сценарию.
– Это какому?
– Если вы согласитесь, мы можем сформировать специальный отдел, посвященный смерти и делам мертвых. И даже пошлем к вам отряд наших солдат при условии, что вы не будете их забирать, а оставите их существовать в мире мертвых. Наше основное требование при условии договора: чтобы вы провели операцию, в рамках которой, оказываясь в других странах, подчиняли бы себе другие смерти. Таким образом мы могли бы централизовать мир мертвых. И основное управление находилось бы здесь.
– То есть вы предлагаете мне подчинить смертей всего мира?
– Да. Именно это мы и предлагаем.
– Это, конечно, интересная идея… Но мне надо подумать.
– Хорошо. Главное помните, если мы это не сделаем – это сделает кто-то другой. Попытки централизовать власть в мире мертвых будут неизбежны. И когда к вам явятся иностранные смерти, вам точно пригодится наша помощь в обороне. Поэтому подумайте и дайте нам знать, какое решение вы по итогу примете. Хорошо?
– Хорошо, договорились.
Дипломат кивнул и ушел. Дина осталась и продолжила раздавать мороженое. Но теперь она не оглядывалась по сторонам, широко улыбаясь. Вместо этого Дина смотрела куда-то вниз и лишь изредка поднимала голову. «Неужели, Родион был прав? Действительно, грядет что-то невообразимо… странное. Другие смерти, наверняка, уже спохватились. Кто-то объединяет призраков. Кто-то договаривается с государством. Кто-то вступает в союз с другими смертями. Но к чему все это приведет?»
К ней подошла девушка и попросила мороженое. Дина улыбнулась и протянула ей фруктовый лед. «Очевидно, власть над новым миром будет в руках того, кто первым сориентируется в новых, быстро изменяющихся условиях. И у меня были бы все шансы чего-то достичь, если бы это не был мой последний день… Так что же это получается: я наворотила все это, а сама ухожу? Оставляю их воевать друг с другом за бессмертие? Нет, очевидно, это не так. Ведь если бы я не раскрыла существование призрачного мира – это точно сделал бы кто-то другой».
Что-то внезапно стукнуло по ноге. Дина опустила голову и вздрогнула. Это оказался один из малышей – крохотный мальчик, который на вид был не старше пяти. Он откуда-то раздобыл пиратскую шляпу, черную повязку и игрушечную саблю.
– Отдавай свои пиастлы, полтовая лазвалюха!
– Эй! Кто тебя научил такому? – удивилась Дина.
– Мне нужны пиастлы! Или будет аболдаж!
– Что будет?
– На аболдаж! – мальчик отбросил саблю и запрыгнул ей на ногу, схватившись за нее, будто коала за ветку.
– Дина, прошу прощения!
Она обернулась. К ней подошел парень в брюках, белой рубашке и солнечных очках. Для праздника он выглядел слишком официально, к тому же, от него сильно пахло мужским парфюмом, а его волосы были аккуратно уложены назад.
– Я к вам подошел по просьбе Анрика. Он попросил меня, чтобы я записал с вами небольшое видео. Он это назвал обращением к тем, кто будет в дальнейшем работать на вашей должности. Ничего сложного, просто нужно объяснить им основные принципы эффективной работы. Вы же сейчас не заняты?
– Ну как сказать… Я бы тебе с радостью помогла, но меня тут взяли на абордаж.
– Аболдаж! – завопил мальчик.
Парень удивленно на него посмотрел. И, немного подумав, нагнулся и попросил:
– Слушай, нам сейчас нужно сделать важное дело. Оставь нас, пожалуйста, минут на десять – а потом возвращайся и мы будем играть с тобой сколько захочешь. Хорошо?
Мальчик отпустил Дину, подобрал саблю и, заверещав, куда-то побежал.
– Ну так что? Теперь-то вы не заняты?
– Нет, мы не заняты, но… не думаю, что я буду хорошо смотреться в кадре.
– Да вы что! – раскладывая штатив, удивился парень. – За это вообще не переживайте! Все можно исправить на монтаже.
– Ага, то есть, вместо того чтобы меня успокоить и сказать, что я выгляжу хорошо, ты…
– Начинаем! – воскликнул парень.
Дина тут же вытянулась, словно по стойке смирно, и испуганно взглянула на камеру. Парень зашел в кадр и принялся надевать ей микрофон-петличку на воротник. Дина стояла как вкопанная и двигала только глазами – и то весьма осторожно. Парень вернулся обратно к штативу и застыл в ожидании. Она, не выдержав, взглянула на него и, слегка отклонившись вбок, шепотом спросила:
– А что говорить-то?
– Ну, для начала следовало бы представиться. А потом можно рассказать, что ты заложила фундамент для работы будущих смертей. И хочешь, чтобы они следовали определенным принципам. А далее просто их перечисляешь!
Дина понимающе кивнула, но на самом деле почти ничего не запомнила. Слова воспринимались на слух, но не складывались в предложения. Она растерянно смотрела в объектив и думала: «Для будущих… смертей? Интересно, а какими они будут? Хотя какая разница, если не будет уже меня. Но подожди-ка… Я же знаю каких-то деятелей из прошлого. Кто-то из них даже оказал на меня влияние. Но откуда мне знать, смогут ли мои слова повлиять на кого-то? Значит, это просто речь в пустоту. И тем не менее, раз Анрик попросил…»
– Кхм… Всем привет. Всем, кто смотрит это видео, – неловко улыбнувшись, начала Дина. Затем нервно вздохнула и продолжила. – Мне так странно думать о том, что меня уже нет, а вы сидите за экраном, смотрите на меня и, наверное, думаете: а ведь она когда-то там стояла. Когда-то она это говорила. И чувствовала, возможно, то же, что и мы. Но… В будущем, может, кто-то так же посмотрит и на вас. На вас из прошлого. Эта цепочка длится от самых первых людей, подумать только! А будет длиться до последних… Наши мысли способны охватить всю линию целиком, но наш отрезок ничтожно мал. И иногда я думаю: так имеет ли он вообще хоть какой-то смысл? Сегодня я поняла, что да. Ведь пока ты здесь – ты вечен. Я… не знаю, как объяснить, но это так здорово! – воскликнула Дина сквозь грустную улыбку. – Я смеюсь. Я плачу. Я злюсь и радуюсь. А завтра этого уже не будет. Это все что-то такое маленькое, такое незначительное и в то же время такое ценное! А вы посмотрите на меня – и тоже улыбнетесь. Потому что найдете во мне что-то знакомое, родное… Но все это теряет смысл, если не будет смерти! Именно поэтому смерть так важна! И наш долг – не просто провожать мертвых. Наш долг – придавать жизни смысл… Наверное, это я и хотела вам сказать…
– Это вообще никуда не годится, – покрутив головой, ответил парень. – Сумбурная и совершенно невнятная речь. К тому же полная банальщины и штампов. Нужна четкая структура, нужна идея. Так никто не поймет, что ты хотела донести и толку будет ноль. Давай сначала. Если что, можешь просто делать паузы между предложениями, а я буду их вырезать, чтобы финальное видео получилось лаконичным и информативным. Давай, соберись. Я верю: у тебя получится.
– Но я уже сказала все, что хотела…
– Ты просто не понимаешь, чего ты хочешь. Твоя цель – обеспечить будущих смертей четкой инструкцией, руководством к действию. А значит, ты должна подумать, как сделать это максимально эффективно в рамках…
Вдалеке вдруг завязалась драка между двумя мужиками. Дина тут же забыла про видео и рванула к ним. Парень пытался ее окликнуть, но безуспешно. Перчатки пришлось надеть прямо на бегу. Поблизости не было ни солдат Сиреона, ни того призрака в форме полицейского. Оказавшись между мужиками, Дина вытянула руки в стороны, чтобы их остановить.
– Никаких драк на моем празднике!
– Слова всяко придется обосновать, – утерев губу, произнес мужик.
– Да чеши отсюда, шляпа очкастая! – огрызнулся другой.
Они снова собирались накинуться друг на друга, но Дина не дала им этого сделать. Она сперва отпихнула одного мужика, а затем схватила второго за грудки – того, что был в очках.
– Ты смеешься, что ли? Ты уже умер! Какая тебе разница, кто и как тебя оскорбил?
– Я еще не умер! И пока я дышу – не позволю всяким шакалам такое про меня говорить!
– Даже при том, что через несколько часов ты умрешь? Тебе это так принципиально?
– Да, принципиально! Это вопрос чести! А за нее я готов умереть!
Мужчина оттолкнул Дину и собирался снова накинуться на обидчика. Тогда ей пришлось уронить его короткой подсечкой.
– Я сказала никаких драк! Тем более на моем празднике!
Пока мужчина приходил в себя, держась за затылок, Дина огляделась – второго уже нигде не было видно. Внезапно ее кто-то схватил за руку. Она резко развернулась и ударила. Анрик схватился за лоб. Дина, опешив, бросилась к нему.
– Черт, Анрик, нельзя ж так подкрадываться!
– Согласен, заслуженно… – он кивнул, потирая лоб и морщась от боли.
– Да нет же, я… Прости, Анрик. Покажи! Болит?
– До свадьбы заживет. Не беда…
Он развернулся и куда-то побрел. Анрик все еще держался за голову. Его слегка шатало. Дина молча смотрела ему вслед, но все же не сдержалась и окликнула.
– Эй, погоди!
Анрик развернулся. В его глазах оставалось все меньше и меньше радости, он будто постепенно угасал. А праздник вместе с тем становился все ярче. Призраки становились все счастливей. Дина поймала себя на мысли, что ей было больно смотреть на его уставший взгляд. Она сразу же вспомнила, каким бодрым он выглядел еще утром.
– Давай, может, прогуляемся?
– Давай, – оживившись, согласился Анрик.
Дина догнала его, и они пошли вдвоем. Почти сразу же она дала ему левую руку, чтобы он взялся за нее.
– Такая холодная… – задумчиво произнес Анрик.
– Конечно. Я же смерть.
Гуляя за ручку, они ходили по площади и разглядывали то, что сами же наворотили. Призраков на празднике было гораздо больше, чем даже пару часов назад. Они продолжали, пользуясь указателями, стягиваться к центру. А те призраки, которым Анрик делегировал разные задачи, продолжали заниматься организацией праздника. Теперь для этого даже не требовалось его участие. Лишь иногда он отвлекался на телефон, чтобы прочитать, как ему отчитались по проделанной работе, либо чтобы дать кому-то новые задачи. Дине это не особо нравилось. Они вроде бы проводили время вместе, но он слишком часто смотрел в телефон. Между ними возникла странная, напрягающая тишина, которую никто не осмеливался нарушить первым. Поэтому, когда Анрик в очередной раз убрал свой мобильник в карман, Дина, откашлявшись, спросила:
– Что планируешь делать дальше?
– Я? М… Я думаю, поскольку здесь у призраков слишком мало времени, надо сделать так, чтобы они узнавали все самое важное о смерти еще при жизни. Думаю, на это и буду делать упор. Буду пытаться давать людям в интернете более полную и честную картинку того, что тут происходит и как это все выглядит.
– Ого, поняла. Но, честно говоря, я не об этом. Я имела ввиду, что будешь делать завтра, послезавтра и в остальные дни?
– Буду продолжать работать, конечно. Делать так, чтобы люди меньше боялись смерти.
– Ты разве не собираешься передать все управление кому-то другому, когда я уйду? Зачем тебе самому этим заниматься?
– А почему нет? У меня это хорошо получается. К тому же, мне кажется, это очень достойная миссия. И я рад, что могу теперь многим приносить пользу. Вкусный кофе, конечно, тоже помогает, но мне этого всегда было мало. А тут произошла вся эта ситуация… И у меня появилась возможность сделать что-то большее.
– Кстати, Анрик – а почему утром не пришел твой сменщик? В этой кофейне же, кроме тебя, работает еще несколько людей?
– Сегодня Макс должен был выйти на смену. Но я дал ему выходной.
– А почему ты это решаешь?
– Потому что я владелец этой кофейни.
– Серьезно? – Дина удивилась и обернулась.
– Ага.
– Но почему ты тогда сам выходишь на смены, если у тебя есть целый бизнес?
– Не знаю. Наверное, дело не в деньгах… Мне просто нравится эта работа. Да и что это мы все обо мне да обо мне? Лучше расскажи что-нибудь про себя!
– Что, например?
– Да что угодно. К примеру, я все никак не пойму: ты говоришь, что тебе, по сути, всего шесть лет. Но при этом ты уже родилась с какими-то знаниями. Тогда сколько тебе в теории? Ну, твой психологический возраст или типа того…
– Я думаю, что двадцать семь. По крайней мере, если судить по моему паспорту, который у меня был с самого начала, мне двадцать семь.
– И к двадцати семи годам ты не знаешь стольких вещей?
– Это каких, например? – Дина насупилась.
– Ну, к примеру, как работает перцовый баллончик. Или, что это очень странно, пытаться сводить двух своих друзей на свидании. Также то, что бесполезно пытаться угостить Сиреона мороженым. Да и многое другое. Ты часто ведешь себя… Как-то непредсказуемо, что ли. Как будто ребенок.
– Ну… – протянула Дина и вздохнула. – Не думаю, что это подходящая тема для разговора.
– Это как понимать? – удивился Анрик. – То есть, ты понимаешь, что все это странно? И у тебя даже есть этому какое-то объяснение?
– Видишь ли… Как бы к этому подойти-то, блин, – Дина схватилась за затылок и скривила лицо. – Все эти годы я не старалась работать не только из-за того, что думала, что клиенты никогда не смогут быть мною довольны. Есть и вторая причина… Я появилась здесь совсем одна. Без мамы, папы, братьев и сестер. У меня специфичная работа и, чтобы скрывать ее от всех, я не заводила друзей. Вообще не заводила никаких знакомств. Все шесть лет я просыпалась и засыпала одна. Когда призраки узнают, в чем заключается моя работа – они думают, что я просто привыкла. Или что я так устроена, что ничего не чувствую и ничего не понимаю. Но если говорить откровенно – я все понимаю, Анрик. Я все понимаю. А работа, где тебе приходится каждый день убивать людей, что просят тебя этого не делать, травмирует. Поэтому я и дистанцировалась в какой-то момент от клиентов, чтобы не проникаться их слезами и не сломаться. Чтобы продолжать работать. Я думаю, по этой же причине другие смерти и стали подонками, ведь иначе они бы не сохранили рассудок. А то, о чем ты говоришь – это я так просто дурачусь. Убеждаю себя в том, что действительно ничего не понимаю, чтобы не сойти с ума. Но похоже, у меня не вышло…
Анрик аккуратно взглянул на нее. Дина улыбалась, но с мокрыми глазами. Ее губы сильно дрожали. Все тело потряхивало, но она совладала с собой. И лишь слегка посопела носом напоследок. А затем, не останавливаясь, взглянула на небо. Она не стала говорить, что по ночам ей снились лица убитых детей. Не стала говорить, что много раз пыталась от себя избавиться. Она просто улыбнулась и выдохнула.
Пока они гуляли, Дина еще раз оглядела призраков. Их улыбки до сих пор грели ей душу. Их радости казались незначительными, но от того они становились только милей. У всех это выражалось по-разному. Кто-то предпочитал алкоголь, а кто-то трезвое веселье. Кто-то любил пошуметь, а кто-то предпочитал сидеть тихо. Одни вписывались в массы, а другие намеренно от них отстранялись. «Да будьте вы какими угодно. Только… только будьте счастливы», – радуясь их улыбкам, подумала Дина.
Глава 13
Солнце постепенно садилось. Небо становилось темнее. Дина гуляла с Анриком и не обращала ни на что внимания, так, будто все заснули на тусовке, а они вдвоем, сидя на кухне, встречали рассвет. Она выглядела уставшей, довольной и в то же время немного опустошенной. Жизнь показалась просто маленьким насыщенным днем. Только сон, на котором она обрывалась, предстоял быть вечным.
– Дина, я все понял! Не надо меня пока убивать!
Она удивленно оглядела его с ног до головы и поняла – это был Серега.
– Передумал, что ли?
– Да! Пусть смерть наступит тогда, когда посчитает нужным! Я готов уйти в любой момент!
– А сейчас готов?
– С-сейчас? – Серега растерялся.
– Да шучу я!
Дина громко рассмеялась. Анрик и Серега удивленно смотрели на нее и даже переглянулись. А она, успокоившись, добавила:
– Ты молодец. Я рада, что ты присоединился ко всем.
Победа Сереги над страхом смерти действительно ее обрадовала. Дина, улыбаясь, двинулась дальше. Поскольку Анрик все еще держал ее под руку, ему пришлось пойти вместе с ней. Но пройдя несколько метров, Дина обнаружила вдалеке знакомый силуэт. На одном из этажей недостроенного дома находилась Ника. Она сидела на самом краю, а ее ноги болтались в воздухе. Они пересеклись взглядами.
– Анрик, давай встретимся в кофейне чуть попозже, хорошо?
– Все в порядке?
– Да, все хорошо. Просто хочу немного побыть одной.
– Х-хорошо.
Когда он отошел достаточно далеко, Дина развернулась и направилась к стройке. Она не спускала с Ники глаз. «Наверное, не стоит просить Сиреона о помощи. Он точно устроит здесь бардак. К тому же, большинство призраков даже не знают о существовании других смертей. Это может все испортить. Благо, они не додумались этим воспользоваться».
Внезапно она обо что-то споткнулась, но, чуть не упав, все же удержала равновесие. Дина обернулась. На асфальте сидел мальчик, тот, с которым она играла днем в шахматы, а возле него находился сломанный замок, собранный из конструктора. Теперь детальки были разбросаны во все стороны. Мальчик, приложив ладони к лицу, громко плакал. «Блин, ну и додумался же он делать это прямо на дороге!» – подумала она. И хотела уже пойти дальше, но еще раз взглянув на мальчика, все же остановилась и присела перед ним на корточки.
– Прости меня, пожалуйста, я не заметила… просто твой замок оказался прямо на дороге, а я к тому же не смотрела под ноги.
– Я весь день его строил! – закричал мальчик и снова зарыдал, еще громче и с еще большей досадой.
– Я правда очень не хотела… – поглаживая его по макушке, извинялась Дина. – Я… я дам тебе еще один день, чтобы ты успел построить новый, хорошо?
– Хорошо, но… Я так старался! Так старался!
– Не расстраивайся. Все бывает в этой жизни. Некоторые вещи остается просто принять.
Мальчик начал успокаиваться. Поцеловав его в макушку, Дина встала и ушла. Она прошла через шлагбаум и оказалась на территории стройки. Вокруг были разбросаны горы песка и щебня. Повсюду оказалась раскидана строительная техника. Дина зашла в недостроенный дом и принялась подниматься по ступенькам. Ей приходилось постоянно оглядываться, чтобы не попасть в засаду. Она поднималась до тех пор, пока не обнаружила Нику на тринадцатом этаже. Та сидела прямо на бетонном полу напротив чайной доски и была увлечена церемонией. Возле нее лежали термос и катана. Временами дул холодный ветер, развеивающий повсюду пыль.
– Я взяла две чашечки, – не отвлекаясь, тихо сказала Ника. – И у меня тут достаточно кипятка. Так что присаживайся.
Дина огляделась: никого, кроме них, вокруг не было. Тогда она подошла поближе, сняла перчатки и села напротив на расстоянии вытянутой руки. Ника разлила чай по маленьким чашечкам и одну из них поставила перед Диной, а сама принялась пить.
– Ты тоже собираешься уговорить меня не объединять призраков? Если да, то…
– Плевать, – отрезала Ника. – Мне вообще на них все равно. Делай с ними, что хочешь.
– Да? А чего тогда твоим друзьям не было плевать?
– Им лично тоже было ни горячо, ни холодно. Никто из них не хотел с тобой сражаться. Более того – они боялись тебя. Ведь ты довольно экспериментальная смерть. Смерти других поколений природа не награждала такими способностями...
– А чего тогда полезли? Мортис заставил? – Дина взяла чашку и принялась пить, не отрывая взгляда от собеседницы.
– Знаю, тебе от этого не легче. Но у них просто не было выбора. Да и стоит ли их жалеть? Они лишь приспособленцы. Кстати, ты уже выяснила, в каком году ты родилась?
– Да я изначально знала. В две тысячи двадцатом.
– Я имею ввиду, в каком году ты родилась человеком.
– Я не рождалась человеком. Я сразу родилась смертью.
– Эрик, Ден и Амина думали также. Потому что я показала это только Мортису.
Ника оттянула рукав своего худи. На ее тоненьком предплечье оказалась черная надпись: «навеки папина». Дина долго ее разглядывала, пока Ника не продолжила:
– Я сразу что-то заподозрила. Если смерть рождается из ниоткуда – то к чему эта татуировка? Я даже не занималась, как ты говоришь, «работой», когда появилась. Все, чем я занималась – это долго и усердно искала информацию, чтобы узнать, кто мой папа. А Мортис мне пообещал с этим помочь.
– И ты ему поверила?
– Вообще-то он сдержал свое слово. Он все выяснил: мой папа умер сто двадцать два года назад. А я умерла сто двенадцать лет назад. Мне на тот момент было восемнадцать.
– История, конечно, очень душещипательная, но я не пойму: раз ты уже все выяснила и тебе при этом все равно на призраков, что ты теперь-то хочешь? И что ты хочешь от меня?
– Я должна вернуть Мортису долг. К тому же, я знаю, ради чего он существует. И мне импонирует его миссия. Даже не будучи его должником, я бы к нему примкнула.
– И что же это за миссия такая?
– Узнаешь, если встретишься с ним.
– А ты разве не собираешься меня останавливать?
– Собираюсь. Но в этом и разница. Я не утверждаю, что остановлю тебя.
Дина задумалась. Ника отпила еще немного чая и произнесла:
– Только у меня есть к тебе одна просьба.
– Какая?
– Если победишь – не превращай меня в человека. Просто убей.
– Ладно, – неуверенно ответила Дина и встала. – Давай тогда не будем медлить.
Ника выпила последнюю чашку чая, взяла катану и тоже поднялась. Затем сделала несколько шагов назад. Они стояли друг напротив друга. Порывистый ветер трепал их волосы и разносил повсюду пыль. Перед ними открывались бесконечные городские просторы, но им они были неинтересны.
– Мне сказали, что ты способна воскрешать себя левой рукой. Но ты же не сможешь этого сделать, если я отрублю ее?
– А ты попробуй.
После короткой разбежки Ника взмахнула катаной. Дина ушла в сторону, но чуть не сорвалась с этажа. Вниз полетели маленькие камушки. Следующий удар срезал несколько волос с макушки. А еще один оставил порез на руке. Дина пыталась уклоняться, но лезвие постоянно ее настигало, где бы она ни оказалась. Тогда она решила, что придется сражаться, не убирая левую ладонь от лица. Дина оттопырила пальцы, чтобы видеть сквозь них, и продолжила уклоняться от ударов.
Ника била на поражение и не выглядела так, будто собиралась проигрывать. Дина не боялась умереть, ведь знала, что всегда сможет себя воскресить. Но она опасалась того, что Ника сдержит обещание и отрубит ей левую руку. Дине приходилось все время держать это в голове, из-за чего она двигалась еще скованней и пропускала еще больше ударов.
Полы пальто крутились веером от резких смещений вбок и поднимались вверх, когда она подсаживалась под удары. Дина старалась не стоять на месте и все время двигалась из стороны в сторону. Было время, когда тренер по боксу бил ее перчаткой по макушке за то, что Дина была слишком «деревянной». Она ненавидела тренировать работу ног, зато теперь эти перемещения спасали ее от смертоносных атак катаной. Увернувшись от очередного взмаха, Дина попыталась ударить Нику. Та, за миг до того, как кулак ее коснулся, приложила левую руку к лицу. Удар достиг цели, но Ника осталась смертью.
Перед глазами промелькнуло лезвие. Дина замешкалась и попыталась уклониться практически не глядя. Катана порезала сухожилие. Левая рука тут же обмякла. Дина испуганно взглянула на нее – та уже не слушалась и не сгибалась в локте.
– Ну что? – Ника резким взмахом отряхнула катану. – Теперь воскреснуть не удастся. Что будешь делать? Может, попробуешь убежать?
На ней была ехидная улыбка, которую Дине хотелось заляпать кровью. Она сжала правый кулак покрепче, пытаясь совладать с внезапным мандражом.
– Думаешь, я не знала, на что шла, когда не согласилась присоединиться к вам?
– Я думаю, нет. Ты до конца не осознавала. Но теперь зато ты понимаешь. Так что позволь повторю вопрос Эрика, Дена и Амины: ты точно хочешь продолжить?
– А у меня есть варианты? – закричала Дина, пытаясь перебить порывистый ветер. – Да, найдется один! Забиться в какую-нибудь щель, чтобы доживать там свои последние часы! Дрожать от страха, пока такие как вы вершите судьбы мертвых! Но знаешь-ка что? Да пошла ты с такими предложениями!
Ника снова на нее налетела. Теперь каждый удар мог оказаться последним. Все, что Дина сотворила, висело на волоске и зависело от исхода этого боя. Зависело только от нее. Ника уже не целилась в руку – она целилась в голову. Широкие замахи проносились каждый раз возле лица, а Дина еле успевала от них уворачиваться. Дотянуться до Ники она никак не могла, ведь та постоянно держала ее на дистанции. Драться голыми кулаками против катаны казалось все более бессмысленным.
В голове остался последний вариант. Дина поняла, что либо попытается его реализовать, либо будет сражаться до тех пор, пока не умрет. Поэтому она не стала уворачиваться от следующего удара. Дина подскочила навстречу и нанесла собственный. Катана полоснула ее по груди. Кулак дотянулся до Ники и превратил в человека. Обе свалились на пол.
Теперь счет шел на секунды. Лежа на животе, Дина пыталась совладать с болью. Сдержать крик не удалось. Рана на груди оказалась глубокой. Тело охватил жар. Но Дина стиснула зубы и перевернулась на живот. Она взяла левую руку, которую уже не ощущала, и отбросила вперед. Затем начала к ней ползти. Медленно, но изо всех сил. За ней тянулся кровавый след. Дина подползла и уткнулась лицом в обмякшую ладонь.
Силы начали возвращаться. Пальцы левой руки снова зашевелились. Дина медленно поднялась на дрожащие ноги и приняла физический облик. Перед ней снова пронесся удар. Дина ловко поднырнула под лезвие и дала Нике пощечину обратной стороной ладони. Та снова упала и выронила катану. Затем схватилась рукой за лицо и жалобно воскликнула:
– Помнишь наш уговор? Ты обещала, что убьешь меня!
– А как же, – тяжело дыша, улыбнулась Дина.
Она подобрала катану и замахнулась. Ника закрыла глаза. И вскрикнула от резкой боли. Дина не стала ее убивать, но полоснула ей по ноге. Затем порезала вторую. Раны не кровоточили так сильно, но оказались очень болезненными. Ника, продолжая кричать, схватилась за ногу. Дина наклонилась, достала ее телефон из кармана и выбросила его с тринадцатого этажа. Затем отбросила катану в сторону и побрела к ступенькам. Ника подняла голову и испуганно на нее посмотрела.
– Нет! Нет-нет-нет! Мы так не договаривались! Ты должна меня убить!
– Не переживай – я об этом позаботилась. Удачи тебе спуститься с тринадцатого этажа.
– Ты же знаешь, что я не смогу! Просто убей меня – и все! Прошу! Я же говорила о быстрой смерти!
Дина остановилась и повернула голову.
– Ника, у тебя же есть катана? Используй воображение.
Она ушла. И, пока медленно перебирала ногами ступеньки, слышала, как наверху рыдала Ника. Она не просто стала смертной, в отличие от Эрика, Дена и Амины. Ей предстояло сделать выбор: либо умирать долго и мучительно, либо набраться сил, чтобы самой от себя избавиться. Теперь, когда этот выбор стал неизбежен, ей так хотелось жить. Дина поняла это по истошному крику, в котором слышалась горькая досада.
Вскоре Дина покинула стройку и вернулась на площадь. Вечер близился к ночи. Мегаполис зажигал огни. Солнце падало за горизонт. На улице уже становилось прохладно, а музыка теперь не была бодрой и веселой. Ее сменила плавная мелодия, подводящая праздник к концу. Дина отбросила рукав и взглянула на часы. Стрелка стояла на десяти. Призраки уже не выглядели такими воодушевленными и радостными, как прежде. Многие из них ходили и зевали. А кто-то, задумавшись, с тоской смотрел на небеса.
– Ты очень вовремя вернулась! – послышался испуганный голос Анрика.
– Что-то случилось?
– Да, случилось! Тут ко мне пришел парень – он сказал, что умер ради этого дня!
– Так это же здорово, – улыбнулась Дина. – Это еще один повод полагать, что у нас получилось.
– Ты что, шутишь, что ли? Дина, да он же умер! По своей инициативе! Насмотревшись фоток и видео с праздника! Узнав об акции, которую я придумал и обо всем остальном!
– Я не понимаю тебя. В чем проблема-то? Мы разве не этого и добивались?
– Нет! – закричал Анрик.
Дина удивленно подняла брови. Она уже привыкла к тому, что Анрик все время вел себя спокойно и довольно скромно. Но, видимо, он достиг своего предела. Это заставило ее полагать, что случившееся казалось ему действительно чем-то очень серьезным и важным. Тогда она задумалась.
– Я хотел, чтобы люди перестали бояться смерти, но я не хотел, чтобы они сами к ней приходили!
– Это еще почему?
– Да потому что ты ведь и сама не знаешь, что происходит после смерти! И я не знаю! А значит, мы не уверены, что смерть лучше, чем жизнь. И мы не имеем права склонять людей в сторону смерти. Пусть они не спешат умирать. А раз уж оказались здесь – пусть не боятся смерти. Я думал у нас это так работает!
– Ладно, я поняла, о чем ты, – вздохнула Дина. – Ты прав, это уже перебор. Но что тогда делать?
– Я думаю написать на страничке, что те, кто пришел к смерти по своей инициативе, будут лишены всех привилегий!
– Дина! – послышался чей-то оклик.
Они обернулись. К ним направлялась небольшая группа призраков. Даже приглядевшись, Дина не поняла, что их объединяло. Роднило их только то, что у всех были очень хмурые и недовольные лица. Подойдя к Дине и Анрику, они их окружили. Среди них был старик, который, откашлявшись, внезапно заявил:
– Ты не должна провожать этих людей!
– Это еще почему?
– Это Павел, – указав рукой на мужика, произнес старик. – Его жена погибла от рака. Но у Павла остался трехлетний сын. Если он уйдет – сын останется совсем один. Это Анастасия. Она ушла по своей воле. Но теперь она понимает, что совершила чудовищную ошибку. А ее смерть не была естественной – это было лишь ее необдуманное решение, о котором она теперь жалеет. Это Дмитрий. У Дмитрия осталась жена, которая, если узнает, что он погиб – отправится вслед за ним. Мы могли бы этого не допустить. А Дмитрий мог бы остаться призраком, чтобы всегда оставаться рядом со своей женой и оберегать ее. Здесь все такие. Никто из этих людей не заслуживает смерти. И раз уж ты способна это решать – мы просим тебя пойти нам навстречу.
– Вы ведь понимаете, что я не могу воскрешать людей? – неуверенно уточнила Дина. – Я не уполномочена.
– Мы и не просим. Просто не забирай их. Не провожай.
– Я не считаю, что это правильно.
– Мы же привели тебе все доводы. Но если тебе мало – я могу продолжить.
– Да нет же, дело не в доводах. Просто… У меня нет четких и конкретных инструкций. Но исходя из того, что есть – я должна проводить всех вас. А если я отсрочу смерти этих людей – это создаст прецедент, который даст волю и другим призракам, чтобы просить меня о том же самом.
– Дина, – повернувшись к ней, обратился Анрик. – Ты же действительно всегда забирала их в случайном порядке? Но теперь, раз мы пытаемся упорядочить смерть – почему бы нам не придумать очередь?
– Очередь?
– Ага. Ты только подумай. Я здесь на твоей стороне. Но слова этих людей действительно натолкнули меня на интересную мысль. Ты же и так, и так не можешь проводить всех одновременно? А люди умирают при разных обстоятельствах. Мы могли бы фиксировать всех призраков, скажем, на бумаге. И также указывать обстоятельства их смерти. Чтобы затем составлять очередь, кто в каком порядке должен уйти. Сделать так, чтобы все было по справедливости. Разве это не здорово?
– Нет, это не здорово! – раздраженно выпалила Дина. Затем, оглядев людей, продолжила. – Я согласна, что в дальнейшем мы должны будем регистрировать всех прибывших призраков. Но если мы начнем решать, кто больше достоин, а кто меньше – огромное количество людей посчитают это несправедливым. Кто-то будет против. А где-то мы можем ошибиться. Пусть уж лучше смерть будет для всех одинаковой. А мы будем равны перед ней!
– Дина, ты только подумай! – встряв в разговор, воскликнула какая-то девушка. – Неопровержимые факты существования смерти появились только сейчас! Неужели ты веришь в то, что за много сотен лет смерть не совершала даже малейшей оплошности, чтобы себя не выдать? Куда разумнее предположить, что смерть появилась совсем недавно! И зачем же природа делегировала эти полномочия кому-то, кто мыслит примерно так же, как и человек? Чтобы ты делала все то же самое, что и так работало бы без тебя? Это бессмысленно! Очевидно, ты нужна в этом уравнении, чтобы что-то изменить! Чтобы создать свой мир, находящийся на стыке жизни и смерти!
– Я и так создаю новый мир! – закричала Дина. – Но с условием, что смерть никуда от нас не денется! Уже много людей перестали бояться смерти! И смерть для них теперь куда приятней!
– Нет, это не так, – возразил старик. – Ты ничего, в сути, не изменила. Ты просто добавила людям еще один день. Пускай и правда довольно приятный. Но страх перед смертью никуда не ушел. Теперь, ближе к вечеру, многие из нас уже не хотят уходить.
– Вас никто здесь и не держит! Уходите! Но знайте, что, когда на моем месте окажется другая смерть – она уже не будет к вам так снисходительна! И уж точно не поинтересуется, чего вы там вообще хотите!
Дина, расталкивая их под негодующие возгласы, вырвалась из окружения и направилась в кофейню. Анрик от нее не отставал. Кто-то из мужиков, набрав слюны, плюнул ей в спину. Дина услышала, но не обернулась.
– Да чтоб ты сама сдохла, дура тупая! – закричал кто-то.
– Мразота бездушная!
Другие призраки, которые стояли неподалеку, увидели это – но никто из них не заступился. В Дину полетели бутылки, зажигалки и оскорбления.
– И какого тебе быть палачом?!
– Конченная тварь!
Кто-то со злостью бросил в них стакан. Стекло разбилось вдребезги прямо у ног. Дина остановилась.
– Вы что творите?! – Анрик обернулся и закатал рукава. – Кто это сделал? Покажись, если смелости хватит, урод!
Никто не сознался. Недовольство только набирало обороты. Люди продолжали выть. Продолжали свистеть. Продолжали выкрикивать грубые оскорбления. Но их всех перебивало эхо далекого и звонкого, почти что детского голоса: «И тут так много этих… как его… людей. Уже не терпится с ними познакомиться!» Дина совладала с дрожью и продолжила идти – с ровной осанкой и высоко поднятой головой. Ровным, почти что солдатским шагом под освистывание разъяренной толпы.
– Идем, Анрик, – тихо сказала она.
Он удивленно обернулся. Затем еще раз посмотрел на призраков, которые продолжали кидаться в них предметами. Анрик сжал дрожащие кулаки, но все-таки развернулся и последовал за Диной.
Глава 14
Раздался звон уставших колокольчиков. Громкий раздражающий шум сменился тихой инструментальной музыкой. Внутри никого не было. Анрик включил свет, положил телефон на стол и зашел за стойку, чтобы приготовить кофе. Дина встала рядом. Теперь они оба выглядели ужасно вымотанными. Ни в словах, ни в действиях уже не оставалось сил. Анрик к тому же казался нервным и дерганым, постоянно хмурился и что-то бурчал себе под нос.
– Слушай, Дина… А ты не думала, почему они нападают на тебя по одному? – задумавшись, спросил он.
– А что такого?
– Ну это же бред, разве нет? Я такое видел только в глупых боевиках. Куда разумнее было напасть на тебя сразу впятером…
– Да вот ты как раз кино и насмотрелся. Толпой нападать неудобно. Одновременно они бы атаковать точно не смогли, так как попросту мешали бы друг другу.
– Но один или двое могли бы драться, пока другие ждали. А как только ты бы с ними расправилась – напали бы и остальные… Нет, Дина, тут точно что-то не так. Это звучит глупо.
– Может, они боялись, что, напав все разом, разом бы и проиграли?
– Раз и тот и другой вариант для них одинаково рискованный, разница остается лишь во времени.
– В каком смысле?
– Напади они все разом – это бы заняло не больше получаса. Но, атакуя тебя в течении дня, они будто пытаются тебя отвлечь. Растянуть какой-то отвлекающий маневр… У них же есть главарь?
– Да. Мортис. Единственный оставшийся из пяти смертей. Но твои предположения будто бы ни на чем не основаны.
– Да? А у меня все как раз начинает складываться в единую картину. Если они не имели никаких представлений о твоих способностях и одинаково рисковали при любых попытках устранить тебя напрямую, возможно, этот Мортис решил сыграть вдолгую. Раз он даже ни разу не засветился, не думаю, что он из тех, кто рискует. Возможно, он как раз-таки действует весьма расчетливо.
– Да чему ты клонишь, скажи уже!
– В общем, я думаю, что он попытается устроить мятеж.
– Что? – улыбнувшись, переспросила Дина. – Какой еще мятеж?
– Вот именно поэтому я и хотел к этому подвести. Они, скорее всего, пытаются нам помешать, потому что боятся, что призраки объединятся. А иначе почему призраки этого до сих пор не сделали? Неужели без наших указателей никто не мог до этого додуматься?
– Тут ты прав. Они именно этого и боятся. И из-за них призраки до сих пор не объединялись.
– В таком случае это подтверждает то, что смерть, хоть и обладает нечеловеческими способностями, но даже так она весьма и весьма ограничена. И если толпа призраков объединится против смерти – ей ни за что не выстоять. Значит, единственным надежным и беспроигрышным оружием против тебя была бы та же самая толпа. Самое прагматичное, что этот Мортис может нам противопоставить – недовольство толпы.
Теперь и для Дины все стало очевидно. Она сопоставила слова Анрика со словами Ники. А ее слова с тем, что говорил Эрик. И тогда до нее дошло, что, скорее всего, другие смерти действительно не хотели с ней сражаться. Сиреон оказался прав – все это было лишь частью плана. Мысли о мятеже заставляли ее нервничать и волноваться, а сил уже не оставалось. Она взглянула на Анрика, чтобы попросить его что-то придумать. Но посмотрев на него, поняла, что он остался единственным, что она, возможно, еще могла сохранить.
– Анрик, – вздохнув, обратилась она. – Я думаю, ты достаточно сегодня для меня сделал. Можно считать, что ты выполнил свою часть уговора. После того, как мы попьем кофе, тебе, наверное, лучше будет пойти домой.
– Ты чего? Сейчас? Когда все на грани провала? Ни за что!
– Я же вижу, что тебя все это изводит. Думаю, я здесь справлюсь. А тебе пора отдохнуть.
– Это не поможет.
– Сон как раз-таки тебе поможет.
– Да нет же, не поможет!
– А ты чего злой такой? – возмутилась в ответ Дина.
– Потому что я не хочу, чтобы ты умирала! И я придумал план, как тебе избежать смерти!
– Анрик, да что ж ты тугой-то такой? Я тебе уже объясняла, что не буду этого делать!
– Ну а я тебе объясняю, что, пока ты не согласишься, я не буду счастлив!
– Да что ты к этому так прицепился? – Дина тоже перешла на крик.
– Потому что… – бегая глазами, начал Анрик. Затем выдохнул и, опустив взгляд, все-таки сказал. – Потому что люблю тебя, дуру.
Он закрыл стаканчик и быстро направился к выходу, пытаясь скрыть слезы. По пути он снял с себя фартук и, скомкав его в руке, отбросил в сторону. Дина осталась одна. Ее взгляд замер на кофе. Немного опомнившись, она подошла и сняла со стаканчика крышку. Там, на самой поверхности, находилось сердечко. Дина поняла, что впервые за эти несколько лет заглянула под крышку и, скорее всего, сердце там пряталось уже очень давно. Подумав, она развернулась и пошла на выход.
Оказавшись снаружи, Дина огляделась. Анрик нашелся вдали от всех, в полном одиночестве. Он сидел на траве и плакал. Дина быстрым шагом направилась к нему.
– Эй, ты! – позвала она.
Анрик поднял голову. Увидев ее, он вскочил на ноги. Вид его был ужасно печальным, но в глазах промелькнула надежда. Он приготовился внимательно ее слушать.
– Анрик, ты открытие не сделал. Я об этом знала еще задолго до этого дня. Но ты, конечно, поторопился! Подождал бы еще лет пять, а потом бы подошел!
– А, так ты решила меня сделать виноватым? – сильно негодуя и нахмурившись, спросил Анрик. – Ты прибегала, брала кофе и тут же убегала! Думаешь, я не пытался завести с тобой хоть какой-то разговор? А толку ноль! Да даже сегодня, если ты все понимала, зачем тогда было все это с Викторией?
– Потому что я не хотела, чтобы ты ко мне еще больше привязался! И сама не хотела к тебе привязываться! Ведь теперь в этом уже нет никакого смысла! Зачем? Чтобы после моей смерти тебе стало еще хуже? Чтобы мне и самой было плохо, зная, что я оставляю тебя здесь одного?
– Да ты… Ты просто пользовалась мной, вот и все! – зарыдав, закричал Анрик. – Чтобы я работал на твою мечту! Поэтому ты и воскресила именно меня! Потому что мною помыкать удобнее, чем тем, кому на тебя все равно!
– Ты… Совсем идиот? – тихо спросила Дина.
– От идиотки слышу!
Обогнув ее широким кругом, Анрик ушел прочь. Дина осталась на месте. Она чувствовала сильную жгучую боль – но тело было в порядке. Ей не нравилось видеть его грустным, ведь слезы ему были совсем не к лицу. А осознавать, что она и стала причиной его горя было еще сложнее. Дина крепко сжала кулаки, затем выдохнула и огляделась. Люди массово снимали с себя футболки. Кучка недовольных призраков стали в открытую подначивать остальных к вооружению, убеждая их в том, что смерть несправедлива. Музыка со сцены уже не звучала.
– Дина!
Она обернулась. К ней подбежала девушка в белом платье, которая еще днем сидела на остановке и плакала.
– Дина, там какие-то люди настраивают против вас всех остальных!
– Да, я знаю.
– Но я ни за что вас не предам! И, если придется – я готова биться за вас! Не только я! Со мной еще много призраков, они все за вас!
– Это очень благородно с вашей стороны, – саркастично улыбнулась Дина.
– Нет, я вообще-то серьезно!
Девушка сжала кулачки. В ее глазах горел огонь.
– Если выбирать – умереть просто так или умереть, сражаясь за вас, то я выберу второе!
Дина крепко ее обняла. Девушка застыла от удивления. Затем обняла ее в ответ. Она этого не видела, но Дина задумчиво смотрела на свои перчатки. «Призраки ведь тоже чувствуют боль. Они тоже чувствуют страх. Надо ли подставлять мирных призраков под удар? Да и как же первое правило? Каждый должен уходить счастливым…» Медленно стянув перчатку, Дина положила руку девушке на спину – и та исчезла.
Послышался резкий хлопок. Дина обернулась. Но это просто оказался один из солдат. Он вставил рожок в автомат и оттянул затвор, после чего продолжил, стоя на месте, оглядываться. Присмотревшись к оружию, Дина вдруг спохватилась и побежала к нему.
– Где сейчас Сиреон? Мне он срочно нужен!
– Он в том здании, – указав пальцем, ответил солдат. – Допрашивает пленных.
Дина сразу рванула туда, несмотря на то что ноги ощущались ватными. Все тело было расслабленным и уставшим, как после тренировки. И когда она просила его хоть немного напрячься – оно откликалось очень неохотно. Дина ворвалась в цветочный магазин и огляделась.
Яркий свет слепил глаза. Повсюду мелькали разноцветные букеты. Сиреон сидел на корточках перед двумя связанными призраками. Позади него стояли двое солдат с автоматами. Увидев Дину, он встал на ноги и развернулся.
– Мортис подговаривает призраков, чтобы устроить мятеж! – воскликнула она.
– Нет. Это призраки Мортиса подговаривают других призраков, чтобы устроить мятеж. Сам Мортис остается в тени. Но оказывается, он с самого начала подсылал на площадь своих шпионов. И в этом, конечно, моя оплошность.
– Сиреон, я хочу попросить тебя… взять своих солдат и уйти!
– Чего? Да я скорее съем мороженое, чем…
– Не время для шуток! – перебив его, закричала Дина. – Твои люди серьезно вооружены! Но если это оружие попадет к врагам – сколько невинных призраков пострадает? Начнется беспорядочная стрельба по толпе, а я этого не допущу!
– И что ты предлагаешь? Просто отдать им весь тот потенциал, который ты набрала за сегодня? Ты-то уйдешь, а нам с ним еще потом сражаться!
– Я понимаю, но… – Дина обреченно выдохнула и опустила голову. – Сиреон, я очень тебя прошу. Я лучше сдамся и отступлю. Но не позволю, чтобы перебили всех этих призраков. Я ведь… даже не знаю, что происходит, когда они умирают не от моей руки. Может, для этого я и нужна? Потому что, если призрак умирает другой смертью, он не попадает туда, куда мог бы попасть?
– Так ты… и правда сдаешься? Признаешь, что они опять нас победили?
– Да не знаю я. Но я просто не хочу ставить народ под угрозу. Они собрались здесь по моей вине. И если их массово здесь и положат – это будет на моей совести.
– Хорошо, Дина, – тихо ответил Сиреон. – Я сейчас же уведу своих солдат. Но напоследок я хочу тебя кое о чем попросить.
Он подошел к ней и достал из кобуры пистолет. Затем вытащил из него магазин и высыпал патроны в ладонь.
– Прикоснись к каждому из этих патронов. Мне нужно, чтобы они стали угрозой для Мортиса, в каком бы облике он перед нами не предстал. Ведь когда ты уйдешь, нам еще предстоит с ним сражаться.
Дина понимающе кивнула. Она взяла у него патроны той рукой, на которой была перчатка. Затем принялась их перебирать в другой ладони. И после всего вернула их обратно.
– Мне нужно идти, – сказала она. – Времени уже в обрез, а я еще должна проводить детей, чтобы они не застали эту резню.
Сиреон крепко обнял ее. Дина резко убрала руку в карман, чтобы случайно его не коснуться, и удивленно взглянула на него.
– На самом деле, я остался здесь не ради бессмертия. И не для того, чтобы построить государство мертвых. Я просто хотел убедиться в том, что людей будут провожать только хорошие смерти. Достойные своей власти. И… у меня уже не оставалось надежды. Пока я не встретил тебя.
Сквозь тоску проступила улыбка. Дина отошла назад и в последний раз посмотрела на Сиреона. Только сейчас она поняла, что его чудаковатость имела те же причины. Что он дурачился, просто чтобы сохранить рассудок. Пока его лицо оставалось невозмутимо сердитым, взгляд нес в себе остатки чего-то очень нежного, чуткого и проницательного. И все же пришлось оторваться от этих глаз, чтобы уйти.
Снаружи стало еще более шумно. Призраки сбивались в большие группы и вооружались. Кто-то брал в руки кухонные ножи, а кто-то раздавал другим перцовые баллончики и кастеты. Еще только недавно они вместе веселились на празднике, а теперь строго делили всех на своих и чужих и недоверчиво поглядывали на окружающих. Пока Дина быстрым шагом обходила площадь, ей в спину прилетали ругань и крики. Но они ее совсем не пачкали.
Обнаружив вдалеке толпу детей, Дина вздрогнула и направилась к ним. В каждом шаге оставалось все меньше уверенности. Становилось тяжело дышать. Ладони почему-то потели. Она смотрела на детей, но на этот раз вместо их маленьких счастливых лиц она видела черепа. Дина вспоминала, как бегала за ними, а те визжали и верещали. Но тогда ей не приходилось задумываться о том, что дети даже не понимали, кто она такая. Большинство из них пришли отдельно от родителей. Они называли Дину смертью, но не осознавали, что рано или поздно ей придется их убить. Видимо, они просто полагали, что, потерявшись, вдруг нашли себе друга, с которым можно весело провести время. А под ночь рассчитывали вернуться домой к родителям, чтобы довольными лечь спать и забыть об этом странном дне.
Дети собрались на краю площади, поодаль от остальных. Они столпились вокруг чего-то, но Дина не поняла, вокруг чего именно. Один из них стоял с палкой в руках. Другой держал лопатку. Подойдя к ним поближе, Дина увидела, что они окружили мертвого голубя и обсуждали, стоило ли копать могилку.
– Дина! – увидев ее, обрадовался какой-то мальчик. – А тут голубь помер, представляете!
Его слова остались без внимания. Дина их даже не услышала. Она смотрела на маленькую девочку, которая стояла перед трупом на коленках и плакала. Прислушавшись, Дина услышала, как девочка тихо шептала: «Пожалуйста, живи! Не умирай, я прошу тебя!». Этими мольбами она ей сильно кого-то напоминала. Дина пробилась в центр и, присев на корточки, коснулась голубя правой рукой. Дети застыли. Голубь начал шевелиться. Затем внезапно встал на лапы и, расправив крылья, полетел. Все задрали головы, провожая голубя изумленными взглядами. Плачущая девочка внезапно вскочила и, подняв руки, принялась радостно прыгать.
– Пока, птичка! – закричала она. – Живи, птичка! Живи!
Дина медленно поднялась на дрожащие ноги. Ей становилось все хуже, она не смотрела детям в глаза. Но тем не менее сжала кулаки и собралась с силами.
– Дети, а вы не хотите… Поиграть?
– Хотим! Да! Конечно хотим! – дети радостно кричали, перебивая друг друга.
– А во что? – внезапно спросил один из них.
– В жмурки. Только, я предлагаю, вы все будете водами. А я буду от вас… Убегать…
– Давайте!
– Только не подглядывайте.
Дети крепко и показательно зажмурились, после чего, вытянув руки вперед, принялись ее ловить. Дина, начала ходить между ними и их провожать. Она касалась левой ладонью макушек, и дети сразу исчезали, один за другим. Но им было весело – они все еще верещали, кричали и смеялись, пока Дина тихо плакала.
Когда она коснулась очередного ребенка, последний вдруг открыл глаза и огляделся. Дина замерла. Намертво, как будто от того, зашевелится она или нет зависела ее жизнь. Поначалу мальчик ничего не понял. Его друзей уже нигде не было, а смех сменила гробовая тишина. Он обиженно посмотрел на Дину и, крепко зажмурившись, громко зарыдал.
– Что ты с ними сделала?!
– Я…
– Я думал, мы с тобой друзья!
– Но это так и есть!
– Друзья себя так не ведут!
Мальчик, рыдая, убежал. Не трудно было догадаться, что он чувствовал, помимо злости и обиды. Предательство. От того, кого искренне считал другом. Дина задрала голову и посмотрела на небо. Все уже закончилось, а ей не стало легче. Тело все еще трясло. Она пыталась выбросить их лица из головы, поскорее забыть, но эти дети присоединились к остальным. Она поняла: они остались с ней навсегда. Дина, закричав, ударила ногой по урне. Затем подняла с земли камень и метнула его в витрину. Стекло треснуло, разбив ее отражение на множество граней. Лишь в одной показалось привычное лицо с милыми чертами. В остальных гранях отражались фрагменты жуткого черепа. Дина упала на колени и схватилась руками за голову. Детский смех никак не затихал.
Ей хотелось позвать на помощь, но никого не осталось, чтобы ее успокоить. Она прогнала Сиреона, поругалась с Анриком, проводила детей. Даже призраки, ради которых она так старалась, теперь были на стороне Мортиса. Дина стояла на четвереньках и подавала голову вперед, так, будто ее тошнило. Она скребла ногтями по асфальту, стискивала зубы. Сердце просилось наружу. Все внутри сжималось, выдавливая из нее одну и ту же мысль: «Почему… все так сложилось? Я же просто хотела… Хотела сделать всех счастливыми…»
Услышав знакомый голос, она резко обернулась. На сцене почему-то находился еще один мальчик, лет двенадцати. Перед ним уже собралась большая толпа. Остальные призраки тоже постепенно туда стягивались. Приглядевшись, Дина узнала в нем того самого мальчика, с которым играла в шахматы и которому случайно сломала игрушечный замок.
– Друзья! Прошу минуточку внимания! – держа микрофон у рта, произнес он. Его голос при этом не отличался от взрослого. – От вас, возможно, намеренно скрывали это, но Дина, которую вы знаете, – не единственная смерть в этом городе. Меня зовут Мортис. Приятно познакомиться.
Его заявление удивило присутствующих и привлекло еще больше внимания. Не удивилась лишь Дина. «Началось!» – подумала она и, быстро натянув перчатки, резко сорвалась с места. Ей пришлось пробиваться через плотную толпу, чтобы прорваться к сцене. Призраков было слишком много. Они окружили сцену со всех сторон и к ней было не подступиться. Дина цеплялась взглядом за Мортиса, а все остальное было лишь помехой на пути.
– Дина весь день радовала вас, развлекала, словно тамада. Ее старания, стоит признать, действительно похвальны. Весь день она трудилась на это. Трудилась на то, чтобы сделать вас счастливыми. Или нет? Вы никогда не задумывались, зачем ей это нужно?
Предчувствуя, что он к чему-то подводил, Дина начала протискиваться еще активнее. Она со злостью отпихивала в стороны призраков, ведь боялась того, что мог сказать им Мортис. Пока она находилась в тени, затерянная посреди безликой толпы, Мортис возвышался над ними, стоял у всех на виду.
– Я, как смерть, могу с уверенностью заявить – она способна не только убивать, но и воскрешать вас.
Его слова взорвали толпу. Гул был сопоставим с ревом трибун на гигантском стадионе: от громкости вибрировали кости. Кто-то стал возмущаться и выть. Кто-то начал громко свистеть. Послышались негодующие возгласы, слившиеся в единый сумбур. С разных мест звучали оскорбления в сторону Дины. Все эти неразборчивые слова объединял общий недовольный тон.
– Любого из вас она способна вернуть к жизни прямо сейчас! – со злостью выпалил Мортис. – Умирать вовсе необязательно! Но она не только этого не сделает – она вам об этом даже не скажет! Ведь ее задача – всех вас прикончить! А все эти радости, на которые вы так легко купились, были нужны лишь для того, чтобы вас отвлечь! Потому что для нее вы просто стадо тупорылых баранов, покорно идущих на убой! Так, может, пора просыпаться? Может, пора очнуться, чтобы увидеть, что на самом деле происходит? Или вы…
Из толпы на сцену выпрыгнула Дина. Мортис удивленно обернулся. Шум внезапно затих. Те, кто громче всех выкрикивал оскорбления – замолкли. В кромешной тишине звучали быстрые шаги. Дина подошла к одной из колонок и взяла второй микрофон. Затем постучала по нему, чтобы проверить, что тот работал – и тоже встала у края сцены, но с другой стороны от Мортиса.
– Да, все эти годы я врала, что не умею воскрешать! Но я не решаю, кто из вас и когда умрет! – закричала Дина в микрофон. – Я лишь исполняю закон, который от меня не зависит! И я не знаю, зачем мне дали возможность вас воскрешать! Но только вдумайтесь, что вы предлагаете! Чтобы я лично решала, кто из вас достоин жить, а кто нет? Я так не думаю! Я думаю, что смерть по-своему прекрасна! Особенно, если сделать ее приятной! Этим я и занималась весь этот гребанный день!
– Об этом я и говорил, – улыбнувшись, ответил Мортис. – Ей абсолютно все равно, что среди вас есть дети, которые не успели толком пожить. Ей все равно, что среди вас есть те, кто прямо сейчас находится в коме и способен еще вернуться к жизни. Ей все равно, что кто-то из вас, умерев, оставит своих детей сиротами, а жен – вдовами. Она очень старательно пытается казаться одной из вас. Но ей никогда вас не понять. И трухлявый мост, который она старается перекинуть через эту пропасть, построен полностью из лжи! Так чего теперь распинаться? Пытаешься убедить тут всех, что врала всем на благо? А доверия все равно к тебе уже нет! Так зачем вам, люди, умирать, если, оказывается, можно жить дальше?
Толпа встала на сторону Мортиса. Идея жить дальше вскружила всем голову. Смерть теперь казалась необязательной. Увидев это, Дина окончательно поняла, что свой последний день она потратила впустую. Ее старания ничего не стоили. Они разбились о простую и вполне предсказуемую человеческую натуру. А ведь она с самого начала это знала – еще до того, как Эрик ей сказал. Но при этом почему-то вдруг поверила, что все могло быть иначе…
– А чего, по-вашему, добивается он?! – Анрик выхватил у Дины микрофон. Он всегда говорил тихо и даже его крик казался мягким, а теперь он полыхал, словно костер. – Думаете, эта смерть желает вам чего-то другого?! Разуйте глаза, е-мое! Смерти действительно бывают разные! И Дина первая, кому пришло в голову сделать что-то для людей! А этот ублюдок пытается все испортить! Если вы сейчас поведетесь на его слова – он всех вас прикончит! И все будет так же, как и было! Об этом Дина вам и пытается сказать! Смерть наступит в любом случае, сколько от нее не беги и сколько ее не оттягивай! Так давайте решим прямо сейчас! Вы хотите, чтобы вас провожали ублюдки, вроде этого, или такие, как Дина?!
После слов Анрика некоторые протестующие притихли. Ему удалось заставить людей задуматься. Мортис, заметив это, решил действовать:
– Единственная, кто решил подумать о людях? Ты и правда в это веришь? Она собирается мочить всех без разбору – это, по-вашему, значит думать о людях? Или думать о людях – это когда ты пытаешься вникнуть в ситуацию каждого, чтобы поступить по справедливости?
– А нам никто не давал права решать, кто достоин жить, а кто нет! Да, мы пытаемся урегулировать общество призраков! Но смерть единая для всех!
– Но ты не выглядишь прозрачным. При этом ты нас видишь. Раз уж ты не смерть, очевидно – ты был воскрешен. Стало быть, жизни достойны только «свои»? А остальные – биомусор?
– Да я первым готов умереть! Здесь и сейчас, если это заставит вас одуматься. Да о чем вообще говорить – даже Дина готова умереть! Просто чтобы показать вам пример! Она ведь вам не сказала, но она и сама сегодня умрет. Именно поэтому ей пришла в голову вся эта затея. В прошлую полночь к ней явился кто-то еще могущественнее – и сказал, что у нее есть ровно сутки, после чего он ее заберет. И у нее были возможности убежать. Спрятаться. Что-то придумать, чтобы избежать смерти. Но посмотрите на нее – она не только не боится умереть, но и пытается облегчить нашу смерть. Она не испугалась! Так и вы не бойтесь!
Дина подняла покорную голову, боясь посмотреть на толпу – а ее встретили сотни взглядов, прикованных к ней. В них крылось понимание, которого она так стремилась достичь. Вместе с пониманием, Дина обнаружила в них и сострадание. Ей казалось, что многие из этих призраков наконец смогли по-настоящему оценить ее вклад. Так же, как оценил его Сиреон.
– Из века в век, а грабли те же, – вздохнув, тихо произнес Мортис. – Что ж, мне было бы интересно застать эту жатву. Посмотреть, сколько людей вдруг передумает, представ перед лицом своей смерти. Но я-то уже знаю, чем бы все это закончилось. А потому мы можем начинать!
Мортис как следует замахнулся и разбил микрофон об пол. В ближайших зданиях раздались громкие взрывы, от которых содрогнулась земля. У сцены начался переполох. Послышались крики и вопли. Те, кто не носил белые футболки, нападали на остальных. Дина сняла перчатки и собиралась отбросить их в сторону, но ее сразу же прикончили: снайпер снял ее одним точным выстрелом. Пуля попала прямо в лоб. Она упала на спину. Ее взгляд замер.
Глава 15
Призраки принялись запрыгивать на сцену. Одни, чтобы напасть на Мортиса, а другие, чтобы им помешать. Ориентироваться в этом хаосе было невозможно. Для Анрика происходящее выглядело, словно конец света. Призраки, которые еще утром улыбались, позируя для фотографий, убивали друг друга. Заполняли площадь трупами.
Прозвучал выстрел. Анрик вздрогнул и, опомнившись, обернулся. Неподалеку лежало тело Дины. Она не шевелилась. Анрик нагнулся, прикрыл голову руками и подбежал к ней. Затем упал на колени и схватил за запястье. Пульса не было. Кто-то взмахнул топором. Анрик машинально отдернулся и упал на спину. Следующий взмах должен был стать последним, но на мужика с топором напал другой призрак. В темноте сверкнуло лезвие. Брызнула кровь.
Все вокруг казалось Анрику невыносимо страшным. Он, не выдержав, крепко зажмурился, чтобы проснуться. Повсюду продолжали звучать истошные вопли. От них было некуда деться. Но вскоре Анрику удалось сбежать. Туда, где он чувствовал себя не просто в безопасности – туда, где он навек бы и остался.
Раздался звон колокольчиков. Анрик вздрогнул и обернулся, в надежде на то, что это была Дина. Он делал так каждый раз, когда кто-то заходил, но зачастую зазря. На этот раз ожидания оправдались. На пороге стояла знакомая высокая девушка в черном плаще и белых кедах. Снаружи она не выглядела особо примечательной. Но ее поведение казалось ему настолько загадочным, что оно становилось интереснее всего остального в жизни.
Со смазливым лицом, собственным бизнесом и уступчивым характером Анрик мог встречаться с очень многими девушками. Но каждый раз его мягкость играла против него. Они, может осознанно, а может нет, щупали границы дозволенного, после чего начинали откровенно им пользоваться. И нет, разбитое сердце не сделало Анрика черствым, отстраненным и «понявшим эту жизнь». Он оставался все таким же наивным, доверчивым и добрым. Но он не был глупым. В какой-то момент Анрик понял, что лучше уж быть вообще без девушки, чем состоять в токсичных отношениях. А потом он встретил Дину. Девушку, которой явно было все равно, миллионер он или простой бариста, ведь она проявляла одинаковое безразличие ко всем.
Она, не обращая ни на что внимания, сразу подошла к кассе.
– Здравствуйте! – смущенно улыбнувшись, выдавил из себя Анрик.
Волнение было настолько сильным, что даже улыбка натягивалась с трудом. Он понимал, что со стороны, возможно, выглядел нелепо, но не мог с этим ничего поделать. Тем более, Дина все равно ничего не замечала.
– Привет. Мне капучино.
– Хорошо! Что-нибудь еще желаете?
– Не.
Анрик кивнул и принялся оформлять заказ. Пока он тыкал пальцем по экрану, в голове звучала громкая тревога. «Надо срочно завести с ней разговор! Но какой? Ей же ничего не интересно! И все, что я придумал, тут же забылось! Что же сказать? Что сказать? Да что угодно уже скажи, е-мое!»
– Кхм… а у вас, кстати, парень есть?
«Придурок! Конченый! Зачем так прямо? Сейчас она поймет, испугается и больше не вернется!» – заволновавшись, подумал Анрик.
– Нет у нас парня. И не может быть.
– Это еще почему? Можете, кстати, оплачивать…
Дина достала черную карточку и приложила к кассовому аппарату.
– Да это же надо его чем-то кормить. Спать укладывать. А у меня нет столько свободного времени. Мне нужно работать.
– А кем вы работаете, если не секрет?
– Курьером. Доставляю людям проблемы. – Дина убрала карточку в карман и посмотрела на него. – Может, когда-нибудь, и ты сделаешь у меня заказ. Надеюсь, не скоро. Слишком уж ты… порядочный, что ли. Хоть и болтливый.
Анрик удивленно смотрел на нее. Дина почему-то решила не садиться за столик, а подождать прямо за стойкой, хоть она обычно так и не делала. Опомнившись, он развернулся и принялся готовить ей кофе.
– А почему вы… так необычно одеты?
– Что значит «необычно»? – нахмурившись, уточнила Дина. И сразу же ответила. – Для моей профессии это самое подходящее, что можно было выбрать.
– Но вы разве видели, чтобы кто-то из курьеров одевался таким же образом?
– Я же сказала, я – необычный курьер.
– А, я, кажется, понял, – расстроившись, ответил Анрик. – Вы из тех, кто вечерами по паркам шатается, и свои товары под землю закапывает?
– Что? Нет! – возмутилась Дина. – Я порядочный гражданин! Ничем таким не занимаюсь и налоги плачу! А будешь про меня гадости говорить – и тебе свои услуги предоставлю!
Анрик открыл глаза. Он и так знал, что делать, но теперь у него появилась решимость для этого. Он взял левую ладонь Дины и положил ей на лицо. Она тут же убрала руку и начала откашливаться. Анрику пришлось отвлечься, чтобы дать отпор. Он встал, уклонился от удара и врезал призраку, который хотел на него напасть. Дина с трудом поднялась на ноги. Для нее все произошло за миг, поэтому она даже не поняла, что ее убили.
Вскоре на нее тоже напали. Она ловко увернулась и ударила призрака левой рукой – тот сразу исчез. Повсюду царил хаос. Мортис все еще стоял на другом конце сцены. Дина начала к нему пробиваться. По пути пришлось провожать призраков, которые ей препятствовали.
Ноги внезапно подкосились. Дина упала на спину и осмотрела себя: в груди застряла пуля. Она прикрыла лицо левой ладонью, снова поднялась на ноги и врезала ближайшему призраку с такой силой, что сама чуть не упала. Затем подбежала к следующему, но тот встретил ее с ножом.
Лезвие вонзилось в бок, словно в масло. Дину сковала резкая боль. Она приложила ладонь к лицу и тут же ударила. Призрак, не ожидав, что она продолжит драку, не успел увернуться и исчез. Дина вытащила нож и отбросила его в сторону. Она все время поглядывала на Мортиса, провожающего призраков, чтобы не упускать его из виду и продолжать к нему прорываться. Дина умирала и воскресала вновь. Умирала и воскресала. Но постепенно приближалась к Мортису.
Беспорядок только набирал обороты. Кто-то бросил на сцену коктейль Молотова. Дина оказалась в центре возгорания. Она выскочила из огня. Ей тут же прилетел удар в лицо. Ноги снова подкосились. Она снова упала. Но на этот раз, лежа на спине, Дина не спешила вставать. Все тело жутко болело. Ее тошнило желчью и кровью. В голове звучали голоса детей: они звали ее к себе, чтобы снова вместе поиграть. Причин подниматься становилось все меньше. Она могла воскрешать себя сколько угодно, но, пока тело было к этому готово, в голове каждый раз что-то щелкало. Дина уже не понимала, могла ли она считать себя вменяемой. Она просто надеялась, что все еще оставалась на правильной стороне.
«Что бы я ни делала, как бы я ни старалась – этот мир все обесценивал. Я все равно через час умру. Какой смысл уже что-то делать? Люди никогда не будут довольны смертью… Но я же все прекрасно понимала! С самого начала это все было бессмысленно, ведь я уже знала, что умру! Но я же все равно жила!»
Неподалеку вспыхнул еще один взрыв. Дина перевернулась на живот и поднялась. Повсюду летел пепел. Ночь озарял яркий полыхающий огонь. Мортис все еще провожал каждого, кто оказывался под рукой. Сиреон внезапно выстрелил в него. Мортис упал на одно колено. Дина совершила последний рывок. Она разбежалась, вырвалась из толпы и, не сбавляя скорости, влетела в него всем своим телом так, чтобы вынести со сцены. Они вместе приземлились на асфальт. Дина села на него и принялась избивать. Она придерживала его голову левой рукой, чтобы не дать ему превратиться в человека и умереть, а правой забивала из последних сил.
Пока лицо Мортиса превращалось во что-то бесформенное и уродливое, он продолжал улыбаться и даже тихо смеялся. Дина била его до тех пор, пока руки совсем не обмякли. Тогда она отпустила его и напоследок вмазала еще раз правой. Мортис превратился в человека. Он все еще смеялся и при этом кашлял, когда отвлекался на боль. Дина схватила его за грудки и закричала:
– Почему ты даже не сражаешься со мной?! Зачем тогда было мне мешать?
– Толпа тебя добьет. А я уже сделал… все, что мог… – слабым голосом ответил Мортис. Он выглядел истощенным и в то же время очень счастливым. Настолько, будто весь свой тяжелый путь прошел только ради этого момента.
– Что ты там мог?! Ты отнял у меня последнюю мечту! Сделал хуже всем этим призракам! Сделал хуже всем! Пустил в расход четверых друзей, лишь бы мне помешать!
– Я знаю… Знаю… – голос Мортиса задрожал. – Я сделал эти четыре хода, зато партия за мной…
Он почему-то не сдержался и заплакал. Дина была в замешательстве.
– Тогда… Зачем?
– Призраки никогда не были моей целью. Я убивал смертей. Все эти годы я убивал каждую смерть, которая заявляла о себе или случайно с нами пересекалась. А сегодня, когда ты вдруг появилась, я понял, что смогу избавиться от тебя с помощью толпы. И, помимо тебя, избавиться еще от пятерых смертей…
– Ты настолько ненавидишь смертей? Почему?
– Да при чем тут вообще ненависть? – разозлившись, закричал Мортис. – Какой бы ни был их замысел – я не должен был допустить, чтобы они достигли своих целей! Я должен был показать им, что они в нас ошиблись! Вынудить их перестать это делать и вернуть все как было! А иначе, сколько несправедливых ужасных смертей нас ждало бы впереди?
– И поэтому ты решил стать худшим из них? – возмутилась Дина.
– И поэтому я решил любой ценой им показать, что это был неверный ход. Все, кто сегодня умер – помогли мне в этом. Если нам повезет – они откажутся от этой идеи. И тогда не останется людей, уполномоченных быть смертью…
– А с чего ты вообще взял, что они способны передумать? Ты не можешь этого знать! И ты поставил все на кон, ради какого-то… призрачного шанса? Мы могли распорядиться этой возможностью правильно! У нас был шанс чего-то достичь! Что-то изменить! Сделать так, чтобы люди больше не боялись смерти!
– Да посмотри ты на себя! – из последних сил закричал Мортис. – Ты же чудовище! Уродливое! Отвратительное! Такое же, как и я! Такое же, как и любая смерть! Ты уже потеряла рассудок. Воображала, будто это твоя работа! А весь этот день ты слепо защищала систему, которая никогда не будет справедливой… Но все это уже не важно. Важно лишь то, что до вселенной может дойти мой посыл… Я так на это… надеюсь…
– Ты… Ты…
Дина собиралась ему что-то ответить, но пока подбирала слова – опоздала. Мортис уже не дышал. На его лице все же не застыла улыбка. Он ушел так же, как и все остальные – в сомнениях. Не понимая, что это было, и не понимая, что останется после. Дина встала и огляделась.
– Дина! – закричал Анрик.
Она обернулась. Анрик подскочил, чтобы заслонить ее от чего-то. Он оказался между Диной и тем парнем, который вчера попал в аварию. Только миг спустя она поняла, что он уберег ее от удара. Анрик рухнул всем телом на землю, а парень, испуганно посмотрев на него и увидев кровь на своих руках, отбросил нож и убежал. Также внезапно, как и появился.
Весь этот хаос уже не имел для Дины никакого значения. Он превратился в единый неразборчивый фон, а в центре внимания остался лишь Анрик. Лежа на спине, он смотрел на нее и улыбался. Из его раны сочилась кровь. Упав на колени, Дина бросилась к нему и принялась суетиться в попытке заткнуть чем-то рану.
– Оставь, – умирая, попросил Анрик. – Прошу тебя, не надо.
Дина взглянула на него. Анрик улыбался. Не так, как Мортис. Не так, как остальные. По-настоящему. И эта улыбка, которую она так боялась потерять, ее добивала.
– Зачем? – зарыдав, закричала она. – Ты же знал, что я не могу воскресить дважды! А ты столько всего для меня сделал! И жил бы дальше! Я бы и так умерла!
– До этого дня у меня и не было жизни. Не беда, е-мое…
– Но… Но как же наш уговор?
– Мы оба не сдержали обещание. Похоже, наш план провалился... А ты… Ты сказала, что хотела всего этого, потому что никто не любит смерть. Зато теперь ты знаешь… что это не так…
Последний вдох и Анрик застыл. А вместе с ним замерло и все вокруг. Дина не слышала крики, не видела сражение. Она видела только лицо счастливого человека, способного улыбаться смерти. Осознанно, в отличие от детей, и искренне, в отличие от взрослых. Взяв его руку, она зарыдала еще громче. Теперь, когда было уже поздно, ей столько всего хотелось ему сказать. Она жалела, что провела с ним мало времени, а он ушел, так, возможно, и не узнав, что оказался самым близким и дорогим ей человеком за всю ее короткую жизнь.
Она держала его ладонь до тех пор, пока он не исчез. Затем подняла голову и посмотрела в ту сторону, куда убежал тот парень. Сорвавшись с места, Дина бросилась за ним вдогонку, расталкивая всех на своем пути. На бегу она встряхнула рукав и взглянула на часы в надежде, что успеет. А у девушки совсем не оставалось времени. Встреча была назначена через десять минут. Она ускорилась и надела перчатки. Пока ее взгляд цеплялся за убегающего парня, в голове она пыталась осмыслить все, что с ней произошло за эти сутки.
«Зачем ты дал мне еще один день? Зачем ты дал мне его? Зачем?» – кричала она про себя и с каждым разом все громче. «Неужели ты, действительно, всего-то хотел меня наказать? Наказать за годы ужасной работы? Что ж, у тебя получилось! Но даже я такого не заслужила! Не заслужила! Не заслужила!»
Ее бросало в слезы и дрожь. Она рыдала и была беспомощной. Истощенной и сломленной. Ноги заплетались, руки не слушались, а в голове царила полная неразбериха. Но Дина точно знала – она отдала бы все, лишь бы вычеркнуть этот день из своей жизни. Сделать так, чтобы его вообще никогда не было и просто вернуть все как было.
– Стой! – надрывая горло заорала Дина.
Ей удалось приблизиться к парню на расстояние вытянутой руки. Дина набросилась на него и повалила на землю. Он, испугавшись, принялся кричать и вырываться, но она крепко прижала его локтем. Ей хотелось сделать с ним то же самое, что она сделала с Мортисом, хотелось заставить его пожалеть о своем поступке, но в голове раздался голос:
«Да посмотри ты на себя! Ты же чудовище! Уродливое! Отвратительное! Такое же, как и я! Такое же, как и любая смерть!» Дина внезапно очнулась. Глаза больше не застилала ярость. Она еще раз посмотрела на рыдающего парня, умоляющего его не трогать. Он был напуган до смерти, а ей предстояло решить его судьбу.
«Ты оказался не прав, Мортис! Не прав! И пусть это увидит вселенная!» Пока парень крутился и пытался вырваться, Дина сняла зубами перчатку и прикоснулась к нему правой рукой. Она не знала, меняла ли этим поступком ход истории или же просто делала одолжение одному человеку, который так не хотел умирать. Но ей это было не важно – она просто делала то, что считала правильным. Парень исчез и очнулся где-то в своем теле, но она уже этого не видела. Дина снова осталась одна посреди мертвой тишины. Поднявшись на ноги и в последний раз взглянув на часы, она поплелась в парк к той самой лавочке.
Медленный, еле живой шаг вел ее через пустой город, сквозь глухую ночь. Мысль, что она все потеряет, должна была восприниматься легче от того, что у нее ничего не осталось. Но это было не так. Дина чувствовала, что у нее отняли даже больше, чем все. Она потеряла то, чего никогда не имела, но успела обрести за этот день. Поэтому ее собственная смерть казалась не спасением, а лишь последним ударом.
Раздался звук уведомления. Дина достала телефон из заднего кармана и разблокировала экран. Ей пришло сообщение от Виктории. Она решила быстро пробежаться по нему глазами, но, прочитав первые несколько предложений, вздрогнула и начала сначала. На этот раз медленно и вдумчиво, но все же на ходу, так как у нее совсем не оставалось времени. Дина читала это сообщение голосом Виктории, слегка низким для девушки.
«Привет еще раз. Я тут ворочалась и не могла уснуть. Анрик попросил меня тебе об этом не говорить, но я все же не смогла сдержаться. Поэтому между нами скажу, ведь вам обоим так будет намного лучше. В общем, у нас не было никакого свидания. Он сказал мне, что любит тебя. Я понимаю, что эти чувства, видимо, не взаимны, но… он и правда тебя любит. До смерти любит. Он мне по секрету рассказал, что ночью, когда понял, что у вас ничего не выйдет, он попытался совершить самоубийство. Наглотался таблеток, из-за которых у него остановилось сердце. Но потом его внезапно откачали. Только не говори ему, что это я тебе сказала! Просто дай ему шанс. Я думаю, он тот, кто его по-настоящему заслуживает…»
Ее снова трясло. Большой палец дрожал под предложениями о самоубийстве, которые она перечитывала из раза в раз. Перед глазами предстали воспоминания, где она накричала на него из-за бонусной карты. Затем она вспомнила, как Анрик, узнавая ее голос, каждый раз оборачивался и широко улыбался. Дина убрала телефон в карман и зашла в парк. Несмотря на вновь нахлынувшие чувства, ей стало немного легче от понимания того, что эта боль скоро утихнет. Все осталось позади. Все должно было вот-вот закончиться.
Кровавый след преследовал ее до самой лавочки. Под светом фонарного столба уже находилась знакомая фигура. Он обернулся. В прошлый раз она не разглядела его лица, потому что боялась заглядывать под капюшон. А теперь она смотрела ему прямо в глаза.
– Минута в минуту. Похвально. Да и смотрю, ты времени зря не теряла.
– А толку, если я все равно по итогу здесь... – вздохнула Дина, пытаясь совладать со страхом.
– Помнится, еще вчера ты была совсем другой. Не в этом ли весь смысл?
– Прошу, не тяните. Я готова.
Дина была смиренна. Она смотрела на него с высоко поднятой головой. А он, тихо посмеявшись, внезапно ответил:
– Ты думала, что работала смертью. Но сегодня ты прошла испытание. Теперь ты готова по-настоящему работать смертью.
Сперва она ничего не поняла. Затем, когда до нее начало доходить, сильно изменилась в лице. Дина не была счастлива и не была опечалена – она была в замешательстве.
– Также за успешное прохождение, я хочу лично от себя сделать тебе небольшой подарок. Ты можешь выбрать любого человека – и я верну его к жизни.
– Любого? – вздрогнув, уточнила Дина.
– Любого.
– Ну тогда, конечно, я выбираю Анрика!
– Хорошо. Можешь возвращаться в кофейню. Он уже ждет тебя.
Фигура плавно растворилась в воздухе, словно дым. Взгляд Дины замер на пустом месте. Она всхлипнула и прикрыла ладонью рот. Из прищуренных глаз потекли слезы. На лице расплылась счастливая улыбка. Искренняя. Утерев слезы, Дина развернулась, чтобы снова пойти работать. В этот момент она почувствовала сзади чье-то холодное касание.
«Идущие на смерть» — повесть в жанре «Фэнтези» от автора Платон Виханский. Книгу можно читать онлайн бесплатно, целиком и без подписки: все 1 глав доступны в удобной читалке с закладками — на компьютере, планшете и телефоне.
Понравилась книга — оставьте отклик: живые отзывы помогают другим читателям выбрать, а автору — расти. Поддержать автора можно донатом напрямую. Ещё книги — в жанре Фэнтези и в каталоге, где всё читается онлайн бесплатно.