Одно мяу на двоих

Я лежу у неё на груди и слушаю сердце, которое почти разучилось биться.

Когда-то оно было быстрым. Оно ускорялось, когда она бежала по лестнице, прижимая к себе школьный рюкзак, когда смеялась, когда плакала так тихо, что никто за дверью не замечал. По ночам я устраивался рядом с её подушкой и слышал, как сердце замедлялось во сне, становилось ровным и спокойным. Мне казалось, этот звук будет существовать всегда. Я не думал о том, что однажды между ударами появятся длинные промежутки, в которые будет помещаться вся наша прожитая жизнь.

Теперь каждый новый удар даётся ей с трудом.

Моё сердце тоже устало. Оно стало маленьким тяжёлым комком, который лениво ворочается внутри старого тела. Лапы давно перестали слушаться меня так, как прежде. Я уже не могу одним движением запрыгнуть на подоконник, не могу пройти по краю шкафа, не задев стоящие там вещи, не могу подняться по лестнице без отдыха. Шерсть на морде поседела, когти сделались ломкими, взгляд помутнел. Иногда я просыпаюсь и несколько мгновений не понимаю, где нахожусь. Тогда я вдыхаю её запах и вспоминаю.

Я дома.

Она тоже почти всё время спит. Под её кожей больше не осталось прежнего тепла, но я всё равно прижимаюсь к ней, стараясь отдать своё. Я делал так много лет. Всякий раз, когда ей было холодно, страшно или одиноко, я ложился рядом, и мир становился немного терпимее для нас обоих. Теперь мне кажется, что тепло уходит из наших тел одновременно. Оно медленно покидает её руки, мои лапы, эту комнату, стены которой помнят нас другими.